Три дара любимому - Филд Сандра - Страница 7

— Я не принадлежу ни одной женщине, — возразил Джаред.

— Скажите об этом Лиз, а не мне. Меня это не интересует. Кроме того, половина гостей с большим интересом наблюдает за нами, а другая половина прислушивается к нашему разговору. А мне сейчас больше всего нужно как минимум три бокала шампанского.

— В таком случае мы продолжим наш разговор позднее.

— Здесь нечего продолжать!

Но Джаред уже сделал знак официанту, и тот, поставив два бокала на серебряный поднос, подбежал к ним. Передав один бокал Дейвон, Джаред сказал:

— Добро пожаловать в нашу семью, Дейвон.

Шампанское было восхитительно ледяным. Сделав маленький глоток, Дейвон подняла бокал и вежливо сказала:

— Идите к дьяволу, Джаред.

Он негромко рассмеялся.

— Могу сказать вам лишь одно: ваша тактика сильно отличается от других.

— Вы на неверном пути, раз путаете искренность и тактику.

— Искренность и слабый пол — две несовместимые вещи.

— А искренность и честность — вполне.

— Женская честность, моя дорогая Дейвон, всегда бывает замужем за счетом в банке.

Теперь настала очередь Дейвон рассмеяться.

— Значит, по-вашему, все женщины — золотоискательницы? Какой штамп! Главе «Холт инкорпорейтед» следовало бы мыслить шире!

— Если вы знали, что я возглавляю «Холт инкорпорейтед», почему же вы спросили, не работаю ли я на конном заводе? — выпалил он.

— По той простой причине, что тогда я не знала об этом.

— И когда же узнали?

— Моя мама сказала мне об этом минуту спустя после вашего ухода.

— И поэтому вы решили так нарядиться.

Дейвон только фыркнула:

— Я нарядилась так потому, что хотела показать вам ваше место, потому что вы самый грубый человек, какого я в жизни встречала. Но напрасно. Ваше «я» не переменить.

— Возможно, тетя Бесси права. Вы — то, что мне нужно.

Дейвон сделала слишком большой глоток шампанского и закашлялась. Потом насмешливо сказала:

— Мое «я» — песчинка по сравнению с вашим. Но теперь позвольте вас покинуть — на этой свадьбе есть чем заняться, кроме обмена колкостями с вами. В одном вы были правы — мне надо было пропустить свой рейс из Йемена.

Отступив на шаг, она направилась к матери, каждым нервом чувствуя, как Джаред Холт смотрит ей в спину.

Она вела непринужденный, но очень рассеянный разговор с гостями — то с одним, то с другим, — пока наконец не увидела с облегчением, что распорядитель приглашает всех под большой тент, убранный цветами, где был сервирован праздничный ужин. Играл камерный оркестр. Место Дейвон, разумеется, было за главным столом. Она с ужасом обнаружила, что должна будет сидеть между Бенсоном и его сыном, а рядом с Алисией должен был сидеть муж тети Бесси, попавший в больницу.

Менять местами карточки было слишком поздно, и Дейвон, натянуто улыбнувшись Бенсону, отодвинула свой стул и села. Перед ней оказалась тарелка с сочными креветками в соусе. Дейвон со страхом уставилась на нее, сожалея, что выпила так много шампанского. Закуска расплывалась перед ее глазами. Она поспешно наклонилась.

Твердые пальцы сжали ее локоть, помогая выпрямиться.

— С вами все в порядке? — спросил Джаред. Она растерянно заморгала и пробормотала:

— В п-порядке... просто я не помню, когда ела в последний раз... кажется, в Йемене... вчера...

Джаред взял из корзинки булочку и протянул ей:

— Съешьте.

Хлеб был теплым и мягким. Дейвон прожевала кусочек, проглотила и неискренне пробормотала:

— Спасибо.

Джаред уже подозвал ближайшего официанта.

Креветки убрали, и перед Дейвон оказалась чашка с прозрачным янтарным бульоном.

— Попробуйте, — сказал Джаред. — Очень хорошо помогает.

Дейвон уставилась на изящную пиалу. Джаред так умело и быстро приказал переменить ей блюда, что она не выдержала и сказала:

— Вы всегда получаете то, что захотите?

— Пейте бульон.

— Только не пытайтесь получить меня, хорошо?

— Делайте, что вам говорят, Дейвон.

