Соблазненная его прикосновением - Уоррен Трейси Энн - Страница 19

— Вы... любите... меня, — раздельно повторил Джек.

Она согласно кивнула:

— Может, вы предпочли бы этого не слышать, но это правда. И пожалуйста, не думайте, что я жду чего-то взамен.

Он стиснул зубы, в глазах сверкнул огонь.

— А должны бы.

— Просто скажите, что хотите меня.

— Очень! Учитывая мое поведение, как вы можете в этом сомневаться?

— Значит, вы останетесь?

Джек колебался.

— Я не должен так поступать, но как я могу теперь отказаться?

Грейс удовлетворенно откинулась на подушки, но когда попыталась раздеться, он схватил ее за руку:

— Нет. Позвольте мне.

Держа ее в плену своим взглядом, Джек спустил лиф и коснулся ее обнаженной груди. Пальцы ритмично скользили вокруг затвердевшего соска, затем слегка ущипнули его, прежде чем начать дальнейшие ласки.

Девушка затаила дыхание, когда все опять закружилось вокруг нее. Только в этот раз уже не от бренди. Дрожа, она позволяла ему делать все, чего бы он ни захотел, в полной уверенности, что получит наслаждение. Острая боль между ног требовала утоления, и она притянула его голову для поцелуя, ожидая, что он встретит ее требование с бурной, восхитительной страстью. Но ласки были неторопливыми, сдержанными, граничащими с почтительностью.

Каждое прикосновение заставляло ее таять, превращая внутренности в теплый гладкий воск свечи, надолго оставленной на солнце. Она уже не владела собой, извиваясь под его руками, пока он гладил то одну, то другую грудь с такой основательностью, что это уже походило на сладкую пытку.

Когда она, проглотив стон, требовательно прижалась к его ладони, Джек прервал их поцелуй, чтобы взять в рот одну из грудей. Влага собиралась у нее между ног, пока он ласкал грудь с такой страстью, что Грейс в беспамятстве схватила его за волосы, чтобы притянуть к себе.

Он с улыбкой перенес свои действия на вторую грудь и ублажал ее с той же степенью умопомрачительного внимания. Наконец замедлил движения и отстранился от девушки.

Та мгновенно почувствовала себя одинокой и потянулась, чтобы вернуть его. Но ей не стоило беспокоиться, потому что его ловкие руки уже освобождали ее от платья, корсета и нижних юбок. Когда он закончил, на ней остались только чулки да кружевные подвязки, неспособные защитить от его ласкающего взгляда.

Лазурные глаза потемнели, пока он медленно скользил взглядом по ее телу, изучая каждый дюйм. Слегка задержался на огненном треугольнике завитков и опустил глаза, любуясь ее изящными ступнями.

Грейс вдруг застенчиво прикрылась руками.

— Дорогая, вы не должны смущаться, — упрекнул он. — Поверьте, вам абсолютно нечего скрывать. Напротив. Если б вы знали, сколько раз я мечтал увидеть ваши ноги.

Глаза у нее расширились.

— Но зачем?

— Я без конца воображал, какой они длины, какие стройные. — Он коснулся голой полоски кожи над подвязкой и улыбнулся. — Я был вне себя от радости, когда заметил, что не ошибся. Они даже прекраснее, чем я ожидал.

— Значит, вы довольны?

— Очень. А теперь позвольте мне доставить вам удовольствие.

Грейс не знала, что ее ждет, но в следующий момент Джек показал ей свои намерения. Его рука легла на кудрявый треугольник между бедрами, и сильные теплые пальцы раздвинули нежную плоть под ним. Дальше он пройти не мог, потому что Грейс крепко сжимала ноги.

— Откройтесь, — прошептал он. — Обещаю, вы не пожалеете.

Она медлила, сердце, как безжалостный кулак, било ей под ребра. Потом, сознавая, что не в силах противостоять, она выполнила его просьбу.

— Боже, вы так прекрасны, а теперь — чур пошире, прошу вас!

Каким-то образом Грейс нашла в себе мужество и, ободренная его словами, раздвинула ноги. Джек мгновенно этим воспользовался.

Девушка закрыла глаза, потрясенная ощущениями от его дразнящей игры с ее завитками. Потом он спустился ниже, скользя вдоль гладких складок, постепенно исследуя их.

