Голливудские жены - Коллинз Джеки - Страница 124

– Конечно, миленькая.

Сейди смутно подумала – почему женщина не в халате медсестры? Ведь я в какой-то больнице? Потом вспомнила, и, когда женщина вернулась с водой в бумажном стаканчике, задыхаясь, произнесла:

– Ребенок? Я все еще беременна?

Женщина молча впилась в нее глазами, потом кивнула.

– Ой, нет! – ахнула она.

– Это бог так тебе говорит, что есть другие пути, – загадочно сказала она. – Отдыхай, миленькая. Позже поговорим.

И позже они поговорили. Сейди выяснила, что имя женщины – Норин Кэрролл. Медсестра в прошлом. Как-то поехала в Тихуану с подругой, которой надо было сделать аборт.

– Я была ни за, ни против, – говорила Норин. – Решение вроде бы разумное. Но обошлись с ней как со скотиной, и той же ночью она умерла.

Сейди навострила уши, когда Норин сказала, что в ту минуту к ней и пришло то, что она назвала своим «призванием».

– Я поняла, что могу спасти других девушек от такой же участи, – просто сказала она. – И с тех пор как раз это и делаю.

– Как вы меня нашли? – Сейди было интересно.

– В гостиницах меня знают. Когда девушка останавливается у них одна, меня предупреждают. Ты действовала так шустро, что я не успела тебя перехватить. Но, к счастью, вовремя тебя нашла, а еще большая удача – спасли ребеночка.

Она закрыла глаза, подумала, что в ней остался ребенок Росса, и хотела взвыть от бешенства и разочарования.

– Не волнуйся, – успокоила Норин. – У меня есть план другого рода. Счастливое решение для всех, кто к этому причастен.

Разумеется, – добавила она, – я могла бы отвезти тебя в больницу. Подняли бы полицию на ноги и, конечно, втянули бы в это дело семью и будущего отца. Может, возбудили бы судебное дело. – Она помолчала, наблюдая за реакцией Сейди. – Как правило, девушки хотят, чтобы об этом никто не знал, и я их не осуждаю. – Она понимающе кивнула. – Видишь ли, мне понятно, как это случается. Ночь страсти… собой не владеешь… нет времени думать о последствиях…

Сейди слушала ее, открыв рот. Та осторожно в общих чертах изложила свой план.

– Ты родишь ребеночка, миленькая. Все равно зашло слишком далеко, чтобы тебе пробовать еще один аборт. Я тебя отправлю домой к моей сестре в Барстоу, где ты сможешь отдохнуть и набраться сил. К родам станешь такой здоровой, какой и не была никогда, а ребеночка мы у тебя заберем. Есть супружеские пары, которые истосковались по детишкам. Мы это устроим без суматохи и хлопот, которые обычно бывают при усыновлении. Заполнять все эти бумаги – так бесчеловечно. Один простенький документ – все, что потребуется подписать. – Норин ободряюще улыбнулась. – А моя сестра Нита и я обо всем позаботимся.

Глава 72

– Простите, что вы сказали? – Сейди говорила с расстановкой, медленно.

Дек уставился на нее – глаза как раскаленные угольки.

Его глаза. Ее глаза. Такие тревожно знакомые.

У нее мороз побежал по коже, и она машинально стала закрывать дверь.

– Не делай этого. – Он подставил ногу, не давая двери захлопнуться. – Я вернулся домой… мать. Меня послала Нита Кэрролл. Долгое было путешествие, но вот я здесь.

Имя Ниты Кэрролл поколебало Сейди.

– Я… я не понимаю, – запинаясь, сказала она.

Но она понимала. Двадцать шесть лет назад она родила, и вот оно, ее прошлое, стоит перед ней.

– Тужься, миленькая, тужься.

– Тужусь я. Тужусь. Тужусь.

Лицо залито слезами. Передышка между схватками. Потам снова боль, и ее крики от мучительной боли. Протяжные животные крики, а руками она рвет на себе волосы.

– Помогите мне кто-нибудь. Помогите, пожалуйста.

– Заткни ее, ради бога.

На лицо опускается маска. Газ. Сейди давится, глубоко вдыхая.

Облегчение. Она плывет. Уплывает из телесной оболочки. От боли.

Она тупо глазела на знакомого чужака.

– Лучше вам войти.

