Игры на брачном ложе - Уоррен Трейси Энн - Страница 18

Эти резкие слова вывели Мэллори из задумчивости Она бросила на подругу предостерегающий взгляд.

— Хотя мне кажется, у тебя на примете уже кто-то есть, — вдруг с лукавой улыбкой промолвила Дафна.

— На кого ты намекаешь?

— Я говорю о Грешеме, конечно. Со дня его приезда вы неразлучны и постоянно прячетесь ото всех, как два заговорщика.

— Мы с Адамом друзья, ты же знаешь.

— Да, прежде вы действительно были только друзьями, — сказала Дафна, сделав ударение на слове «прежде».

— Прежде?

— Ну да, до того как он оперился. Разбогател. Ведь с недавних пор Грешем стал одним из самых завидных женихов в Англии. Любая мать мечтает выдать за него свою дочь. Если ты не поторопишься, его уведут прямо у тебя из-под носа.

— У меня нет на него никаких видов. Я не желаю связывать себя обещаниями ни с кем из мужчин, потому что только недавно сняла траур. Ты поступаешь, мягко говоря, неделикатно, высказывая подобные предположения. И после этого ты еще смеешь утверждать, что понимаешь, как сильно я тоскую по Майклу! Нет, ты понятия не имеешь, что творится в моей душе! Впрочем, откуда тебе это знать? Ты же никогда не теряла любимого человека.

Дафна что-то залепетала, прижав ладонь к груди.

Мэллори вскочила на ноги, кипя от негодования.

— Не желаю больше ничего слышать об этом! И требую, чтобы ты не разносила сплетни обо мне и Адаме. А теперь, извини, мне пора.

Несмотря на мольбы подруги, Мэллори порывисто встала и двинулась прочь. На ее глазах выступили слезы, они туманили взор, и Мэллори шла, ничего не видя перед собой. Внезапно перед ней выросла мощная фигура Адама. Он преградил ей дорогу.

— Что случилось? — В голосе Адама звучала тревога.

Он поставил на маленький столик напитки, которые держал в руках, и с беспокойством вгляделся в Мэллори.

— Ничего, все в порядке. У меня просто внезапно разболелась голова.

Взяв Мэллори под руку, Адам отвел ее в дальний угол комнаты, где их ни кто не мог слышать.

— Чушь. У вас не болит голова. Я видел, как вы разговаривали с леди Дамсон. Вас расстроили ее слова? Что она сказала?

Мэллори, засопев, вытерла слезы.

— Мне не хотелось бы об этой говорить.

Адам помрачнел.

— Речь шла о Харгривсе, я прав?

«И о тебе», — подумала Мэллори, но вслух этого не произнесла.

— Да, Дафна упомянула его в разговоре, — сказала она.

Адам помолчал, о чем-то напряженно размышляя. Затем его напряжение спало, и он положил ладонь на плечо Мэллори.

— Вы хотите покинуть гостиную? Мы могли бы выйти отсюда, не привлекая внимания. Мое предложение перейти в библиотеку и сыграть в шахматы остается в силе. Можно прогуляться по оранжерее, если вам угодно. Или вы предпочитаете вернуться в свою комнату?

Именно этого и хотела Мэллори. Но несмотря на слова Адама, она понимала, что ей не удастся выйти из гостиной незаметно. Родные будут обеспокоены ее внезапным уходом, а у гостей это вызовет любопытство. О Мэллори и без того уже ходило много сплетен, и она не хотела возбуждать новые слухи и домыслы.

— Я предпочла бы остаться, — тихо промолвила она.

— Вы в этом уверены?

Мэллори взглянула Адаму в глаза. Ее слезы уже высохли, и она была исполнена решимости как ни в чем не бывало продолжать общение с гостями.

— Да, я не желаю больше прятаться в спальне как последняя трусиха. Что бы мне ни говорили, я должна держать удар.

Адам погладил пальцем ее по щеке.

— Молодчина!

Мэллори бросило в дрожь от его прикосновения. Она испытывала чувство вины и еще какое-то незнакомое острое ощущение. Отступив от Адама, она кивнула на столик с напитками.

— А сейчас я с удовольствием выпила бы лимонада.

— О, конечно.

Адам бросился к столику и принес Мэллори высокий бокал с холодным напитком. Для себя он взял бокал, с красным вином.

— Может быть, вы хотите продолжить игру в карты? — спросил Адам, пригубив вина.