Она становилась настолько влажной, что это показалось ей неприличным. Но Джеку явно нравилось, значит, ей тоже не о чем беспокоиться, а вскоре Грейс вообще перестала думать, только сжимала руками одеяло, когда удовольствие закружило ее сильнее, чем выпитое бренди. Он ввел один палец внутрь, заставив ее выгнуться. Она закусила губу, но Джек не позволил ей молчать.

— Вам это нравится?

— Очень!

— Скажите, где вас погладить еще. Здесь? Или вы предпочитаете это место?

— О-ох, — громко выдохнула она.

— Ну а так?

Он ласкал ее с такой страстью, что Грейс не могла больше сдерживаться. Она застонала, требуя большего.

— Может, это?

Джек скользнул выше, чтобы погладить скрытый кусочек плоти. Грейс пронзительно вскрикнула, но его пальцы неумолимо двигались в ней.

— Остановиться?

— Нет! — всхлипнула она, забыв всякую предусмотрительность и сдержанность.

Волна счастья вдруг накрыла ее, как грохочущий прибой. В сравнении с этим ее недавнее опьянение казалось сущим пустяком. Грейс чувствовала упоение. И еще безумный восторг. Боже, неудивительно, что женщины так стремятся к нему в постель. Неудивительно, что многие готовы были рисковать всем, чтобы только испытать это.

Грейс едва успела перевести дух, как он снова начал ласки, которые мгновенно воспламенили ее желание. Оно росло настолько быстро, что она могла лишь надеяться, что не разлетится на куски прежде чем он принесет ей облегчение.

Но без всякого предупреждения Джек вдруг остановился и поспешно отодвинулся. Это, по ее мнению, не имело смысла, тело у нее содрогалось, требуя немедленно удовлетворения.

— Джек! — позвала она, приподнимаясь на локтях. — Что вы делаете?

— Раздеваюсь, — сказал он и встал с кровати. — Не беспокойтесь. Я мигом вернусь, чтобы доставить вам удовольствие.

— Я так хочу этого! — страстно произнесла она.

Ее прямота вызвала у него усмешку, и он торопливо начал расстегивать пуговицы.

Девушка с бесстыдным интересом, наблюдала, как он дюйм за дюймом обнажает свое тело, Джек был красивее любой греческой скульптуры: высокий, широкий в плечах и узкий в бедрах. Мускулы играли под гладкой упругой кожей. Налет коротких темных волос покрывал сильные ноги и предплечья. На груди волосы были густыми, почти черными. Их контур сужался к плоскому животу, где они совсем исчезали, чтобы снова появиться вокруг паха.

Именно эта часть его тела больше всего привлекала внимание Грейс. Она не могла оторвать взгляд от чего-то длинного, твердого, вздымавшегося из густых волос. Джек ненадолго замер, положив руки на бедра, словно позволял ей изучать его.

— Вы совсем не похожи на Терренса, — вслух подумала она.

— Полагаю, я должен принять это за комплимент.

Грейс кивнула. Удивительно, до сих пор она еще ни разу не видела голого мужчину, а тем более троих в один день, как сегодня. На том ее размышления закончились, потому что Джек снова лег рядом и крепко прижал ее к своему голому телу, вызвав сладкую дрожь.

— Вы должны объяснить, что мне делать,— смущенно прошептала она.

— Не беспокойтесь. Это не так уж сложно.

Успокоившись, Грейс обняла его за шею и с радостью отдалась поцелую. Его руки возобновили свое занятие, каждая ласка разжигала ее страсть, каждое движение заставляло хотеть большего. Что-то твердое, настойчивое уперлось ей в живот. И тут она, в конце концов, сообразила, что это должно быть.

Проведя ладонью по его плечу и спине, она постепенно спустилась до талии. Но двинуться ниже ей не хватило смелости.

— Ты можешь гладить меня, если хочешь, — сказал он, прерывая их поцелуй, и хрипло добавил: — Везде, Грейс. Позволь своим рукам любое безрассудство.

Она скользнула пальцами по ягодицам и почувствовала, как напряглись его мышцы. Затем без промедления, чтобы не передумать, обхватила его член.

Джек издал какой-то грубый стон, и она уже хотела отдернуть руку, но он удержал ее пальцы там, где они были.

— Погладь его. Пожалуйста.

Секунду она колебалась, потом выполнила его желание. На ощупь он оказался, изумительным, твердым, но с гладкой, бархатистой кожей. Грейс несколько раз погладила его по всей длине, остановившись, чтобы слегка коснуться верхушки большим пальцем.