Джентльмен-повеса - Маккензи Салли - Страница 33

— Правда? Я обязательно спрошу, какие магазины он предпочитает. — Боже, на нее глазеют не только компаньонки! На нее смотря все! А она-то наивно считала, что, когда начнутся танцы, к ней потеряют интерес!

— Ты рисуешь? — спросил Стивен.

— Да. — Она постарается не обращать внимания на любопытные взгляды. — У меня, наверное, нет таланта, но это занятие помогает расслабиться. Особенно мне нравится рисовать растения и цветы.

— Значит ли это, что ты интересуешься ботаникой?

— Да, хотя не могу сказать, что обладаю глубокими знаниями предмета. — Как же трудно игнорировать упорные женские взгляды! Похоже, многие жаждут устроить ей допрос с пристрастием. — Я даже читала твою статью в «Джентльменз мэгэзин». Жаль, что женщины не могут организовывать собственные экспедиции.

Стивен засмеялся:

— Подруга моей матери Агата Уизерспун и ее компаньонка Пруденс Доддингтон-Принс как раз этим и занимаются. Они часто ездят в зарубежные поездки, хотя лично я этого не одобряю. Когда мы поженимся, ты сможешь путешествовать со мной, по крайней мере, до рождения нашего первого ребенка.

В его глазах застыло странное собственническое… покровительственное выражение. У Энн замерло сердце от… от чего?

Дети. Их общие дети.

Но он будет ездить в поисках новых растений по всему миру, а она будет оставаться в Англии одна и воспитывать детей. Она не понаслышке знала, как больно детям, родители которых постоянно путешествуют.

Оркестр стих. Они стояли у открытого окна. Свежий ночной ветерок приятно холодил разгоряченную кожу.

— Хочешь немного прогуляться по воздуху, Энн? Ты выглядишь разгоряченной.

Ее действительно взволновали непрошеные мысли и танец.

— Мне не следует.

— Но почему? Мы помолвлены.

— Вовсе нет.

Стивен взял ее руку и поднес к губам.

— Да. Объявление об этом завтра будет во всех газетах.

Проклятие! Как получилось, что ее жизнь так неожиданно вышла из-под контроля?

— Я должна присматривать за Эви. — Она оглянулась по сторонам и встретила горящий ненавистью взгляд черноволосой красотки, одетой в красное платье, даже более яркое, чем ее наряд. Судя по выражению лица женщины, она была занята решением насущного вопроса: как лучше всего оторвать Энн голову? Это еще кто?

— С Эви все в полном порядке. Она разговаривает с Ником. Насколько я понял, он только что представил ее одному из своих оксфордских друзей. — Он протянул невесте руку: — Пойдем, Энн. Прогулка по свежему воздуху тебе не повредит. В зале очень душно.

— Знаешь, — вздохнула Энн, — мне одного скандала на первое время хватит.

— Нет абсолютно ничего скандального в прогулке по свежему воздуху во время бала. Даже если бы мы не были помолвлены.

Возможно, это правда, если мистер Паркер-Рот имеет в виду именно прогулку и ничего больше, но что-то в его глазах — наверное, жар — говорило о том, что у него другие планы.

— Все равно я… — Ей на глаза снова попалась черноволосая красавица. Теперь женщина разговаривала с другим мужчиной. Это же…

Брентвуд. Господи, помоги!

Энн схватила жениха за руку и потащила за собой в сад.

Стивен не понял, почему Энн вдруг изменила свое отношение к прогулке, но спорить не стал. Он шагнул на террасу и сразу почувствовал облегчение, не менее приятное, чем ночной ветерок. Проклятие, сегодня его весь вечер преследовало ощущение, что у него на спине нарисована мишень. Он бы не удивился, если бы почувствовал вонзившийся между лопаток нож. Стивен покрутил головой и с наслаждением повел плечами. Даже женщины, которых он едва знал, сегодня метали в него кинжально острые взгляды.

— Как здесь хорошо! — пробормотала Энн.

Она проводила взглядом еще две пары, которые наслаждались свежим воздухом, и быстро, почти бегом, устремилась к самой темной части террасы. Стивен молча шел следом. Достигнув ее края, Энн поспешила вниз по ступенькам. Еще лучше.

— Возьми меня под руку, Энн. Дорожка может быть неровной.

