Соблазненная его прикосновением - Уоррен Трейси Энн - Страница 20

— Сильнее, — простонал Джек, — прошу тебя!

Она ласкала его с возрастающей уверенностью, а он тем временем массировал и жадно целовал ей груди.

До тех пор пока она не расслабила пальцы, когда ее накрыла волна удовольствия. Джек мгновенно перевернул ее на спину, раздвинул ей ноги, отстранил ее руку и толчком вошел в нее.

Грейс напряглась, сопротивляясь вторжению. Когда она закричала, Джек замер на ней, тяжело дыша.

— Потерпи немного. Теперь будет легче, — прошептал он.

Вряд ли, подумала Грейс.

Джек снова начал двигаться, и ее охватила паника, когда она поняла, что он лишь частично вошел в нее и все мучения еще впереди. Несмотря на его заверения, боль только усилилась, пока он медленно и настойчиво продвигался внутрь.

Наконец он полностью вошел в нее.

Лишь тогда она почувствовала, как его мышцы дрожат от напряжения. С трудом сдерживая себя, Джек заставил ее обхватить ногами его талию, что позволило ему войти еще глубже. Как ни странно, с изменением, позиции неприятное ощущение у нее уменьшилось, и боль отступила, когда ее тело приспособилось к его проникновению.

Грейс даже не представляла, что два человека могут быть настолько близки.

Джек начал медленно двигаться, и все ее мысли тут же улетучились, как пух одуванчика, унесенный порывом ветра.

— Теперь лучше? — спросил он.

На его вопрос Грейс ответила страстным поцелуем.

Он входил в нее и выходил, туда и обратно, снова и снова, пока не стали разгораться искры ее желания. Он целовал ее, и энергичные движения его бедер превратили ее в распутницу.

Она кричала уже не от боли, а от страсти. Давя пятками ему на ягодицы, поощряла его с бесстыдным исступлением, которому не могла сопротивляться. Выгибалась ему навстречу, чтобы вобрать его настолько глубоко и крепко, насколько позволяло ее тело. Грейс мельком вспомнила о его любви к хорошей скачке и теперь поняла, что он имел в виду.

Эго было полнейшее блаженство.

Она билась в экстазе, пока внутри у нее не осталось ничего, кроме ощущения абсолютного счастья.

Грейс еще парила, когда его толчки стали глубже, мощнее и быстрее. Он вдруг замер. Потом его тело неистово содрогнулось, и он с громким стоном облегчения упал на нее.

Какое-то время они лежали в объятиях друг друга, неспособные шевельнуться. Когда дыхание стало нормальным и вернулась ясность мысли, Джек наконец освободил ее от своей тяжести и лег рядом. Она прильнула к нему и закрыла глаза.

— Тебе надо отдохнуть, дорогая,— шепнул он.

Грейс согласно кивнула и позволила себе погрузиться в небытие.

Глава 11

Девушка зажмурилась от света, прикрыла глаза рукой и уткнулась в подушки.

— Ох,— простонала она, не в силах даже пошевельнуться.

«Лежи спокойно. Не двигайся, может, тогда станет легче», — шепотом предупредила она себя.

— На, выпей это, — услышала она тихий голос.

Кажется, это голос Джека?

— Ты можешь сесть, дорогая?— спросил он.

Нет! Он что, не видит, как ей плохо? Она даже не в состоянии оторвать голову от подушки. К тому же и так уже слишком много выпила прошлой ночью. При этом воспоминаний желудок у нее сжался, тамтамы в голове забили еще громче.

— Дорогая, позволь тебе помочь.

Что-то звякнуло, как будто кузнец молотом ударил по наковальне. Грейс подавила стон, пытаясь хоть как-то прийти в себя. Но Джек уже привел ее лежащее тело в вертикальное положение.

— Ах! — Грейс обеими руками обхватила голову, чтобы удержать ее на плечах.

— Успокойся и выпей это, — уговаривал он. — Ты сразу почувствуешь себя намного лучше.

Она взглянула из-под век на стакан в его руке. Серо-желтая смесь выглядела отвратительно.

— Что это? — прошептала она.

— Не спрашивай, просто поверь, что это поможет!

— Я не буду это пить. Лучше снова лягу.

— Не стоит. Сначала ты должна выпить.

— Ни за что!

— Почему ты упрямишься?

