Неневеста и договор кровью или Конец света отменяется (СИ) - Курдюмова Галина Николаевна - Страница 35

- Туда не ходи, там живёт моя соседка, тоже полёвка, но такая, что схарчит и имени не спросит. Здесь осторожно: там, дальше, зимуют гадюки, они, естественно, уже спят, но мало ли... Направо будет выход наружу, но там сейчас делать нечего: холодина, дожди... (Именно этот поворот и заинтересовал меня, раз выход, там может быть и ласточка! Нужно будет проверить потом). В подземку сама вообще не ходи, а то встретится кто-нибудь голодный и гуляющий переходами...А вот где-то здесь должны начинаться владения крота, о котором я говорила. Эй, Кьёпий Есеньич, вы здесь, дорогуша?"

Вскоре предо мной показался обладатель столь экзотичного имени. Наверное, он был маленьким, по человеческим меркам. Для меня он казался целой меховой горой. Интересно, как старуха-мышь представляет себе подобный брак?

Шуша познакомила меня со своим другом, но он на меня никакого внимания не обратил, пока она не раскрыла перед ним карты, мол, лучшей жены и искать нечего, настоящая эльфийская принцесса.

Крот слепо облапил меня, крошечную (пришлось потерпеть), и смущенно склонился к Шуше, надеясь, что я не услышу.

- Со всем моим уважением к вам, дорогая Шуша, но что я буду делать с такой женой?

- Мало ли в мире мужей, которые со своими жёнами ничего не делают? - логично заметила мышь. - Зато вы будете единственным кротом, у которого жена - эльфея. К тому же, оформив брак, вы получите полное право на её титул и станете именоваться принцем! Разве оно не стоит некоторых неудобств?

Кьёпий Есеньич заинтересовался предложением:

- Возможно, возможно... Но я должен подумать.

- Да думайте, дорогуша, кто ж вам не даёт. Только недолго, а то, как станет известно, кого пригрела добрая тетушка Шуша, от женихов отбоя не будет, принцесса может и другому отдать предпочтение. Я вас первого с ней познакомила только потому, что считаю другом и питаю к вам глубокое уважение.

Крот понимающе кивнул.

- К тому же она чрезвычайно мало ест, - многозначительно добавила мышь.

Мы оставили Кьёпия Есеньича в глубоких раздумьях, а сами вернулись домой. Я дождаться не могла, пока старуха-полёвка уснёт. Наконец она захрапела, а я отправилась обследовать ответвление лабиринта, где должен быть выход. К счастью, никто голодный и гуляющий ночью по подземке не встретился, и я благополучно нырнула в примеченный мною ход. Шла я небыстро, так как прихватила с собой и зерна, и воды, чтоб отхаживать несчастную ласточку... Надеюсь, хоть в этом Андерсен не соврал, и я найду её!

Андерсен не соврал. В основном. Почти у самого выхода я наткнулась на дрыхнущего кверху лапами воробья, грязного и взъерошенного. Дух вокруг него стоял такой, что хоть святых выноси. Сомнений не было, он был пьян, попросту пьян! А, так как средств для приведения его в чувство, у меня не было, оставалось только ждать, пока проспится. Интересно, где он умудрился так набраться? Я оборвала низ платья и поставила бедняге на голову мокрый компресс, больше помочь ничем не могу.

"Ты уверена, что эта жалкая птица нам поможет?" - спросила Дью с сомнением.

"Уверена, нам остаётся дождаться, когда он придёт в себя и упросить унести нас отсюда..."

"Куда?"

"А я знаю, куда? Надеюсь, что об этом знал Андерсен".

"Кто такой этот Ан...Андросон?"

"Один чувак с моей далёкой родины. Писал сказки о вашем мире. И твою историю поведал, правда, не с такой точностью, как мне хотелось бы...".

"Неневеста, как он мог рассказать мою историю, если она ещё не закончена?"

"Видишь ли, я думаю, наши миры как-то связаны, но имеют различную скорость, а может быть, даже и направление течения времени. Вот и возникают такого рода парадоксы. Поэтому давай опять положимся на полуправдивую историю земного сказочника, и будем надеяться, что развязка близка".

"Хорошо, - вздохнула принцесса, - раз ты так считаешь. Мы можем немного отдохнуть, пока эта птаха очнётся? А то здесь дышать нечем. Да и дует от входа".