Мэллори покачала головой.

— Честно говоря, мне хотелось бы пообщаться с младшим поколением Байронов. Интересно, чем они сейчас заняты? Наверное, играют в бирюльки или в камешки.

Детям и подросткам в этот непогожий день было разрешено спуститься из детской и классных комнат вниз и занять для своих игр смежное с гостиной помещение.

— Или, может быть, вы считаете ниже своего достоинства принимать участие в детских играх? — запальчиво спросила Мэллори.

Адам удивленно поднял бровь.

— С чего вы это взяли? Вы же знаете, что я обожаю легкомысленные развлечения. Хотя, должен признаться, я подзабыл правила игры в бирюльки и камешки, поскольку в последний раз играл в них лет в восемь-девять.

— В таком случае вам пора освежить все это в памяти, — заявила Мэллори и, взяв Адама под руку, повела его к распахнутой двери в смежную комнату.

Мэллори удалось продержаться до вечера. Порой она испытывала удовольствие от общения с родными. В особенности ее позабавили веселые шуточки, которыми обменивался Адам с молодым поколением Байронов. Девочки покатывались над ними со смеху.

К их веселью, оставив напускную серьезность, присоединились Лео, Лоуренс и Спенсер Байроны. Близнецы начали флиртовать с семнадцатилетней Эллой Марсден, которая смущалась и заливалась краской до корней белокурых волос.

Ближе к вечеру веселье угасло, и все разошлись по своим комнатам, чтобы немного отдохнуть и переодеться к ужину.

Мэллори выбрала шелковое платье с узором медно-красного цвета, который подчеркивал белоснежную свежесть ее кожи.

Сидя за столом между Адамом и Кейдом, она чувствовала себя вполне непринужденно. После десерта дамы удалились из столовой и перешли в гостиную. Подавив желание сбежать в свою комнату и запереться там, Мэллори последовала их примеру. Она была исполнена решимости продолжить общение с родными и гостями.

Мэллори старалась держаться поближе к Клер, Грейс и Мег и избегала Дафну, которая не оставляла попыток снова заговорить с ней. Вскоре к ним присоединились джентльмены, от которых пахло бренди и дорогими сигарами.

В оконные стекла все еще барабанил дождь, и поэтому нечего было и думать о прогулке по саду. Решив развлечь общество, Джессика Милбенк села за фортепиано и сыграла несколько музыкальных пьес. После этого кто-то из гостей предложил устроить танцы, и эта идея была воспринята с энтузиазмом.

Вместо Джессики за фортепиано села кузина Вильгельмина, заявив, что молодежь должна танцевать и веселиться, а старшее поколение любоваться ею.

Первым танцем должен был стать котильон. Приготовившись насладиться забавным зрелищем, Мэллори с чашкой в руках села на диван рядом с Мег. Но тут к ней подскочил Найл Фейвершем, симпатичный молодой блондин, и, поклонившись, пригласил на танец.

— Обещаю двигаться аккуратно и не отдавить вам ноги, леди Мэллори, — с улыбкой сказал он.

— Я не сомневаюсь, что мои ноги останутся целыми и невредимыми, мистер Фейвершем, — отозвалась Мэллори, зная, что он великолепный танцор. — Благодарю за приглашение, но, к сожалению, сегодня, я не намерена танцевать.

— Что значит «не намерена»? — с наигранным возмущением воскликнул лорд Хауленд, подходя к дивану, на котором сидела Мэллори. — Вы непременно должны потанцевать со мной, леди Мэллори.

— Прошу заметить, Хауленд, что я первым пригласил даму на танец, — обиженно заявил Фейвершем.

— Да, но она вам отказала, — осклабившись, парировал Хауленд. — Совершенно очевидно, что леди Мэллори ждала, пока ее приглашу я.

— Что вы несете! — возмутился Фейвершем. — Она уже готова была передумать и пойти танцевать со мной! Но тут вмешались вы самым беспардонным образом.

— Я уверен, что леди Мэллори скорее пойдет танцевать с орангутангом, чем с вами.

— Ну уж вас-то, человека с рыжей соломой вместо волос на голове, она никогда не выберет в партнеры!

Если бы Мэллори не знала, что эти двое — близкие друзья, решила бы, что они ссорятся всерьез. На ее губах заиграла улыбка.

— Джентльмены, я польщена вашим вниманием, но…