— То, что вам не нравится, вы попросту не слышите, да? — сердито ответила она, беря ледяными пальцами ложку. Бульон был восхитителен, первый же глоток заметно согрел ее. Сделав еще один, она покосилась в сторону Бенсона. Тот был искренно увлечен разговором со своей женой. Девушка тихо спросила: — Джаред, вы на самом деле пытались дать моей матери отступного?

— Да.

Он даже не потрудился это отрицать! Дейвон вздрогнула от внезапного приступа гнева.

— Какая гадость!

— Я бы назвал это обычным делом. К тому же не понимаю, что вам не нравится — все равно ведь мое предложение не приняли.

— А вы не думаете, что не всех женщин можно купить?

— Нет, они просто ищут большего. — Губы Джареда искривились. — Развод может дать гораздо больше.

Дейвон сделала еще один глоток бульона.

— Вы слишком мрачно смотрите на мир.

— Ошибаетесь. Просто я кое-чему научился за свои тридцать с лишним лет. Купить можно всех. Каждая женщина имеет свою цену — одна выше, другая ниже. — Он взял креветку. — В большинстве случаев, впрочем, не получаешь и того, за что заплатил.

— Потому что вы за это платите, — вспыхнула Дейвон.

— А вам до сих пор непонятно, что все имеет свою цену?

Дейвон вспомнила о Стиве и Питере и сказала резче, чем хотела:

— Конечно, понятно. Но ваша ошибка в том, что вы ставите знак равенства между ценой и деньгами.

— Я некоторое время сомневался... но вы ничем не отличаетесь от других.

Дейвон холодно улыбнулась ему.

— Вы хотя бы понимаете, что только что сделали мне комплимент?

Он усмехнулся в ответ.

— А вы остроумны и за словом в карман не лезете, не могу отказать вам в этом.

— Боже мой, столько комплиментов сразу! Вы растете в моих глазах, Джаред.

— Значит, вам понравится, когда я вас поцелую.

Бульон выплеснулся из ложки в ее задрожавшей руке. Дейвон аккуратно положила ложку в пиалу.

— Вы пытаетесь заставить Лиз ревновать?

— Оставьте Лиз в покое! — жестко сказал он.

— Значит, верность для вас — пустой звук?

— Вы вмешиваетесь в дела, которые вас не касаются.

— Вот как? — резко сказала Дейвон. — В таком случае запомните еще раз, что моя персона — тоже не ваше дело.

— Дорогая, тебе не понравились креветки? — обратилась к ней Алисия.

Чувствуя, что ее щеки раскраснелись, а глаза блестят от еле сдерживаемого гнева, Дейвон поспешно ответила:

— После шампанского — не очень, мама.

— Мы с Бенсоном как раз говорим о том, как хорошо было бы увидеть в «Дубках» внуков, — в полный голос сообщила Алисия. Тактичность никогда не входила в число ее достоинств.

— Правда?.. — пробормотала Дейвон.

— Мне очень хотелось бы, дорогая, чтобы ты сменила работу. Джаред, она почти не бывает дома. Как можно влюбиться, когда ты постоянно мотаешься между Борнео и Тимбукту?

— Мама, я никогда не была в Тимбукту.

— Не придирайся к словам, Дейвон, ты знаешь, что я хочу сказать.

— Мне нравится моя работа, — возразила Дейвон. — И если мне суждено влюбиться, то я могу это сделать где-нибудь в Эмиратах с таким же успехом, как и в Торонто.

— Ты не можешь поддерживать отношения с человеком, встречаясь с ним между двумя авиарейсами!

— Тогда, боюсь, в надежде на внуков вам придется полагаться на Джареда.

В разговор вступил Бенсон:

— К сожалению, Джаред не верит в брак... Лиз, кстати, была очаровательна сегодня.

Официант убрал пиалу с бульоном, другой поставил тарелку со свиными биточками. Чувствуя, как сжимается желудок, Дейвон заговорила с Бенсоном о его лошадях, и вскоре блюдо благополучно убрали. Окончание ужина: тосты, неизбежные поцелуи невесты с женихом — все прошло перед ней как в тумане. Когда, наконец, она смогла выйти из-за стола, то снова встретила кузена Джареда, Патрика. Он представил ее нескольким своим друзьям, и впервые за весь вечер Дейвон почувствовала себя хорошо.

Они со смехом рассказывали друг другу страшные истории о путешествиях через океан, когда Дейвон заметила направляющегося к ним Джареда и встревожилась.