— Ты напоил меня прошлой ночью, и смотри, до чего я дошла. — Барабаны в голове опять застучали громче.

— Теперь это просто лекарство.

— Я не хочу...

— Послушай, чем скорее ты выпьешь, тем быстрее тебе станет лучше.

Как ей может стать лучше от такой отвратительной смеси? Но в этот момент Грейс чувствовала себя настолько ужасно, что готова была на все. Приняв у него стакан, она еще раз скептически посмотрела на его содержимое. Смелость тут же покинула ее, и она покачала головой:

— Я не могу.

— Пей быстро!

— Ты сам приготовил эту гадость?

— Это рецепт моего друга. Очень помогает от похмелья.

Грейс задержала дыхание, быстро глотнула, и ее чуть не вырвало.

— Фу, какая мерзость.

— Пей все.

— Нет!

— Сделай это, Грейс, прошу тебя.

— Я тебя ненавижу.

Он с улыбкой погладил ее по волосам.

— А ночью ты говорила совсем другое.

Кажется, он прав. Но сейчас ей не до воспоминаний. Она снова поднесла стакан ко рту и с усилием допила. С каждым глотком ее желудок становился на дыбы. Наконец она сунула Джеку стакан и вдохнула:

— Боже мой, я думала, меня вырвет.

— Подожди минутку.

Откинувшись на гору подушек, которые он успел ей подложить, Грейс закрыла глаза и молила о смерти. Желудок бунтовал, голова пульсировала, словно там играл симфонический оркестр.

Джек быстро вернулся и сел рядом с ней. Приоткрыв глаза, она увидела пустой фарфоровый таз для умывания.

— На всякий случай, — объяснил Джек.

Она со стоном отвернула голову, не зная, как долго ей удастся сдерживать рвоту, чтобы не опозориться перед ним. Прошла минута, другая, еще несколько, и желудок начал постепенно успокаиваться, жуткие позывы вдруг прекратились. Она со вздохом расслабилась, не успев предотвратить легкую отрыжку, и смущенно прикрыла рот ладонью.

Джек усмехнулся и отставил фарфоровый таз.

— Полегчало?

— Да, намного лучше. Спасибо.

— Вот и прекрасно. Теперь можно позавтракать.

— Только не это!

— Но тебе необходимо поесть, ведь ты вчера не обедала.

Грейс вспыхнула. Они так и не выбрались из постели, слишком занятые утолением взаимной страсти, чтобы думать о еде. Хотя ее воспоминания были туманными, она вспомнила, что позже Джек снова разбудил ее и опять занимался с ней любовью.

Теперь утро, и она провела ночь в его доме. В его постели. Боже, она до сих пор в ней находится. Грейс натянула простыню, мучительно сознавая, что она совсем голая. Она никогда не спала обнаженной. Но и с мужчиной она до этого не просыпалась в одной кровати.

— Который час? — спросила она, почти боясь услышать ответ.

— Полагаю, чуть больше десяти. — Подойдя к столу под одним из многочисленных окон, Джек взял кофейник севрского фарфора с красно-золотыми узорами.

— О Боже! Все теперь наверняка знают о моем отсутствии. Вдруг слуги уже послали сообщение тете Джейн? Вдруг она уже покинула Бристоль и возвращается в город?

— Кофе? — спросил он, направляясь к ней с полной чашкой.

— Нет, нет! — Игнорируя продолжающееся недомогание, Грейс спустила ноги с кровати и огляделась в поисках своей одежды. — Мне нужно идти домой. Узнать, кому слуги еще сообщили, что я не ночевала дома, а затем придумать подходящее объяснение.

— Единственное, что тебе нужно, это лечь в постель и выпить кофе. А после этого можешь попытаться съесть несколько кусочков тоста. — Не спрашивая позволения, он поставил чашку и вернул ее ноги на кровать.

— Но, Джек, ты знаешь, что я не могу остаться.

— Конечно, можешь. Расслабься, дорогая. Я уже обо всем позаботился.

— Каким же образом, интересно?

— Встал пораньше и написал записку твоей тете. Кроме того, я отправил слугу, чтобы сообщить ее прислуге, что ты в совершенной безопасности и на день отправилась с визитом к другу.

— Но я...

— Задержка на несколько часов вряд ли теперь имеет значение. — Присев на край постели, Джек протянул ей чашку. — Я подумал, что сегодня утром кофе будет полезнее чая. Осторожно, не обожгись.