Возвращение колдуна - Хольбайн Вольфганг - Страница 93

В течение последних четырех часов я пребывал в ожидании. Гер Лоскамп — из всей компании спасателей, которые вытащили меня из одичавшего лабиринта, он был единственным, чье имя я вообще узнал! — пообещал посвятить меня во все подробности, но вежливо просил подождать, поскольку еще не пришло время. Только вот когдаэто время настанет — я не знал.

В комнате не было часов, а мой карманный хронометр пережил атаку лабиринта далеко не так успешно, как я, так что о времени я мог судить лишь приблизительно. Но если солнце взошло только сейчас, значит, я проснулся где-то в два или три часа ночи. В это время я обычно только ложился спать. Постепенно мое нетерпение достигло такой степени, что я уже серьезно подумывал о том, а не разбить ли мне окно, чтобы выброситься с четвертого этажа? Понимая, что сделать это никогда не поздно, я, наверное, еще с полчаса провел в беспокойном хождении по комнате.

Внезапно из коридора донеслись чьи-то шаги и я услышал голоса. Через несколько секунд в дверь постучали и на мое мрачное «Пожалуйста!» звякнула задвижка. Неуклюжий лакей заглянул ко мне через приоткрытую дверь и вежливо сообщил:

— Мистер Крэйвен, мастерхотел бы увидеться с вами, если вы, конечно, хорошо выспались.

На моих губах невольно заиграла улыбка. Этот здоровяк говорил по-английски почти без акцента, но со слухом у него явно были проблемы. Я кивнул и без лишних слов последовал за ним. Лоскамп подготовил для меня новую одежду, которая висела на стуле рядом с моей кроватью, но я не думал, что сейчас мне понадобится шляпа и пальто.

Возможно, они больше мне вообще не понадобятся.

Слуга-педант закрыл за мной дверь на ключ, сделал приглашающий жест и повел меня по коридору. Несмотря на облегчение, которое я испытал, покинув наконец опостылевшую комнату, во мне проснулось терзающее чувство беспокойства. Пока я спускался вслед за широкоплечим здоровяком по лестнице, слишком крутой по английским меркам, я подумал, что дружеское обращение, которое до сих пор ко мне проявляли, вполне могло быть и обманом. Возможно, это было сродни предупредительности, с которой относятся к человеку, приговоренному к смерти, в его последнюю ночь. Лоскамп и его братья были тамплиерами, и если не брать во внимание Некрона и его убийц, то этот орден был самым главным из моих врагов.

Моих враговиз людей.

Тем временем мы спустились на первый этаж. Слуга подал мне знак остановиться и постучал в массивную двустворчатую дверь, которая находилась как раз напротив входа и, очевидно, вела в глубь дома. Несколько секунд я с тоской рассматривал роскошную входную дверь, которая выглядела достаточно крепкой, но в каждой ее половинке было вставлено большое цветное стекло из искусственного хрусталя, причем без каких-либо решеток или других подобных украшений. Я вполне мог пробить это стекло, сделав всего один решительный прыжок.

Но я отбросил эту заманчивую идею так же быстро, как она и появилась. Беспечность «слуги», который оставил меня здесь одного, на самом деле была мнимой, и от меня не ускользнуло, что он очень внимательно следит за мной. Беззвучно вздохнув, я вновь повернулся к нему и, медленно приблизившись, подождал, пока он откроет дверь.

За дверью оказалось большое и неожиданно очень светлое помещение, которое выглядело как что-то среднее между библиотекой, рабочим кабинетом и гостиной. У стен стояли шкафы с книгами, между ними висели картины, старинное оружие и небольшие шкафчики, изготовленные из дерева драгоценных пород. А перед большим камином, в котором, несмотря на летнее время года, пылал сильный огонь, возвышался громадный стол, какого я еще никогда не видел.

Казалось, человек за столом затерялся среди множества пергаментных свитков, карт и книг, которыми был завален весь стол. И одновременно — мне было тяжело подобрать правильное слово — он выглядел исполненным достоинства. Его поседевшие, зачесанные назад волосы придавали лицу выражение важной серьезности, а ввалившиеся, давно помутневшие от старости глаза рассматривали меня со смешанным чувством мягкого любопытства и холода. Этот человек был стар. Очень стар.

