Предназначено судьбой - Фолкнер Колин - Страница 40

— Он ворвался в мою каюту! — объяснил Дункан. — Он увидел мою жену голой.

— Тебе просто стыдно, что он застал тебя врасплох. Ты дрых без задних ног и даже томагавка под рукой у тебя не оказалось.

— Ничего подобного! Томагавка у меня не было, но у меня была боевая дубинка.

Джиллиан улыбнулась и покачала головой. Теперь она совсем не боялась, когда Дункан начинал реветь и рычать.

— О великий лорд Родерик, граф Кливз! — пропела она. — Ты такой великий воин, что тебе и сон ни к чему. Граф Кливз не спит, не ест, не чихает. Он не человек, он непобедимый Бог.

Дункан принялся ее щекотать, и Джиллиан зашлась от хохота.

— О безупречный рыцарь… Он… он… перестань!

Она перевернула его на спину и уселась сверху.

Дункан почувствовал, как в нем вновь просыпается желание.

— Такая скука мне нравится, — прошептал он.

Она слегка подвигала бедрами.

— А это?

— И это тоже…

— А как насчет…

Она нырнула под одеяло и принялась водить языком по его животу.

— Совсем замечательно, — простонал он.

На палубу посмотреть на кита они так и не выбрались. Вечером юнга принес им в каюту ужин — рагу и бисквиты. Дункан и Джиллиан подкрепились прямо в койке, не одеваясь.

Джиллиан стояла на палубе и жадно вдыхала пряный тропический воздух. С тех пор как корабль миновал Канарские острова, где капитан обновил запас питьевой воды, с каждым днем становилось все теплее. Уже несколько недель Джиллиан не надевала шерстяного платья — теперь она ходила в легком, хлопчатобумажном, а со временем отказалась и от нижнего белья. Дункан объяснил, что судно держит курс на Карибское море. Они идут быстро, опережая график. Если повезет, всего через полтора месяца будут в Мэриленде.

Море сверкало и искрилось солнечными бликами. Джиллиан задрала голову и увидела, что Дункан сидит на рее, подвязывая парус. Никому бы в голову не пришло, что этот рыжебородый матрос — граф Кливз. Голая грудь Дункана пестрела яркой татуировкой, но здесь это никого не удивляло. Многие из матросов могли похвастаться причудливыми татуировками, а у одного на груди и спине алели китайские драконы. Дункан объяснил, что такие татуировки делают на Востоке.

— Вот вы где!

Джиллиан надвинула на глаза соломенную шляпу, которую ей одолжила миссис Амстед, и прищурилась. Это был Уилл Гэллоуэй. В отличие от Дункана он по-прежнему одевался как джентльмен: белоснежная рубаха, широкополая шляпа, холщовые панталоны. Одним словом, Уилл выглядел как настоящий колониальный плантатор.

— Я так и знал, что найду вас на палубе.

Джиллиан улыбнулась, мысленно осуждая мужа за то, что тот до сих пор не помирился с Уиллом. Правда, прежнего ожесточения Дункан уже не проявлял. Минувшим вечером они даже поужинали втроем и поиграли в карты. Дункан был холоден, но учтив.

— Я знаю, что от солнца бывают веснушки, но на палубе так хорошо! — растягивая слова, сказала Джиллиан.

— Как Беатриса? — поинтересовался Уилл, облокотившись на перила.

Джиллиан страдальчески закатила глаза:

— Все так же. Я думала, что солнечная погода ее порадует, но Беатриса отказывается подниматься на палубу. Целыми днями лежит на животе и жалуется, что ее тошнит. Слава Богу, миссис Амстед за ней ухаживает. У меня давно лопнуло бы терпение.

— А где наш граф? Я знаю, что он наверняка где-нибудь неподалеку. Он ведь глаз с вас не спускает.

Джиллиан показала ему на мачту.

— Господи, что он там делает, — изумленно воскликнул Уилл. — Собирается повеситься?

— Все время ворчит, что матросы никуда не годятся. А по-моему, ему просто нравится играть в моряка. Надоело столько недель сидеть взаперти.

— Но ведь он сидел с вами, — поклонился Уилл. — Никогда еще не видел его таким счастливым и беззаботным. Знаете, вчера вечером он сказал мне, что хочет потолковать об Алджерноне. Сказал, нам есть о чем поговорить.

Джиллиан обрадовалась:

— Ну наконец-то. Я думаю, он готов вас простить.

