Возьми мою душу - Сигурдардоттир Ирса - Страница 2

— Крещу тебя во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь.

Он впился взглядом в лицо девочки. Лоб ее ломило от холодного снега, но она не чувствовала боли, испуганная выражением его страшных сверлящих глаз. Кристин отвернулась, сунула руки в карманы теплой куртки с капюшоном. Она начинала мерзнуть, теплые рукавички спасали ее ладошки от порывистого студеного ветра. В правом кармане куртки Кристин нащупала какой-то предмет и сразу же вспомнила про письмо. Мрачное предчувствие охватило ее, на несколько мгновений заслонив страх перед мужчиной. Она обещала маме доставить конверт, но не сдержала слова. Мама просила обязательно отнести конверт. Очень важный конверт. Это были ее последние слова. И теперь получалось, что она подвела свою маму. Девочка почувствовала, как по щекам побежали слезы. Довериться мужчине она не могла, потому что мама запретила показывать ему конверт. Закусив нижнюю губку, девочка стояла, не зная, плакать ей или молчать. Она зажмурилась, мечтая исчезнуть отсюда, очутиться в кровати, рядом с мамой, чтобы все стало как раньше. Когда она открыла глаза, перед ней был все тот же мужчина. Охваченная безысходностью, она беззвучно заплакала, слезы ручьями полились по щекам, исчезая в шарфике.

Мужчина потряс ее за плечи.

— Бог с радостью встретит тебя. Ты молитвы какие-нибудь знаешь?

Девочка отчаянно кивнула.

— Вот и хорошо. — Он заглянул в отверстие. — Я опущу тебя туда, а попозже Бог придет за тобой. А ты молись, пока он не появится. Поначалу будет холодно, но ты не бойся. Скоро ты уснешь и сразу же окажешься рядом со своей мамочкой в раю.

Как она ни старалась сдержать себя, плач перешел в громкие рыдания. «Ну почему, если Бог такой хороший, он не придет за мной сейчас? Ведь мне не хочется опускаться в эту страшную дыру. И мама не позволяла ходить сюда». Девочка посмотрела на мужчину и поняла: выбора у нее нет. Неожиданно для себя она умолкла и замерла. Мужчина подхватил ее под мышки, приподнял и начал медленно опускать в отверстие в земле. Девочка повернула головку, чтобы в последний раз увидеть ферму. Взгляд ее упал на чердачное окно. Она вздрогнула, заметив, что кто-то стоит там и смотрит на нее. Окно было грязным и находилось далеко, она не узнала стоявшего, а посмотреть второй раз не успела, уже через секунду очутившись в холодной полутьме. Она ничего не видела и лишь изо всех сил сдерживала страх. «Бог — хороший. А в окне был не призрак. А Бог — хороший». Едва люк закрылся, она услышала скорбные завывания. Плач мертвых детей. Но девочка старалась не думать о них.

— Бог — хороший. Так мама говорила, — прошептала она.

В дыре оказалось холоднее, чем на улице. Кристин попыталась было сесть, но пол промерз хуже кресла в машине, на которой ее привезли. Она обхватила себя руками. Перед тем как опустить крышку, мужчина сказал:

— Удачи. Передай привет своей мамочке. И Богу. Не забывай молиться. Много молись.

Девочка погрузилась во мрак. Она старалась не дрожать, дышать размеренно, но мешали рыдания. Однако больше всего ее мучила мысль о неотданном конверте. Она зажмурилась, потому что воображаемый свет успокаивал. «Может, кто-нибудь вытащит меня отсюда. Хотя бы тот, кто смотрел из чердачного окна. Вот было бы хорошо… хорошо… как хорошо». Ей вовсе не хотелось оставаться здесь. Она сложила ладошки и принялась молиться:

Вторник, 6 июня 2006 года

Глава 1

— Письмовое отверстие, — поправила их Тора с вежливой улыбкой. — Так в распоряжении называется прорезь, в которую опускаются письма. — Она ткнула пальцем в лежащую перед ней компьютерную распечатку и, перевернув ее, пододвинула к сидящей напротив паре. Посетители нахмурились еще больше, и, прежде чем мужчина успел разразиться очередной тирадой, Тора поспешила продолжить: — Когда в две тысячи третьем году постановление об основных почтовых услугах за номером пятьсот пять от тысяча девятьсот девяносто седьмого года заменили постановлением номер восемьсот пять о всесторонних почтовых услугах, статья двенадцатая, касавшаяся почтовых ящиков, была отменена.

