Императрица и смерть (СИ) - Чурсина Мария Александровна - Страница 11

- Интересно, - протянула Орлана, не отрывая взгляда от браслета на запястье мачехи - цепочки, украшенной вставками из красного камня. Кажется, это украшение подарил ей Зорг. - Так в чём же проблема: во мне или всё-таки в пошлине?

У противоположного конца стола встал Герольд.

- Позвольте, - он пригладил аккуратную седую бородку, - кажется, я знаю решение проблемы.

- Мы не сомневались, - хмыкнул Конрад, откидываясь на спинку стула.

Чуть улыбнулся, скрываясь за рукавом мантии, Линкей.

- Конечно, говорите, лорд, - произнесла Орлана, уже ощущая скорую расправу.

   - Сегодня я встретился с главой Побеждающих. Вы, конечно, знаете этот отряд, знаменитые парни.

Эрвин рьяно закивал, давая понять, что все Побеждающих знают, и экскурс в историю проводить вовсе не обязательно, а вспоминать про богиню смерти - тем более.

- Это они уничтожили богиню смерти, как вы помните, - всё же вдался в подробности Герольд. - Смутное было время...

- Да, лорд, но вы не могли бы... - не выдержал уже Конрад. Меч его звякнул о ножку стула. Глава касты воинов то и дело менял положение - вот он уже сидел, навалившись грудью на край стола, словно боялся не расслышать слова учёного.

- Я уже перешёл к сути. Так вот, тот самый известный вам Дерин Бахакар, глава отряда, сообщил мне, что знает один способ упокоения души и ручается мне в надёжности этого способа. Да что я говорю, вы и сами прекрасно помните случай с богиней смерти.

- То есть вы... - не выдержала Орлана.

Звякнула браслетом Ишханди, и Орлана вдруг заметила, что за окнами уже совсем стемнело, а на чёрном бархате неба горят мелкие, колючие звёзды.

- Я расспросил у него обо всех подробностях ритуала, они вполне осуществимы и сейчас. Тогда, если никто не имеет возражений, мы проведём ритуал завтра же, и душа императора уйдёт наконец в мир Ничто.

У Орланы перехватило дыхание. Вот чего она боялась и ждала - и не ждала одновременно - от седого добродушного Герольда, который разговаривал с ней сегодня утром, как с выпавшим из гнезда птенцом - что с ним разговаривать, глупым, голым, беспомощным, но добрый маг никогда не пройдёт мимо.

- Неплохо, надо сказать, - откликнулся Линкей. - Что нам мешает попробовать?

- Нет, я возражаю, - выдохнула Орлана. Цветочные духи Ишханди неожиданно показались удушливым смрадом.

Герольд взглянул на неё с такой обидой, что в другой раз Орлана бросилась бы извиняться. Вопросительно приподняла брови Ишханди.

- Я не позволю, чтобы моего отца насильно упокаивали, как эту вашу богиню смерти, - отчётливо, почти по слогам произнесла Орлана. Вдруг не расслышат? А если и расслышат, то вряд ли поймут.

Аграэль бросил сквозь зубы одно слово - словно ругательство на своём языке. Линкей склонился к столу, потирая переносицу.

- Она не понимает, - сообщила Ишханди, обернувшись к Совету.

Конрад с интересом посмотрел на Орлану и зашевелил усами так, как будто увидел вместо императрицы гигантскую муху.

- Разрешите, я ещё раз попробую, - Герольд сложил руки на груди - ладонь к ладони, - возможно, леди Орлана не понимает всех тонкостей ситуации.

- Возможно, - согласилась вместо неё Ишханди и подёрнула длинные рукава до запястий, словно собиралась драться. - Вы должны войти в положение, она слишком много времени провела в мире людей. Там несколько другие законы и... всё прочее.

Ишханди оправдывала её, но Орлана чувствовала издевку в её голосе. Магичка хаоса сложила руки перед собой и послала ей полный дружеского участия взгляд.

- Моя императрица, посмотрите на это с другой стороны. Никто не хочет унизить достоинство императора Зорга. Но, думаю, вы уже поняли, что в вашей стране весьма сильны традиционные обряды. - Волнение Герольда постепенно сошло на нет, и вот он уже читал свою привычную лекцию. - Это не случайно. Традиции - дар предков, которые научились избавляться от многих проблем.