— Да, ему просто нужно время. Из-за этой дурацкой истории наша дружба не расстроится. Я-то знаю, какое у Дункана сердце. А это самое главное.

— Вы хороший человек, Уилл Гэллоуэй, — прочувствованно сказала Джиллиан и посмотрела на мужа. — Может, вы и правы. Лучше бы я вышла замуж за вас.

Он весело рассмеялся:

— Нет, я вижу, что вы созданы друг для друга. Я рад, что Дункан счастлив. Хотел бы я, чтобы он обрел душевный мир. Надеюсь, что вы сумеете ему помочь, Джил.

Джиллиан пожала ему руку:

— Я…

Она не договорила, увидев, что Дункан быстро спускается по канату на палубу.

Раздался сигнал тревоги, и на палубу разом высыпали матросы.

Дункан кричал что-то сверху, но Джиллиан ничего не могла разобрать.

— Что случилось? — недоуменно взглянула она на Уилла. — Что он там увидел?

— Он кричит, что вам нужно спуститься в каюту, — заторопился Уилл. — Пираты.

19

Дункан спрыгнул на палубу и бросился к трапу. Весь день с утра его одолевало какое-то недоброе предчувствие, но о нападении пиратов он не думал. Откуда эти разбойники взялись в открытом море? Ведь до Карибского моря еще по меньшей мере два дня плавания. Странно, что пираты так далеко ушли от прибрежных вод.

— Джиллиан, марш в каюту! — крикнул он.

Уилл уже уводил Джиллиан вниз, крепко взяв за руку.

— Я не хочу сидеть там без тебя! — крикнула она жалобно.

— Уилл, проверь, как на корабле с оружием! — распорядился Дункан. — Потом бери пистолеты и шпагу, я буду здесь. Оставь Джиллиан, я сам ею займусь. — Он взял жену за руку и быстро потащил вниз. — Быстрей, сейчас нет времени на препирательства.

— Уилл сказал, что это пираты.

— Да.

— Но ведь у нас английский корабль. Я думала, что пираты нападают только на испанцев.

— На испанцев нападают английские пираты, но даже они не откажут себе в удовольствии ограбить английский же торговый корабль.

Он рывком распахнул дверь каюты, где лежала Беатриса.

Миссис Амстед испуганно вскрикнула.

— Немедленно идите за мной, — приказал Дункан. — Живей!

Миссис Амстед, тощая дама с кислой физиономией, недовольно воскликнула:

— В чем дело, милорд? Что случилось?

— Джиллиан, я ничего не понимаю! — жалобно пискнула Беатриса. — Почему все кричат и бегают?

— Потом объясню. Делай, что говорит Дункан.

Дункан повел женщин вперед по коридору.

Заглянув к себе в каюту, он порылся в сундуке и достал два пистолета с рукоятками слоновой кости. Проверил, заряжены ли они, и сунул один жене.

— Вы все сидите здесь. Если кто-то, кроме меня или Уилла, попытается войти, прикончи его, поняла?

Джиллиан изо всех сил старалась быть храброй, но Дункан видел, что она в панике.

— Приглядывай за женщинами. Пусть сидят тихо.

Он положил на стол порох и пули.

— Умеешь заряжать?

— Не знаю… Наверное, сумею.

Она прижала пистолет к груди.

Дункан осторожно отвел ствол в сторону.

— Надеюсь, что у тебя получится. У меня нет времени тебя учить. Когда я выйду, придвиньте стол к двери и запритесь. А на стол поставьте мой сундук.

Она кивнула.

Миссис Амстед, ни на секунду не умолкая, требовала объяснений, а Беатриса сидела на койке и горько плакала.

— Все будет хорошо, да? — жалобно спросила Джиллиан. — Мы от них оторвемся?

— Нет. У них быстроходная бригантина, а мы везем тяжелый груз.

— А как же пушки? Ведь на палубе есть пушки! Помнишь, ты говорил, что они нужны на случай морского сражения. Капитан хвастался, что наш корабль хорошо вооружен.

— Там посмотрим.

Дункан пристегнул шпагу и взял в руки алебарду. Он выглядел спокойным и уверенным. Второй пистолет граф сунул за пояс. Из сундука он достал индейский нож с узким лезвием и тоже засунул его за ремень, но не спереди, а сзади.

— Ах, Дункан, мы погибнем? — Она смотрела на него глазами, полными слез. Рыжие волосы растрепались, обрамляя бледное лицо.