История, рассказанная ночью, или добро с клыками - Милованова Марина - Страница 57

— Вставай, я хочу, чтобы ты сегодня надела вот это платье! — На кровати появилось нечто бордовое, слегка шелестящее. — А к нему вот эти украшения. — Рядом лег раскрытый футляр. На бархатной подушке переливались огненно-красные рубины, чей блеск показался мне зловещим.

— Не хочу! — Потянув на себя одеяло, я скинула обе вещи на пол. — Все, что ты предлагаешь, пропитано кровью невинных людей!

Вампир вздохнул, то ли разозлившись, то ли расстроившись, а затем что-то пробормотал. На меня внезапно накатила такая сильная слабость, что я не смогла пошевелить даже пальцем. Воспользовавшись моим состоянием, он бесцеремонно вытащил меня из-под одеяла и на удивление быстро одел, легко справившись и с моей беспомощностью, и со всеми крючками и завязками на платье. Затем, усадив (скорее, уложив) в кресло, быстро соорудил прическу и надел на меня украшения. Затем опять что-то пробормотал, и ко мне вернулись силы.

Даже не вставая, я принялась сдирать с себя побрякушки и наряд. Стерпеть такого надругательства Саймон не смог и схватил меня за руки.

— Если тронешь одежду, больше никогда не увидишь своего менестреля! — зловеще бросил он.

Зашипев от досады, я поднялась с кресла, наградила капюшон вампира яростным взглядом и пошла к двери, намереваясь покинуть комнату, но успела бросить мимолетный взгляд в зеркало.

Следовало признать, что Саймон отлично справился. Несмотря на раздражение, я отметила, что выгляжу просто великолепно, но настроение от этого испортилось еще сильней.

— И куда же мы идем? — спросила я вампира, едва мы вышли в коридор.

— Я обещал тебе, что ты увидишь тюремный завтрак, — просто ответил он.

— И ради этого стоило так наряжаться?

— Думаешь, вчера в сорочке ты смотрелась более уместно? — парировал он. — Извини, дорогая, но ты вампир и всегда должна быть на высоте.

— Сказала же, что я не вампир! — прошипела я, старательно сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего и вновь не разозлить Саймона. Иначе действительно упущу возможность увидеть Данти. Но, к счастью, гроза прошла стороной. За всю дорогу вампир не проронил ни слова.

На этот раз заключенные вели себя тихо. Они были заняты завтраком и не обращали на нас совершенно никакого внимания. Вампир не обманул: еда, лежавшая на подносах, которые подавали в камеры двое разносчиков с большими тележками, действительно радовала количеством и изобилием. Причем я не увидела, чтобы люди проявляли торопливость и нетерпение, наоборот. В общем, было действительно заметно, что еда им не в новинку. Только один человек практически не притронулся к подносу, не спуская с меня горящих глаз. Данти.

Как только Саймон отворачивался, я смотрела на него умоляющими глазами и старательно косила глазами на еду, показывая, что ему обязательно нужно поесть. К сожалению, Данти не спешил внимать моим советам и упорно игнорировал поднос. При этом некоторые заключенные, замечавшие мои гримасы, начинали громко фыркать, сдерживая рвущийся наружу смех.

— Музыкант, прошу тебя, забудь на время о своей гордости и съешь хоть что-нибудь! Иначе она рискует окосеть от усердия, — вдруг попросил Саймон, продолжая стоять ко мне спиной.

Я на мгновение застыла, а потом сделала вид, что ничего не случилось, а вот заключенные принялись хохотать и улюлюкать, поддерживая удачную, на их взгляд, шутку Саймона. Странно, я почему-то думала, что они будут на стороне Данти. Во всяком случае, было ясно одно — в такой обстановке Данти точно не станет есть.

— Пойдем отсюда, — попросила я вампира. — Думаю, ты показал мне все, что хотел.

— Подожди! — Саймон взял меня за локоть. — Если твой друг не хочет есть, тогда поем я. Причем так же, как вчера вечером.

После его слов воцарилась тишина, а люди принялись расходиться по углам.

— Прекрати сейчас же! — Моя выдержка дала сбой, я закричала и готова была искренне вцепиться Саймону в глотку — Надоели твои кровожадные выходки!