Орлана поймала себя на том, что нервно отбивает такт ногой, и с раздражением на саму себя отвела взгляд от собеседника. Потеряв зрительную связь с ней, учёный на мгновение запнулся.

- Итак... погребение - одна из таких традиций.

Конрад зевнул. Или очень натуралистично сыграл зевок.

- Я уже слышала про возвращение предков, - так спокойно, как только могла, произнесла Орлана. - Но неужели вы действительно думаете, что явится Руана и начнет разрушать всё направо и налево?

Воцарилась тишина, но всего на несколько секунд. Потом зашумели все разом: никто не раскрывал рта, чтобы высказаться вслух, но гул стоял, как в аудитории, полной ошалевших от безнаказанности студентов. Орлана поняла, что чувствует их мысли - неясный, нечленораздельный гул. Она поборола желание тряхнуть головой, чтобы выбросить оттуда этот шум.

- Императрица довольно ясно высказалась про эти вопросы, - сказал молчащий до этого ни один совет Аграэль. - Мы собираемся здесь в ночи, чтобы уговорить её?

- Ваше величество, - вкрадчиво произнёс Линкей, заглядывая Орлане в глаза. А она почему-то не могла оторвать взгляда от сеточки мелких морщин у его губ, - маги бегут из Альмарейна. Им страшно, и, знаете, возможно, что Руана не вернётся и не будет никого убивать, но она прогоняет уже сейчас - одним упоминанием о себе.

Тихие шаги почти никто не услышал, только Орлана увидела, как зале появился Идрис. Молча он прошёл к своему месту, почти бесшумно отодвинул стул и опустился на него. Тогда его заметили и остальные.

Фиолетовая накидка сползла с его плеча, открыв рубашку, украшенную золотыми цепочками. Такие же цепочки переплетались в длинных волосах, конец одной грустно свисал почти до самого стола. Идрис сидел, опустив голову и перебирая пальцами манжет рубашки.

- Хорошо, - вздохнула Орлана. - Сколько времени должно пройти, прежде чем в наш мир проникнет Руана?

Герольд чуть смутился, получив в полное распоряжение внимание всего Совета - кроме мага времени.

- Если верить древним исследованиям, то от трёх до пяти дней. - Он, как будто извиняясь, развёл руками.

- Нормально, - кивнула своим мыслям Орлана. - Вы дадите мне эти дни, если я дам слово, что разрешу совершить ритуал после?

Идрис оторвался от созерцания своих рук и выжидательно взглянул на неё. Не удивительно, до неё тут обреталось мало императриц, ставящих Совету ультиматумы. Герольд кашлянул и, дёргая себя за бородку, опустился на стул. Лекция могла считаться законченной.

   - Тянуть время? - выдохнула Ишханди, и Орлана снова поразилась ужасному запаху её духов.

- Может, поговорим о Тарамне, пока предки не спустились, чтобы карать нас? - предложил Эрвин. Маг природы выглядел не лучшим образом - щёки ввалились, и со лба он то и дело вытирал испарину. - Что будем делать с этим предприимчивым Ольвэ?

Ишханди царапнула ногтями паутинную поверхность стола, звук получился на редкость мерзким. Сидящего справа от неё Линкея передёрнуло.

- Что вы обычно делаете с провокаторами? - Орлана усмиряла бешено колотящееся сердце. Разговор про Ольвэ казался ей куда легче, чем спор об упокоении отца. - Быстрее замолчит, если не подшепчем заклинаний в огонь.

За окном стало совсем темно. Уже было не ясно: звёзды ли горят в глубине ночного неба или отражаются в нём огненные шары, освещающие город. Альмарейн лежал у подножья далекого леса сплошным серебристым заревом.

- Если Тарамн и правда выйдет из состава империи, это будет сильным ударом по нашей экономике, - возразил Линкей.

- Побойтесь Вселенского Разума, лорд. Куда он выйдет, его растопчут тут же, как пылевого демона, - сердито выплюнул Аграэль.

- Не скажите, - Линкей даже не обернулся на него, - много же охотников найдётся прибрать к рукам лучшего в мире создателя артефактов. Республика Маар, опять же. Кто больше всех кричал о правах суверенности? Возможно, имеет смысл и правда сократить пошлины?

Эрвин кивнул, вытирая подрагивающей рукой лоб.

- Вам плохо, лорд? - не выдержала Орлана. - Не произойдёт ничего жуткого, если вы покинете совет пораньше, обещаю.