Прекрасные создания - Штоль Маргарет - Страница 96

Лена побледнела еще больше. Круг крови! Она подняла свечу высоко над головой и закрыла глаза. Ее зеленое пламя пронзило оранжево-красное зарево, поднимавшееся от свечей других участников церемонии. Раздался громкий звук, похожий на выстрел.

— Лена! — крикнул я.

Она не ответила. Зеленое пламя выстрелило в темноту над нашими головами — выше туч, почти до звезд. Я вдруг понял, что в этот вечер древний особняк Равенвудов был без потолков и крыши. Я прикрыл глаза рукой, когда зарево свечей стало жарким и ослепительным. Мне вспомнился Хеллоуин. Что, если атака Сэрафины снова повторится? В прошлый раз им не удалось отразить нападение. О чем они поют? К каким силам взывала мать Мэкона? Sanguinis и что-то там дальше. К сожалению, я не знал латынь. Мне вновь захотелось вступить в Клуб классики, где изучали древние языки.

Мои мысли прерывал громкий стук в переднюю дверь. Пламя свечей сжалось, теперь горело лишь несколько отдельных огоньков. Затем мантии, полумрак и открытое небо исчезли. В один краткий миг люди превратились в мирное семейство, обступившее кофейный столик, на котором возвышался большой торт. Женщины весело напевали традиционную песню.

«Что происходит?»

— С днем рождения, Лена!..

— Последние слова песни прозвучали под продолжающийся стук. Я с изумлением смотрел на белую скатерть, чайный сервиз и трехъярусный торт с розовым, белым и серебристым слоями крема. Лена, еще секунду назад посылавшая в небо ревущее пламя, склонилась над столом и, отгоняя дым от лица, задула свечи. Ее семья захлопала в ладоши. Вновь в джинсах и в моей ветровке она выглядела совершенно иначе — другой шестнадцатилетней девушкой.

— Радость ты наша!

Бабушка, опустив на стул вязание, принялась разрезать торт. Тетя Дель наливала в чашки изумительный цветочный чай. Рис и Райан внесли в комнату кучу подарков. Мэкон вальяжно сидел в викторианском кресле и вместе с Барклаем потягивал виски.

«Что происходит? Лена, что случилось?»

«Кто-то стоит у двери. Они приняли меры предосторожности».

«Я не могу угнаться за ходом событий. У тебя какая- то реактивная семья».

«Угощайся. Это же мой день рождения, помнишь?»

Громкий стук в дверь не утихал. Ларкин приподнял голову от треугольного куска торта.

— Вам не кажется, что кто-то стучит в дверь?

Мэкон стряхнул крошки с кашемирового сюртука и посмотрел на племянника.

— Интересно, кто бы это мог быть?

Взглянув на Лену, он строго покачал головой. Этим вечером ей было запрещено подходить к передней двери. Лена кивнула и повернулась к бабушке. Та улыбнулась любимой внучке, а затем, поманив меня пальцем, похлопала по подушке, лежавшей рядом на софе. Прекрасное начало! Похоже, пришла пора познакомиться с бабушкой. Из прихожей доносились знакомые голоса, и я решил, что мне действительно лучше побеседовать с бабушкой, чем встречаться с людьми, собравшимися у крыльца Равенвуда. Я выглянул в окно. Перед верандой стояла целая толпа: Ридли и Линк, Саванна и Эмили, Идеи и Шарлотта, весь их фан-клуб и джексоновская баскетбольная команда. Некоторые из них были одеты в свою повседневную форму — майки джексоновских ангелов. Увидев грязное пятно на щеке Эмили, я вспомнил о реконструкции битвы на Медовом холме. Мы с Леной пропустили ее основную часть. Теперь мистер Ли не поставит нам зачет по теме. А годовая оценка в лучшем случае будет удовлетворительной. В программе военной кампании остались лишь вечернее сражение и победный салют.

— Позовите Лену! Мы приготовили для нее сюрприз!

На самом деле сюрприз был впереди. Я снова позволил силам хаоса найти дорогу к особняку Равенвуда. Около дюжины ребят столпились в прихожей. Бабушка, не вставая с софы, помахала им рукой. Мэкон спокойно пил виски. Взглянув на него, я понял, что он едва сдерживает ярость. Странно, что Ларкин впустил в дом непрошеных гостей.

«Они преследуют меня даже здесь».

«Я же говорил тебе о вечеринке».

Эмили протиснулась вперед.