— Видишь?! — воскликнул мужчина и торжествующе посмотрел на жену. — Как я тебе и говорил. Теперь они не имеют права отказать нам в доставке корреспонденции. — Он повернулся к Торе, выпрямился и скрестил на груди руки.

Тора откашлялась.

— К сожалению, не все так просто. Новые правила соотносятся со строительными установлениями, касающимися расположения письмовых отверстий. В них говорится следующее: «Письмовое отверстие должно быть расположено таким образом, чтобы нижний край его находился от земли на расстоянии не менее метра и не более метра двадцати сантиметров». — Она быстро перевела дыхание. Задерживаться не стоило, иначе мужчина снова перебьет ее. — Закон о почтовой службе номер двенадцать от две тысячи второго года гласит: «Служба доставки корреспонденции имеет право вернуть письмо отправителю, если расположение письмового отверстия не соответствует пункту в строительных правилах». — Дальше прочитать она не смогла, поскольку мужчина, возмущенно подпрыгнув на стуле, заголосил:

— А ну-ка постойте! Уж не хотите ли вы сказать, что мне больше корреспонденцию не будут доставлять, да еще и лишают права протестовать? — Он фыркнул и театрально замахал в воздухе руками, словно отражая атаку невидимых бюрократов.

Тора пожала плечами.

— Вы всегда можете перевесить почтовый ящик повыше.

Мужчина испепелил ее взглядом.

— Я, признаться, надеялся найти у вас поддержку, особенно после вашего обещания вникнуть в суть моего заявления.

Торе очень хотелось швырнуть распечатку в красную как гранат физиономию мужчины, но она лишь сжала зубы и продолжила:

— Я так и сделала, тщательно осмыслив ваше требование. — Она вымученно улыбнулась. Тора ожидала сразить пару своим энциклопедическим знанием актов, постановлений, инструкций и законов и невероятной способностью разбираться в них. Хотя, конечно же, подозревала, с какими сложностями столкнулась. Перед ней лежало одно из тех скучных дел, где хоть лоб расшиби, а толку не добьешься. Ее должно было насторожить странное волнение, звучавшее в голосе позвонившего ей мужчины. Сбивчиво, перескакивая с одного на другое, он поведал о своем несчастье, умоляя вмешаться в долгую муторную тяжбу, которую они на пару с женой вели с почтовой службой. Они только-только переехали в новый дом, отличный, сборный, доставленный из самой Америки. Строительная конструкция включала в себя все детали, вплоть до самых мелких. Среди прочего имелась, разумеется, и дверь с почтовым ящиком. Его-то расположение и нарушало все правила. И вот однажды приходит жена домой и видит на двери записку, написанную от руки и сообщавшую, что корреспонденция им доставляться не будет, поскольку почтовый ящик расположен слишком низко. В будущем им предлагалось забирать приходящие письма на почте.

— Могу лишь посоветовать вам наилучший выход из создавшейся ситуации. Возбуждать дело против почтовой службы не рекомендую. Бесполезно также подавать в суд на представителя строительного комитета.

— Заказывать новую входную дверь — те же дополнительные расходы. И почтовый ящик я тоже перевешивать не стану, — заявил мужчина. — Я вам уже говорил об этом. — Супруги гордо переглянулись.

— Входная дверь встанет вам в гораздо меньшую сумму, чем судебные расходы. — Тора вручила паре последний документ из подготовленной к их приезду и лежавшей перед ней стопки. — Вот посмотрите. Это я написала, от вашего имени.

Оба потянулись к бумаге, но муж оказался проворнее.

— Почта или почтальон допустили процедурную ошибку. Вам, то есть каждому из вас, почтовая служба обязана была выслать заказным письмом официальное уведомление о неправильном расположении вашего почтового ящика и оставить время на ознакомление с ним. До момента полного ознакомления доставку писем прекращать нельзя.