Стихия страсти - Фрейзер Элисон - Страница 10

Колин испытал еще один удар, когда Лукас повернулся к ним лицом.

Незнакомцу, напротив, ситуация показалась очень забавной.

— Мы искали тебя, Лукас, мой мальчик, — сказал он, растягивая слова, — но, очевидно, не там, где следовало. — Он довольно засмеялся, его взгляд скользнул по Тори, она явно вызвала его одобрение.

— Чак! — непринужденно воскликнул Лукас. — Познакомьтесь, это…

Испуганная и униженная, Тори не собиралась ждать, когда он ее представит своему американскому приятелю.

— Не трудитесь, — бросила она и быстро пошла дальше. Она слышала, как Колин озабоченно позвал ее, слышала громкий и радостный смех незнакомца. От Лукаса Райкарта она не услышала ни звука, но могла четко представить его медленную удовлетворенную улыбку.

Он для нее как заразная болезнь, а у Тори практически не было к ней иммунитета. Самое разумное — держаться подальше от опасности.

Она подошла к буфету, уверенная, что Райкарт тут не появится.

— Где тебя носит? — спросил Саймон, когда она села за столик с тарелкой салата и стаканом апельсинового сока. — Я уж испугался, что ты или умерла, или попала к нему в постель. Интересно, на всех женщин он так смотрит?

— Заткнись, Саймон, — недовольно пробормотала она.

Но Саймон не мог остановиться:

— До сих пор не знал, что бывает обжигающий взгляд, думал, что это просто такое выражение из женских романов. Теперь же, когда я увидел Райкарта…

— Саймон, — перебила его Тори, оглядываясь, чтобы удостовериться, что их никто не слышит, — может быть, твои слова тебе кажутся смешными, но не думаю, что Лукас Райкарт придерживается такого же мнения.

Саймон иронично поднял брови, но понял намек и переменил тему разговора.

Не засиживаясь в буфете, Тори вернулась в свой кабинет и погрузилась в работу. Алекс после обеда не появился, наверное, пошел обмывать свое счастье, но Тори внушила себе, что его жизнь ее не касается. Как обычно, она задержалась после работы и вышла на улицу именно в тот момент, когда Колин укладывал свой портфель в багажник машины. Как член директората, он имел право ставить машину перед входом в здание.

— Тори, — он махнул ей рукой и улыбнулся, — я рад, что встретил тебя. Надо поговорить.

Тори надеялась, что разговор не коснется неприятной для нее темы. Но напрасно. Колин был дипломатичен и осторожен, говорил иносказательно, но смысл сводился к одному: она — младший сотрудник, Райкарт — богатый обольститель из высшего света. Думает ли она, что делает?

Все это говорилось с добрыми намерениями, поэтому Тори ограничилась краткими ответами «да» и «нет», старательно сдерживая свои чувства. Только сев в свою машину, она разрыдалась. Гордость ее была уязвлена: Колин счел ее наивной дурочкой, решив, что она воспринимала Лукаса Райкарта всерьез.

ГЛАВА ПЯТАЯ

После инцидента в лифте Тори решила избегать встреч с Лукасом Райкартом. Оказалось, это нетрудно. Весь следующий день американец встречался с руководителями отделов, а потом до конца недели отбыл в Штаты.

В его отсутствие Тори проанализировала ситуацию. Возможно, он хотел ее, но точно так же он мог пожелать любую игрушку для взрослых — спортивную машину или яхту. Он немножко поиграет, порадуется, потом найдет что-нибудь новенькое.

Она уже почти выкинула его из головы, когда в субботу утром среди почты обнаружила открытку с фотографией статуи Свободы. На открытке она прочла: «Он ушел?»

— С тобой все в порядке? — спросил Алекс, заметив напряженное выражение ее лица.

— Да, все нормально. — Она сунула открытку в гущу рекламок. — Она… от моей матери.

— Ты говорила, она переехала в Австралию. Тори поняла, что он видел изображение на открытке, поэтому пояснила:

— Сейчас она на отдыхе в Штатах.

Алекс кивнул, сразу утратив интерес к предмету. Тори задумалась над словами на открытке: «Он ушел?» Как бы ей хотелось, чтобы он ушел!