— Мистер Крэйвен!

Я невольно вздрогнул. Странно, ведь голос прозвучал позади меня! Я испуганно обернулся. Губы Лоскампа расплылись в извиняющейся улыбке. Он стоял возле двери, явно стараясь не попадать в поле зрения, поэтому я и не заметил его сразу. Вообще-то у меня появилось ощущение, что они специально подстроили так, чтобы старик произвел на меня именно такое впечатление.

— Я надеюсь, вы хорошо отдохнули, — сказал Лоскамп, прежде чем я успел произнести хотя бы слово.

— Комната… очень уютная, спасибо, — ответил я. — Жаль, что не хватает ручки на двери. Надо бы нанять слесаря.

Лоскамп натянуто рассмеялся. Он неловко двинулся с места и, пройдя мимо меня, направился к столу, за которым сидел старик. Я последовал за ним, не дожидаясь приглашения, и, остановившись в двух шагах от стола, посмотрел сначала на Лоскампа, а потом на старика.

На седовласом старике, как и на фламандце, была такая же церемониальная накидка тамплиеров с нашитым кроваво-красным крестом. Единственным отличием креста у старика было то, что он был не равнобедренным, а больше походил на те, что изображаются в церквях и Библии. Наверное, это было свидетельством того, что он стоял на одной из высших ступеней иерархии тамплиеров. Если меня не обманывала память, такой крест носили лишь немногие, но самые могущественные члены ордена.

— Мистер Крэйвен, — торжественно произнес Лоскамп, указывая рукой на старика, — позвольте представить Жана Балестрано. Он очень рад встрече с вами. — Лоскамп слегка улыбнулся. — Можно сказать, что вы завоевали определенную славу даже в высших кругах нашего ордена.

— Балестрано? — повторил я.

Это имя показалось мне знакомым, но в связи с каким-то неприятным событием. Однако же я так и не вспомнил, с каким именно.

—  БратБалестрано, — уточнил Лоскамп вкрадчивым голосом, делая ударение на первом слове. Когда я посмотрел на фламандца, то заметил в его глазах странный блеск.

Что это было? Благоговение?

— К сожалению, это имя ничего не говорит мне, — осторожно ответил я.

— Скажи ему, братГер, — потребовал старик. Его голос прозвучал неожиданно четко и ясно. Он был сильным и звонким, как у молодого человека. — Сейчас не время для таинственных намеков.

Лоскамп чуть помедлил, затем пожал плечами и сказал:

—  БратБалестрано, мистер Крэйвен, является великим мастеромнашего ордена.

И хотя я был почти готов услышать нечто подобное, его слова прозвучали для меня как гром среди ясного неба.

—  Великий… мастер? — повторил я, пораженный тем, что услышал. — Вы…

— Да, именно тот, с кем Говард сейчас должен встретиться в Париже, — перебил меня старик. — Как видите, на свете не так уж много вещей, о которых я не знаю.

Я хотел было возмутиться, но он властным жестом заставил меня замолчать и продолжил тоном, который заранее пресекал все попытки возразить ему.

— Я не знаю, что братГовард рассказал вам обо мне. Но что бы он ни говорил, я прошу забыть об этом на десять минут и выслушать меня.

— Он не так уж много рассказывал о вас, — холодно произнес я, испытывая гнев и удивление одновременно.

Так вот, значит, кто был тот человек, который преследовал Говарда, гоняя его, словно зверя, по всему миру! И это он посылал бесчисленные команды убийц для исполнения так называемого смертного приговора. Великий мастердо сих пор не смог поймать Говарда, но зато погубил множество невинных людей, которые погибли, когда братьяордена выполняли его приказы.

— Только то, что вы хотите его убить, — добавил я дрожащим голосом.

Балестрано небрежно отмахнулся.

— Как я уже сказал, сейчас не время спорить об этом, мистер Крэйвен, — заявил он. — То, что сделал братГовард, касается лишь меня и ордена, и я не намерен больше обсуждать это. Тем более с вами!