А голова лихорадочно работала. Зачем он явился? Что ему надо? Если ждет, что она повиснет на нем, плача от радости, пусть не надеется. Нету нее материнских чувств. Никаких. О господи! Если это когда-нибудь выйдет на свет…

«Может, он хочет денег? Выглядит чудищем. Ни в чем не признавайся. Посмотри, что он знает.

А откуда он может что-нибудь знать? Они мне обещали – те две женщины – обещали, что никто никогда не узнает».

Он пошел в дом за ней следом. Она повела его на кухню, радуясь, что слуги на выходные ушли. По крайней мере она сможет одна с ним разобраться.

– Садись, – сказала она, взяв себя в руки. Она умышленно старалась говорить небрежным тоном. – Знаешь, по-моему, т№ ошибся. Может, скажешь, кто тебя надоумил?

– Была у меня проститутка по имени Джой, – сказал он, закрывая глаза темными плотно прилегающими очками от солнца. – Ее нет сейчас, но я ее любил. И ты ее полюбишь.

Сейди поежилась от страха.

– Что?

– Проститутки одного поля ягоды.

Ее терпение лопнуло.

– Кто ты? Что тебе надо?

– Я твой сын, – спокойно отозвался он. – Ты ведь знаешь.

– Да перестань ты! Сделай милость. С чего ты взял?

– Мне рассказала Нита Кэрролл.

– Я не знаю никого с таким именем.

Он неожиданно развернулся и изо всех сил ударил ее по лицу.

– Врешь, сучья проститутка! – взвизгнул он. – Я знаю правду, а ты мне расскажешь еще больше!

Удар был такой силы, что свалил ее на пол, и она, оглушенная, там лежала, поняв вдруг, в какой находится опасности.

Это не давно утраченный сын. Это какой-то маньяк. А она его впустила в дом.

Элейн энергично расчесывала волосы щеткой. Во всем теле с головы до пят ощущалось приятное покалывание. Нет больше такого, как Росс, – нет. Величайший любовник на свете, когда захочет.

Она по порядку намечала программу на следующую неделю.

Парикмахер, маникюр, спортивный зал – больше не у Рона Гордино, кому нужен Рон Гордино? Может, попробует «Тренировку»

Джейн Фонды или «Все для тела» Ричарда Симмонса. Она тихонечко мурлыкала себе под нос. Позвонит Биби и предложит вместе пообедать. Биби разнесет новость о том, что Росс вернулся, быстрее, чем «Голливуд рипортер».

А как с карьерой Росса? Звонок Сейди Ласаль – отличный знак, хоть она и подпортила лучший секс, что был у них за много лет. Телефон Россу не стал помехой. Он может трахаться и болтать в одно и то же время – искусство, с которым справится не каждый актер.

Ей так хорошо. Росс довел ее до волшебных высот, а потом принял душ и с улыбочкой поехал к Сейди. Он счастлив, что дома. Она счастлива, что он с ней. Вместе они все преодолеют и опять будут наверху.

Ангель взяла такси и приехала на квартиру Бадди утром. Она не сомневалась, что он не будет против.

– Не сказывали, чтобы кого-то впускать, – заворчала горничная. Та, что обычно приходила к Бадди убираться, по болезни не вышла, а сменщицу предупредить о его поручении забыла.

– Но я миссис Хадсон, – возразила Ангель. – И Балд… э… мистер Хадсон меня уверял, что вас предупредил.

Горничная капельку съехидничала:

– Ежели вы его жена, чего ж тогда завсегда тут не живете?

– По-моему, это совсем не ваше дело. – Ангель залилась румянцем, но не отступила.

Горничная приметила ее живот.

– Ладно, – ворчливо согласилась она. – Входите уж. Только ежели обчистите квартиру, с меня шкуру спустят.

Ангель вернулась в жизнь Бадди. Не совсем так, как себе это представляла, но вернулась, и от радости, что опять его увидит, у нее дух захватывало.

Ферди знал, что Сейди на выходные собиралась в Палм-Спрингс. Знал и то, что думала она выехать не раньше десяти тридцати – одиннадцати. Он гордился, что был осведомлен о каждом ее шаге. То, что он узнал от Бадди, можно было ей передать и по телефону, но следует передать лично.

В нерешительности он пребывал только минуту. Значит, надо сменить пляжный наряд на более подходящую одежду. Значит, надо объяснить Рокки, что пикник придется отложить, и Рокки надуется – это как пить дать.