"Нет, отходить от воробья не стоит, а то проспится и улетит, нас и не заметит. Но рядышком подремать, думаю, можно".

Мы привалились к тёплому боку летучего пьянчужки. Спал он беспокойно, то робко попискивая, то громко крича во сне. Наверное, заснуть не удастся. Мы некоторое время с эльфеей честно пытались хотя бы задремать, но воробей никак не мог угомониться, да и осенняя прохлада пронизывала до костей.

"Знаешь, Неневеста, ко мне давно уже не приходил во снах мой прекрасный принц, мой Филь..."

"При таком образе жизни, Дью, я снов и вовсе не помню. Так что ничего удивительного".

"Но я соскучилась. Так хочется его увидеть..."

Тут я вспомнила о методике осознанных сновидений. У нас сейчас многие увлекаются... У меня, правда, до сих пор не получалось вызвать сон по собственному желанию, но, может, у эльфеи выйдет?

"Дью, если принц не может сейчас пробиться в твой сон, попробуй проникнуть в его сновидение!"

"Я?!"

"А что? Думай перед тем, как уснуть, о том, кого хочешь увидеть. Если твоё желание настоящее, ты придёшь к нему во сне!"

"Моё желание самое что ни есть настоящее!" - уверила меня принцесса и замолчала, ушла с головой в медитацию.

Я немного поскучала, незаметно для себя пригрелась под тёплым пуховым боком и тоже уснула.

Хорошо, что спала я, прижавшись к воробью, а то и не заметила б, когда он очнулся. Проснувшись, он приподнялся и сел в несвойственной птицам позе, на хвост, удивлённо осматриваясь. А я, лишившись подушки, стукнулась об пол головой и тоже подхватилась.

- Да-а-а, перебрал малость, - задумчиво произнёс воробей, стягивая с головы тряпочку. - А это ещё что такое?

- Тебе полегче, дружочек? Я лечила тебя всю ночь, - поспешила заговорить я, пока не приняли за букашку и не склевали.

Воробей уставился на меня с ужасом и хрипло прочирикал:

- Всё, завязывать надо... Уже эльфы мерещатся... Допился!

- Я настоящая! - помахала я перед его клювом руками. - Я тебе помогла, теперь ты меня вынеси отсюда!

Птаха протёрла глаза крыльями, повертела головой, но видение не исчезло, и из её горла вырвался отчаянный вздох:

- Плохо мне!..

- На, пей, - я подала бедняге остатки воды. Предложила и зерна, но он только скривился, глядя на еду.

- И как же ты до такой жизни докатился? - потрепала я его по крылу.

- Там, в селе, бадью с брагой нашел. И дырочка такая, что пролезть можно. Несколько раз уже пасся, но вчера, видно, перегнул палку. Помню, как свалился на землю и покатился в какую-то нору. И всё, как отрезало.

- Сопьёшься, - покачала я головой.

- Не буду больше, - простонал воробей. - Клянусь бадьёй браги, что больше не буду!

- С тобой всё ясно. Лететь можешь? На свежем воздухе полегчает, небось.

Воробей попробовал подняться и снова сел на хвост:

- Не-е-е, я ещё минутку полежу, - откинулся назад и захрапел.

Я вздохнула. Хоть бы не проснулась тётушка Шуша и не отыскала меня. Но ничего не поделаешь, придётся ждать. Я снова спряталась от холода под тёплый воробьиный бок.

"Неневеста, - окликнула меня Дью. - А ведь твой совет помог! Я была во сне у моего принца!"

"Знаю, - отозвалась я. - Мы ведь видим одни и те же сны".

"Да, и из твоих снов я узнала немало о твоём мире".

"Да-а?"

"А ещё я сочинила песню", - неожиданно сказала эльфея.

"А вот этого я не знала. Споёшь?"

"Конечно. Я вслух спою, хорошо?"

"Дью, я полна внимания! Я разговариваю с тобой мысленно только потому, что окружающие могут неправильно понять, решат, что совсем поехала, если уже сама с собой говорю. А так я с удовольствием послушаю твоё пение".

И эльфийская принцесса запела так проникновенно, так волнующе, хоть на "Песню года" отправляй: