Книга мёртвых - Хольбайн Вольфганг - Страница 104

— Роберт! — На этот раз отец уже кричал, и его голос был настолько громким, что я сумел порвать оковы морока и вернуться к реальности. На мгновение я отчетливо увидел отца, и его образ запечатлелся в моем сознании. Вскрикнув, я открыл глаза.

И голос отца затих, исчезнув в пучине бесконечности.

В тот же миг темные чары спали и мрачные силы, поддерживающие голема, утратили власть надо мной. Я подозревал, что мой отец сделал все, чтобы я услышал его. И это спасло меня.

Внезапно я заметил какое-то движение. Голем! Его зловонное едкое дыхание коснулось моей кожи, оставляя ожоги. Я прыгнул в сторону, успев уклониться от удара, который голем обрушил на то месте в стене, где только что находилась моя голова. Я упал, перекатился на спину и поднялся на ноги, успев выхватить факел с магнием. В первый момент я даже не заметил, что факел был слишком… мягким и податливым, и лишь когда зажег спичку, понял, что я держу в руке. Зрелище было настолько странным, что я не сразу смог с ним смириться. Это была колбаса! Одна из тех колбас сырого копчения, которые можно купить на любом рынке.

За моей спиной раздался громкий смех.

— Давай, стукни его этой штукой по башке, Боб, — хихикнул Гурчик. — Или ты его на пикник пригласить собрался?

Проклятый тупой кобольд!

— Я тебя убью, Гурчик! — рявкнул я. — Я сверну твою жалкую шею!

— Ну-ну, — язвительно протянул Гурчик, переворачиваясь на спину. Его желтые глазки светились в темноте. — Я просто пытаюсь добавить зрелищности в ваше сражение. Будь добр, следи за ходом боя, а то здесь кое-кто, видать, недоволен.

Повернувшись, я вновь успел уклониться от смертоносного удара, а голем с ревом опять кинулся ко мне. Швырнув в него колбасой, я отпрыгнул в сторону. Подвал был довольно большим, и я надеялся, что мне удастся подманить голема к одной из стен, а затем обойти его. Внезапно я наткнулся на что-то большое и твердое. Наклонившись, я увидел, что это камень, очевидно, когда-то обрушившийся с потолка. Им можно было воспользоваться как оружием. Выпрямившись, я подождал, пока монстр подойдет ко мне поближе, и изо всех сил швырнул в него тяжелым камнем.

Послышался глухой удар. Кусок тела, отвалившийся от голема, упал на пол. Замахав руками, чудовище наклонилось вперед, а я, отпрыгнув в сторону, проскользнул в проем между ним и стеной.

— Ну, Гурчик, берегись! — прошипел я, потянувшись за шпагой.

Однако в следующую секунду я понял, что шпагу я потерял. Вот только где? Пока голем разворачивался, у меня появилось несколько свободных секунд, и я, опустившись на колени, начал ощупывать пол. К счастью, мне повезло! Мои пальцы коснулись узкого серебристого лезвия этого могущественного оружия, доставшегося мне в наследство от отца. Сжав в руке кристалл рукояти, я встал в боевую стойку.

К этому моменту голем уже почти подобрался ко мне. Сделав быстрый выпад, я отскочил в сторону. Лезвие вошло в мягкую распухшую плоть, пробив тело противника насквозь. Зарычав, голем отшатнулся, и в его глазах зажегся страшный огонь. На мгновение я даже подумал, что сумел ранить его, но потом сообразил, что чудовище взревело скорее не от боли, а от неожиданности.

— Эй, это нечестно! — возмутился Гурчик. — Идти со шпагой против безоружного чудовища! Фи! Это не соответствует правилам честного английского боя.

Я чувствовал, как его магия пытается сокрушить силу моей шпаги. Металл изогнулся, стал мягким и эластичным. Но в этот миг кристалл в моей руке вспыхнул, и звезда шогготовв кристалле начала пульсировать, словно человеческое сердце. Шпага сопротивлялась магии кобольда! Загадочные силы этого оружия вступили в действие, и мне вновь показалось, будто эта шпага живая. Узкое лезвие раскалилось, засияв синим, невероятно ярким светом, и этот свет наполнил весь подвал.

Голем издал истошный вопль и закрыл руками лицо. Его кожа, покрытая волдырями, забурлила сильнее, и он в панике отпрянул от светящегося оружия.

Наконец-то я получил возможность сосредоточиться на сражении! До этого я должен был обороняться и не мог задействовать магические силы, однако теперь ситуация изменилась. Я поднял шпагу над головой, направив ее лучи на голема. Чудовище пошатнулось, словно от удара. Оно заметалось туда-сюда, чтобы укрыться от лучей света. Я же закрыл глаза и погрузился в транс, сконцентрировавшись на даре моего отца, моей магии.

И тут произошло что-то невероятное.

С потолка посыпались мелкие камни вперемешку с пылью. Выйдя из транса, я запрокинул голову и уставился вверх. Потолок начал рушиться! Густые клубы известковой пыли поглощали яркий свет шпаги, к тому же я ничего не видел. Затем до меня донесся какой-то треск. Где-то впереди кричал голем. С потолка с оглушительным грохотом начали падать стальные балки и крупные камни. Что-то тяжелое ударило меня по затылку, и я упал ничком. Моя шпага отлетела в сторону и погасла.

Я упал в обморок прямо посреди обломков…

Когда я пришел в себя, вокруг было темно, и эта темнота обволакивала мое тело и мои воспоминания. Постепенно туман в моем сознании развеялся и я вспомнил… Подвал! Обрушившийся потолок! Я осторожно ощупал свое тело. Мои пальцы прикоснулись к чему-то мягкому. Что это такое? В темноте раздался какой-то громкий звук, и в глаза мне ударил свет.

Говард отдернул тяжелые портьеры, и в окно моей спальни хлынул солнечный свет. Я хотел поднять руку, чтобы прикрыть глаза, но острая боль пронзила мою кисть.

Отвернувшись от окна, Говард поспешно подошел ко мне.

— Ну наконец-то. — В его голосе звучало беспокойство. — Как ты, мой мальчик?

Кривясь от боли, я откинулся обратно на подушки. Я лежал в родовом особняке Андары на Эштон-плейс в моей кровати со свежим постельным бельем. Моя голова и правая рука были перевязаны.

— Все в порядке. Я нормально себя чувствую, — выпалил я, но тут же понял, что это неправда: в тот момент когда я попытался согнуть правую ногу в колене, острая боль пронзила мою спину, так что я вскрикнул.

— Спокойно, Роберт. — Говард осторожно выпрямил мою ногу и настойчиво произнес: — Придется тебе некоторое время оставаться в постели. Слава Богу, что ты вообще жив.

— А что… что случилось? — прошептал я.

У меня болело все тело. Казалось, будто меня пропустили через мясорубку.

Достав одну из своих черных сигар, Говард сунул ее в рот и потянулся за спичками, но затем вдруг остановился и виновато посмотрел на меня.

— Мы вытащили тебя из-под развалин дома. — Он спрятал сигару обратно в карман и, помедлив, добавил: — Потолок в подвале, куда ты вошел, обрушился. Если хочешь знать мое мнение, тебе просто невероятно повезло, ведь ты чудом остался жив.

Я с трудом сглотнул.

— Со мной все в порядке? — неуверенно спросил я, думая о том, как у меня болят ноги. Внезапно мне стало страшно. — Я имею в виду…

Говард улыбнулся, и мне сразу полегчало.

— По крайней мере, ты цел, Роберт. Никаких переломов, никаких внутренних повреждений. Лишь пара ссадин, синяков и небольшая шишка на лбу. С тобой действительно все в порядке.

Я вздохнул. На какой-то миг мое настроение улучшилось, но тут мне в голову пришла другая мысль, и я вздрогнул от ужаса.

— Голем! Он…

— Голем? — нахмурился Говард. — А он что, был там?

— Конечно! Он напал на меня в подвале. Наверное, его завалило обломками!

Говард молча покачал головой, и у него на лбу пролегли глубокие морщины. Он смотрел на меня с укором.

— Я не мог позвать вас на помощь, — принялся оправдываться я, угадав его мысли. — Все произошло так быстро. Я его почти победил! Еще пара секунд, и он… — Я запнулся, вспомнив о маленьком толстом кобольде. — Но тут обрушился этот проклятый потолок. Мне просто… не повезло.

Конечно же, Говард не заметил, что я с нажимом произнес последние слова.

— Извини. — Опустив глаза, он уселся на край моей кровати. — Я не хотел тебя упрекать. Голему удалось уйти. Мы обыскали весь подвал, прежде чем нашли тебя. Если бы голем был там, мы бы его увидели.