Ангел во плоти - Линдсей Джоанна - Страница 44

Когда Мэри Лу скрылась из виду, Анджела посмотрела на раскидистое дерево у дороги, под которым находилась могила. Она нашла могилу сразу же, как приехала, и часто навещала ее, когда никого не было поблизости.

Повернувшись, Анджела у колодца увидела Гранта и направилась к нему. Грант наполнил водой второе ведро и поставил его на землю. Он приветливо улыбнулся Анджеле. Голова ее была покрыта красным платком, одета она была в желтую блузку, заправленную в светло-коричневую юбку. На уровне колен юбка была испачкана землей – явное свидетельство того, что Анджела занималась огородными работами. Но в целом выглядит она, как всегда, красивой и свежей, с легкой грустью подумал Грант.

– Вы испортите все ваши замечательные платья, босс-леди, если не перестанете ползать по своему огороду, – пошутил Грант.

Анджела посмотрела на свою юбку и улыбнулась.

– Наверно, мне надо опять начать носить брюки, как на отцовской ферме.

– Это не самая лучшая идея, – сказал Грант. – Нужно, чтобы рабочие не пялились на вас, а выполняли ваши распоряжения.

– А что если я стану ходить в широких юбках?

– Вы все равно сделаете по-своему, зачем же меня спрашивать?

Анджела засмеялась и показала на ведра.

– Это для меня?

– Да. Я подумал, что они вам понадобятся. Но я считаю, что это пустая трата воды.

– Вы измените свое мнение, когда попробуете свежих овощей. А весной я расширю огород, посажу кукурузу и горох.

– Это ведь ранчо, а не ферма, Анджела.

– Нет ничего плохого, если ты можешь себя полностью обеспечить.

– Ну, это ваша земля, – пожал плечами Грант. – Здесь была Мэри Лу Маркхэм? Анджела кивнула.

– Вы ее знали до войны? В то время, когда управляющим здесь был ваш отец?

– Да. Она здорово выросла и похорошела с того времени. Хотя в другом плане мало изменилась – осталась таким же сорванцом.

– Она сама ведет хозяйство. Это, должно быть, не так просто.

– Ей надо было вернуться к отцу после смерти Чарльза Маркхэма, а не взваливать на себя заботу о ранчо, – ворчливо проговорил Грант.

– Вы всегда знаете, кто и как должен поступать. Вы несносны. Грант! Он засмеялся:

– Да, на меня тут разные ярлыки наклеивали. Анджела покачала головой, глядя на удаляющегося Гранта. Он действительно был несносным. Но в то же время он становился ей все более симпатичен. Когда Грант удалился, Анджела повернулась и пошла к могиле матери. Здесь она опустилась на колени и с минуту помолчала.

– Что вы здесь делаете, Анджела? – Услышав за спиной голос Гранта, она вскочила на ноги. – Я уже второй раз вижу вас у этой могилы.

– Вы были здесь, когда она умерла. Грант? – вопросом на вопрос ответила Анджела. Грант посмотрел на деревянный крест:

– Да. Я был ребенком, кажется, мне было лет пять, когда Мейтленд-старший похоронил здесь женщину. Когда я подрос, мой отец рассказал мне, что Джекоб очень тяжело переживал ее смерть.

– А Брэдфорда не было здесь, когда это произошло?

– Дело в том, что Джекоб появился здесь несколькими днями раньше. Он отправил Брэда в город по делам. Старик приучал сына к делу с юных лет.

– Но когда Брэдфорд вернулся, он узнал об этом?

– Нет. По какой-то причине Джекоб не хотел, чтобы Брэд знал. Они на следующий же день уехали в Алабаму… Но чем вызваны эти вопросы, Анджела? Вы не могли знать эту женщину, вы были тогда младенцем.

Анджела почувствовала, как по ее щекам катятся слезы.

– Я знала ее, – тихо сказала она, – но очень недолго.

– Это… ваша мать?

– Да.

Глаза у Гранта потемнели.

– Простите, Анджела.

– Ничего, Грант, – слабым голосом сказала она. – Я тосковала по матери в детстве, когда ее уже не было со мной. Все эти годы я думала, что она жива… И только недавно узнала, что она умерла много лет назад… Мне очень жаль, что не довелось увидеть ее.

Несколько минут они молчали, затем Анджела направилась к дому. В комнате она дала волю слезам, оплакивая несчастную любовь Джекоба и Чариссы и свою мать, которую она никогда не сможет увидеть.