Она покосилась на Алекса, который крутил ее радиоприемник. Он сводил ее с ума своей неряшливостью: оставлял на стульях одежду, бросал пустые коробки куда попало, полотенцами вытирал пол. Тори сначала намекала ему, чтобы он так не делал, потом намеки превратились в замечания. Но все было бесполезно.

Ей очень хотелось, чтобы Алекс ушел от нее, во всяком случае, до того как пришла открытка из Штатов. Теперь… теперь она не хотела, чтобы Райкарт решил, будто она согласилась на его условия. В конце концов, она решила положиться на судьбу, и когда Алекс вернулся вечером после бесплодных поисков квартиры, она удивила его тем, что согласилась терпеть его еще несколько дней.

— Ты — моя звезда! Я постараюсь к середине недели найти что-нибудь, — пообещал Алекс, — ведь Райкарт возвращается в понедельник.

Тори недовольно вытянула губы:

— Он точно вернется?

— А я разве не говорил? — продолжал Алекс. — Вчера он прислал факс, в котором назначил встречу с нашим отделом. В понедельник утром в «Эбби Лодж». Хочет обсудить с нами перспективный план работы.

В понедельник утром разговор преимущественно вели Алекс и Саймон.

Саймон появился раньше, а Алекс и Тори застряли в пробке и явились в логово льва с опозданием на пятнадцать минут.

Тори не смотрела в лицо Райкарту, даже когда он, растягивая по привычке слова, произнес, обращаясь к ней:

— Доброе утро.

Они расположились в маленькой комнате для переговоров за круглым столом, вокруг которого стояло восемь стульев. Алекс начал извиняться за опоздание.

Ничего похожего на правду. Без сомнения, Лукас Райкарт знал, как в действительности обстоит дело: они приехали вместе, так как живут в одной квартире. Он даже дал Алексу шанс на признание:

— Вы живете неподалеку от Тори?

— Я… нет, не совсем, — ответил Алекс, заговорщически взглянув в сторону Тори.

Сердце Тори подпрыгнуло и упало, когда Лукас произнес:

— Я бы сказал, что вы поступили благородно, Тори: сделали круг и заехали за Алексом. — Он заставил ее посмотреть ему в глаза.

Прошла неделя с их последней встречи. За это время она сумела настроить себя на неприязнь к нему. Она отметила его возраст, морщины, прорезавшие загорелое лицо, седину на висках. Увидела шрам на одной щеке, губы в злой усмешке. Но, встретившись с ним взглядом, Тори позабыла обо всем. Синие, как тропическое небо, глаза влекли к себе, заставляя чувствовать его обаяние, которое невозможно объяснить никакой логикой. Она решила взять себя в руки и не поддаваться силе его обаяния. Она ругала себя за слабость. Но еще больше сердилась на него, ставшего причиной ее смятения.

— Мне было по пути, — ответила она с вызовом.

Его рот превратился в тонкую жесткую линию.

Он все понял. Она ответила на его открытку. Значит, Алекс все еще с ней. Он не отрывал от нее взгляда, пока она не отвела глаз. Только потом приступил к делам.

Он говорил о направлениях развития отдела. Многие программы, по его мнению, запаздывали по времени и теряли свою актуальность. Кроме того, попадались откровенные компиляции из программ других компаний.

Алекс понял: ему указывают на то, что он и сам знал.

— Недавно мы отказались от проекта, так как он уже находился в разработке у другой компании, — вставил он.

— И во что обошелся ваш отказ «Иствич»? — поинтересовался Лукас Райкарт.

— Не помню, — признался Алекс.

— Я напомню, — сказал Лукас Райкарт и назвал цифру.

— Да, кажется, так, — осторожно подтвердил Алекс. — Как правило, я не занимаюсь бюджетом.

Тори внутренне содрогнулась, видя, как Алекс сам лезет в ловушку, которую расставил ему американец. Повисло молчание, после которого Райкарт произнес:

— Я так и подумал.

Алекс почувствовал опасность и попытался отвоевать позиции:

— Я, конечно, участвую в составлении бюджета. Практически все программы делались с небольшими затратами.

— В самом деле? — сухо удивился Райкарт. — И какие же?

— Я… то есть… — Алекс покраснел. — Я не имел в виду буквально. Только уверяю вас, мы потратились не более, чем любой другой отдел, — попытался он увести разговор в сторону.