— Где новорожденная?

Она распростерла руки, как будто собиралась обнять Лену. Та отступила назад, но не успела увернуться. Эмили обвила ее руками, словно они были неразлучными подругами.

— Мы планировали эту вечеринку целую неделю. У нас живая музыка. Шарлотта арендовала осветительную аппаратуру, так что на поле будет светло как днем. Мы же знали, что владения Равенвудов очень темные.

Она понизила голос, словно планировала обсудить поставку контрабанды с черного рынка:

— И еще у нас есть персиковый шнапс.

— Ты должна увидеть это, — протяжно произнесла Шарлотта.

В паузах между словами она делала быстрые вздохи. Очевидно, узкие джинсы пережимали ей живот.

— Настоящие лазерные установки! Мы устроим рейв-вечеринку в Равенвуде! Круто, правда? Лучше, чем танцы в саммервилльском колледже!

Рейв? Ридли точно одурманила их. Эмили и Саванна устроили вечеринку для Лены. Они ластились к ней, как будто она стала их Снежной королевой. Наверное, проще было бы заставить их спрыгнуть с утеса.

— Теперь давай поднимемся в твою комнату. Тебе нужно приодеться!

Шарлотта, как всегда, перегибала палку и вела себя излишне фамильярно. Хотя что с нее взять? Группа поддержки! Лицо Лены позеленело. Ее комната? Наполовину исписанные стены, где были и фразы о многих одноклассниках.

— О чем ты говоришь, Шарлотта? Она выглядит великолепно. Как думаешь, Саванна?

Эмили вновь обняла Лену и неодобрительно посмотрела на Шарлотту, словно той следовало отложить кусок торта в сторону и попытаться выполнить поставленную перед ними задачу.

— Ты шутишь? — ответила Саванна, пригладив волосы Лены и намотав их прядку на палец. — Мы можем слегка прибрать локоны... А впрочем, не нужно. Какие они потрясающие! Какие черные!

— В прошлом году мои волосы тоже были черными, — запротестовала Иден. — По крайней мере, у корней.

В прошлом году Иден покрасила волосы в черный цвет, надеясь как-то выделиться среди подруг-блондинок. Саванна и Эмили безжалостно высмеяли ее, и через день ей пришлось перекраситься.

— Ты выглядела как скунс.

Саванна одобрительно улыбнулась Лене.

— А она похожа на итальянку.

— Пойдем с нами, — затараторила Эмили, схватив Лену за руку. — Все ждут только тебя.

Лена не отвечала.

«Это, наверное, какой-то розыгрыш».

«Все верно, это розыгрыш. Но не такой, как ты думаешь. Он больше связан с сиреной и леденцом».

«Ридли! Я могла бы догадаться!»

Она посмотрела на тетю Дель и дядю Мэкона. Те выглядели растерянными и слегка напуганными, словно их латынь оказалась бессильна перед таким поворотом событий. Бабушка улыбалась. Она не знала, к какой породе относились эти ангелы.

— Что за спешка? Неужели вам, детки, не хочется выпить по чашечке чая?

— Салют, бабуля! — крикнула с порога Ридли.

Она стояла на веранде, яростно облизывая красный леденец. Я даже подумал, что, если она остановится, какая-то огромная конструкция тут же развалится на части, как карточный домик. На этот раз она могла пробраться в Равенвуд без моей помощи. Рядом с ней стоял ухмыляющийся Ларкин. Он глазел на пышную грудь кузины, которая едва не вываливалась из туго зашнурованной блузы. Парни, собравшиеся у крыльца, благоговейно посматривали на ее короткую джинсовую юбку и нижнее белье, которое так любят демонстрировать девушки с обложек «Горячего стержня».

Прислонившись к дверному косяку, Ридли громко прокричала:

— Сюрприз!

Бабушка поставила чашку на стол и подняла со стула свое вязание.

— Ридли, рада видеть тебя, детка! Твой новый облик очень впечатляет, дорогая. Я уверена, что у тебя много поклонников.

Она послала внучке невинную улыбку, но в ее глазах не было радости. Ридли надула губы, продолжая сосать леденец. Я направился к ней.

— Рид, сколько леденцов ты сегодня съела для этой постановки?

— Для какой именно?

— Ну хотя бы для того, чтобы заставить Саванну Сноу и Эмили Эшер устроить вечеринку для Лены?

— Больше, чем ты можешь себе представить, дружок.