— О да! Спасибо. — Она оглянулась. Неужели тоже ожидает удара в спину? Стивен надеялся, что она ничего не заметила, но устремленные на нее взгляды тоже нельзя было назвать добрыми.

Он накрыл ее руку своей, и они молча пошли вперед по усыпанной гравием дорожке. В саду было очень тихо. Дамьен приказал развесить на деревьях фонари, чтобы его гости не спотыкались, но, к счастью, пока больше ни у кого не возникло желание подышать свежим воздухом. Они будут первыми, и Стивен точно знал, куда он ведет невесту.

Музыка стихла. Чем дальше они отходили от дома, тем темнее становился сад.

Энн оглянулась и споткнулась. Стивен едва успел ее подхватить.

— Осторожно!

— Спасибо. Обычно я не так неуклюжа. Я… — Она снова хотела оглянуться, но остановила себя. — Мне следует смотреть, куда я иду.

— Я не позволю, чтобы с тобой произошла какая-нибудь неприятность, любовь моя. — Он не позволит ей упасть и не допустит, чтобы ей причинили вред гарпии.

Мария была худшей из них. Дьявол, неужели она думает, что он будет продолжать оказывать ей внимание? Он решительно положил конец их связи, когда она хотела завлечь его в брачную ловушку в доме барона Грейхэма.

Стивен все еще не мог поверить, что ей хватило бесстыдства устроить такое. Она овдовела пять лет назад и хорошо знала правила игры. Эта женщина безумна, если могла подумать, что он на ней женится. Но даже если бы он проявил к ней интерес, чего он, безусловно, не делал, по его мнению, она должна была ответить отказом. Он всегда считал, что она намеревается двигаться вверх по социальной лестнице — ее бедный покорный супруг был всего лишь бароном. И ее новое увлечение подкрепляло эту теорию. Иначе, зачем она связалась с маркизом Брентвудом?

Вот это уж точно был бы союз, скрепленный в аду. Мария красива, но испорчена и чрезвычайно требовательна. А Брентвуд — подлый и беспринципный негодяй, тучный и быстро лысеющий. Его, должно быть, привела с собой Мария. Дамьен никогда не приглашал в свой дом отбросы общества. Вообще-то Дамьену не следовало приглашать и Марию. Это благодаря графу Кендерли и его прелестной супруге Стивен ускользнул из ее когтей в феврале. Она и Брентвуд — определенно два сапога — пара.

Здесь, в дальнем уголке сада, растений было больше. Деревья вплотную подступали к дорожке, и Энн шла очень близко к нему. Она даже не стала протестовать, когда Стивен обнял ее за плечи. Если он Король Сердец, то Дамьен определенно был принцем. Граф совершенно точно знал, как создать атмосферу уединения — прелюдию к соблазнению.

— Мы очень признательны лорду и леди Кендерли за то, что они в последний момент включили нас в список своих гостей, — сказала Энн и еще раз оглянулась.

— Они сделали это с радостью. — Стивен повел Энн по узкой дорожке к роскошной иве. — Почему ты все время оглядываешься?

— Я… ну… я любовалась видом графского дома. Он очень красив, превосходно освещен — совсем как волшебный замок.

— Ты очаровательная лгунья! — расхохотался Стивен.

Будь в саду достаточно света, он бы увидел предательский румянец на щеках Энн.

— Ничего подобного… то есть… но ведь дом на самом деле очень красив. — Она резко обернулась, чтобы показать это, и обнаружила, что дома вообще не видно — он полностью скрыт растительностью. — Ох!

Стивен увлек Энн под иву. Теперь их никто не мог видеть, но сквозь ветви проникал лунный свет, и он смог рассмотреть выражение ее лица.

— Тебя что-то тревожит, любимая? — Он аккуратно убрал с ее лба выбившуюся из прически прядь волос. — Не думай ни о чем плохом, прошу тебя. Поверь, я никому не дам тебя в обиду.

Энн издала какой-то звук — что-то среднее между судорожным вздохом и смешком, покачала головой и сделала быстрый шаг назад.

— Ой-ой! — Оступившись, она начала падать. Стивен поймал ее и привлек к себе.

— С тобой все в порядке?

Энн прижалась к Стивену.

— Да, я просто наступила на подол.

Ее губы были так искушающе близко, тело прижималось к его телу, а слабый аромат лимона кружил голову. Руки Стивена скользнули по атласу платья — по спине, талии, округлым бедрам — и прижали Энн еще ближе.