Глава 40

За окном свирепо выл ветер. Небо казалось черным, словно звезды и луна были задернуты непроницаемым занавесом. Ветер принес холод, который проникал сквозь плохо пригнанные доски.

– Похоже, дело идет к дождю, – предположила Анджела, налила Гранту вторую чашку кое и вышла в кухню.

– Скорее, к грозе, – уточнил Грант, взял гитару и заиграл какую-то минорную мелодию. – Надеюсь, ваш огород выдержит ливень.

Грант продолжал бренчать на гитаре, когда Анджела спросила:

– Вы придете на обед завтра?

– Вы уже дважды спрашиваете об этом… Должно произойти что-то важное?

– Просто по субботам вы, как правило, уезжаете с рабочими в город. А мне хочется, чтобы вы были здесь. У меня будут гости.

Он приподнял бровь:

– Вот как?

– Я пригласила Мэри Лу с отцом, – поспешила пояснить Анджела. – Надеюсь, вы ничего не имеете против?

Грант засмеялся:

– С какой стати я стал бы возражать? Кроме того, я не видел Вальтера Ховарда много лет. Вечер может получиться очень даже интересным.

– Почему вы так считаете?

– Вы не встречались с Вальтером Ховардом?

– Нет.

– Если он с тех пор не изменился, вы можете найти его несколько… гм… утомительным. Должно быть, он выскажет свой взгляд на женщин, с которым вы скорее всего не согласитесь.

– Еще один Грант Марлоу, только постарше – вы это хотите сказать? – не без лукавства спросила Анджела.

Грант добродушно рассмеялся:

– Разве я когда-либо предписывал вам, что следует и чего не следует делать?

– Да, именно это вы обычно и делаете, – засмеялась она. – Например, помните, когда вы…

Порыв ветра распахнул дверь, и Анджела увидела возбужденное, злое лицо.

В дверях стоял не дьявол, не какое-нибудь исчадие ада, а сам Брэдфорд Мейтленд, держа в одной руке седло, а в другой седельные сумки и спальный мешок.

Одежда его была покрыта пылью и заляпана грязью, лицо обросло густой многодневной щетиной. Какого черта он здесь делает? И почему смотрит на нее так, словно собирается убить? Она нередко воображала себе их будущую встречу, но не могла представить ничего подобного. Чего стоили одни лишь искры бешенства в его глазах. Это не ему» а ей есть от чего прийти в негодование!

Наконец Брэдфорд оторвал от Анджелы взгляд и швырнул седло на пол, от грохота Анджела вскочила на ноги. Она смотрела, как от седла взлетело облако пыли, которую ворвавшийся в дверь ветер тут же разнес по комнате. Пинком ноги Брэдфорд захлопнул дверь. И когда бесчинство ветра было пресечено, ей внезапно показалось, что в комнате душно.

Героическим усилием воли Анджела заставила себя оторвать взгляд от Брэдфорда и посмотрела на Гранта. Он стоял в нескольких шагах от дивана. Мужчины были друзьями. Но почему в таком случае Грант выглядит таким настороженным? И почему Брэдфорд ничего не говорит?

Напряженное молчание не было нарушено и тогда, когда Брэдфорд пересек комнату, вошел в кухню и вывалил остатки своей экипировки на стол, отчего опять поднялись клубы дорожной пыли. Анджела наблюдала за ним, и ей вспомнились бессонные ночи, когда она проклинала этого человека. Сейчас ей хотелось в ярости наброситься на него, но она чувствовала, что у нее нет сил ни говорить, ни даже сдвинуться с места.

Первым молчание нарушил Брэдфорд. Глядя на Гранта, он напряженным, суровым голосом произнес:

– Я вижу, что меня здесь не ждали, но я появился! Очень прискорбно, что вынужден Нарушить вашу идиллию. Я хочу, чтобы ты забрал свои вещи, Грант, и убирался.

– Ты меня увольняешь, Брэд? – Нет, конечно. У нас с тобой заключен договор, – хрипло проговорил Брэдфорд. – И я меньше всего хочу, чтобы он был нарушен из-за женщины. Забирай свои вещи и отправляйся во флигель.

– Все мои вещи всегда именно там и находились! – с негодованием ответил Грант. – Если ты хочешь свести счеты, Брэд, давай, выкладывай.