— Это не выходки, а жизненная необходимость, — возразил вампир. — Кажется, я вчера тебе все объяснил.

— Не вижу никакой жизненной необходимости! — огрызнулась я. — Просто очередное нелепое оправдание.

— Тебе легко говорить, потому что ты полукровка. Но уверен, стоит тебе лишь однажды «позвать» твою вторую половину, и вампир в тебе с легкостью победит человека.

— Не бывать этому! — опрометчиво заявила я.

— А давай попробуем, — предложил он. — Заодно и проверим, насколько я прав.

— Я не хочу и не буду участвовать в твоих дурацких экспериментах! — Я демонстративно отвернулась и направилась к выходу, но было уже поздно. Саймон, не слушая меня, вновь обездвижил одного из заключенных, и очередной бедняга уже подходил к решетке.

— Подойди ко мне, Лютена! — приказал вампир. Причем именно приказал, а не попросил, как обычно. Повинуясь неожиданной магии его властного голоса, я приблизилась. — А теперь посмотри сюда! — Одной рукой он схватил человека за волосы, а другой подтолкнул меня к нему почти вплотную. — Посмотри, это сосуд, наполненный самой драгоценной жидкостью. Это эликсир твоей вечной жизни! Он необходим тебе, и ты это знаешь. Испей и познай высшее блаженство. Смотри, ведь это так просто!..

Завороженная его голосом, я внимательно следила за пульсирующей жилкой на шее жертвы. И в какой-то момент неожиданно начала внимать звучащим словам, причем настолько, что действительно захотела попробовать неведомый эликсир. Не видя ничего вокруг и забыв себя, я потянулась к манящему теплу тела, чувствуя, как в предвкушении кружится голова. Губы приоткрылись сами собой, а из горла вырвалось низкое приглушенное рычание. Дрожа от нетерпения, я вцепилась стальной хваткой в тело жертвы и вонзила зубы в плоть.

В то же мгновение в голове словно взорвались тысячи молний, а рот обожгло огнем. Отпрянув, я несколько секунд изучала то, что находилось в моих руках, а затем с диким визгом оттолкнула человека и вцепилась в глотку Саймона:

— Чертов ублюдок, я выпущу тебе кишки за такие эксперименты!

Не без труда, но вампир все же разжал мои руки, а затем неизвестно откуда достал небольшое зеркало в оправе и сунул мне его под нос:

— Смотри сюда, видишь? Ты в крови своей первой жертвы и у тебя клыки, как у настоящего вампира! — Проклятая блестящая поверхность действительно отразила ужасную картину: хищное выражение лица, горящие полубезумным огнем глаза, искривленный в зверином оскале рот и выступающие над нижней губой клыки, испачканные в крови. — Ты говорила, что несешь людям добро? — продолжал мой мучитель. — К сожалению, ты ошибалась. Добро не может быть с клыками! Запомни это и перестань сопротивляться истинному зову крови!

Чувствуя, что окончательно схожу с ума, я выбила зеркало из рук Саймона. От удара оно разлетелось на мелкие осколки. А затем плюнула в сторону вампира, обрывая таким образом ненавистные разговоры, и помчалась по коридору прочь из страшного места, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Вдогонку мне полетели насмешливые слова:

— Дорогая, бить зеркала — плохая примета! Разве ты этого не знала?

Вбежав в комнату, я закрылась в ванной и принялась сдирать с себя платье. Как только мне это удалось, с головой погрузилась в воду, стараясь таким образом смыть с себя и кровь, и воспоминания о произошедшем. К сожалению, последнее не получалось. Память упорно возвращалась к тому моменту, когда я, словно пребывая под гипнозом, совершила самый ужасный поступок в своей жизни. Точнее, почти совершила. Мое отражение в зеркале вновь и вновь возникало перед глазами, заставляя содрогаться как внутренне, так и внешне. Выходит, Саймон сказал правду и моя вампирская половина вполне может победить человеческую. Но я этого не хочу! Этого не должно случиться! Что же делать?

Внезапно мне на лицо упала жесткая тряпка. Вскрикнув от неожиданности, я вынырнула и увидела Кляксу, сидевшую на бортике ванны. Мышь смотрела на меня круглыми тревожными глазами, а в воде плавала упавшая мочалка.