Радуга Шесть - Клэнси Том - Страница 220

Кларк был вынужден признать, что его сознание не в состоянии охватить событие такой величины, не воспринимая происходящее как реальность.

— Дмитрий, зачем, по вашему мнению, они хотят осуществить такое?

— Джон Кларк, эти люди — друиды, они относятся к природе как к богу, обожествляют ее. По их мнению, земля принадлежит животным, а не людям. Они утверждают, что хотят восстановить природу, а чтобы сделать это, готовы уничтожить все человечество. Я знаю, это безумие, но они говорили мне именно так. В мою комнату в Канзасе они положили журналы и видеокассеты, которые пропагандируют их убеждения. Мне никогда не приходило в голову, что такие люди могут существовать. По их мнению, природа ненавидит нас, планета ненавидит нас за то, что мы, люди, сделали с ней. Но у планеты нет разума, а природа не в состоянии выразить свое мнение. И тем не менее они утверждают, что дело обстоит именно так. Это поразительно, — закончил русский. — У меня создалось впечатление, что я открыл новое религиозное течение, чей бог требует нашей смерти, человеческих жертвоприношений, как вы это ни назовете. — Он махнул рукой, расстроенный своей неспособностью понять до конца весь ужас ситуации.

— Ты знаешь, как выглядит этот Гиэринг? — спросил Нунэн.

— Нет, — ответил Чавез. — Никто не сказал мне. Полагаю, что полковник Вилькерсон знает, но я не хотел спрашивать его.

— Боже милостивый, Динг, неужели все это может оказаться правдой? — произнес агент ФБР.

— Думаю, что мы получим ответ на этот вопрос через несколько часов, приятель. Я знаю, что нечто подобное случилось один раз в прошлом, а затем мы с Джоном приняли участие в операции, целью которой было уничтожить человека, ответственного за это. Что касается технической стороны дела, нужно спросить у Пэтси. Я не разбираюсь в биологии, а она разбирается.

— Господи, — закончил Нунэн, глядя через вход, ведущий к стадиону, на насосную станцию. Затем все трое пошли к подвижному буфету, купили по поллитровому стакану кока-колы и сели, не сводя взгляда с двери, окрашенной в синий цвет. Мимо нее проходили люди, но никто не подошел к ней.

— Тим?

— Да, Динг?

— Ты можешь арестовать его?

— Думаю, что могу, — кивнул агент ФБР. — Он будет обвинен в заговоре с целью совершить убийство, замысел преступления возник в Америке, и субъект является американским гражданином. Так что право на его арест у меня есть. Я могу даже пойти дальше. Если мы похитим его и доставим в Америку, суд не проявит никакого интереса к тому, как он оказался в зале суда. После того как он появится перед федеральным судьей Соединенных Штатов, суд даже не спросит, каким образом он попал туда.

— А как мы вывезем его из Австралии? — задал вопрос Чавез. Он включил сотовый телефон.

Кларк поднял трубку телефонного аппарата «STU-4». Потребовалось пять секунд, чтобы кодовая система Динга согласовалась с его системой. Голос компьютера наконец произнес: «Линия безопасна», — потом последовало два коротких гудка.

— Слушаю?

— Джон, это Динг. У меня возник вопрос.

— Говори.

— Если мы арестуем этого Гиэринга, что дальше? Как, черт побери, мы доставим его в Америку?

— Хороший вопрос. Дай мне время, чтобы обсудить его.

— Понял. — Связь прервалась. Логически правильно было бы обратиться в Лэнгли, но директора ЦРУ не было в кабинете. Звонок Кларка перевели к нему домой.

— Джон, что за чертовщина происходит там с твоим участием? — спросил Эд Фоули из своей постели.

Кларк рассказал директору ЦРУ о том, что было ему известно. На это потребовалось пять минут.

— Я поручил Дингу охранять единственное место на стадионе, откуда можно осуществить весь план.

— Иисусе, неужели это правда? — спросил озадаченный Фоули. Было слышно, что у него перехватило дыхание.

— Думаю, мы все узнаем, если Гиэринг покажется с контейнером, содержащим вирусы, — ответил Кларк. — Если это произойдет, как мы доставим Динга, его парней и этого Гиэринга в Штаты?

— Сейчас я займусь этой проблемой. Какой у тебя номер? — Джон назвал номер телефона в явочной квартире, и Эд записал его. — Когда ты узнал?

— Меньше чем два часа назад. Русский сидит рядом. Мы находимся на явочной квартире ФБР в Нью-Йорке.

— Кэрол Брайтлинг замешана?

— Я не уверен. Ее бывший муж определенно замешан.

Фоули закрыл глаза и задумался.

— Ты знаешь, не так давно она звонила мне и расспрашивала о вас, задала пару вопросов. Это она добилась, чтобы новые радио переслали вам из «Е-системз». Она говорила со мной, словно была посвящена во все детали деятельности «Радуги».

— Но ее нет в моем списке, — напомнил Джон. Он лично одобрил имена тех, кого ознакомили с «Радугой».

— Хорошо, я займусь и этим тоже. О'кей, дай мне время, чтобы выяснить обстановку. Я позвоню тебе.

— Понял. — Кларк положил трубку. — У нас там, в Сиднее, есть агент ФБР. Он приехал вместе с моими парнями.

— Кто? — спросил Салливэн.

— Тим Нунэн. Знаешь его?

— Он занимался техническим обеспечением группы по спасению заложников?

Кларк кивнул:

— Да, это он.

— Я слышал о нем. Говорят, очень умный парень.

— Это верно. Он спас нас в Герефорде, по-видимому, спас также мою жену и дочь.

— Тогда он может арестовать этого мерзавца Гиэринга на законном основании.

— Ты знаешь, я никогда особенно не задумывался относительно соблюдения законов — мне приходились осуществлять главным образом политику, а не законы.

— Полагаю, в Агентстве ситуация в отношении законов несколько иная, верно? — улыбнулся Салливэн. Фактор Джеймса Бонда никак не хочет исчезнуть, даже у тех, кому полагалось бы относиться к этому по-другому.

— Да, в некотором отношении.

Гиэринг вышел из отеля, неся заплечную сумку, как и многие прохожие на улице, и сразу у подъезда остановил такси. Оставалось около получаса до конца марафона. Полковник смотрел на переполненные улицы и на идущих по ним прохожих. Австралийцы показались ему дружелюбным народом, и то, что ему удалось увидеть в Австралии, было весьма приятным. Он подумал об аборигенах, о том, что может произойти с ними, о бушменах, живущих в пустыне Калахари, и о других племенных группах, разбросанных по всему свету. Они находятся так далеко от цивилизации, что ни в коей мере не подвергнутся воздействию Шивы. Если судьба улыбнется им, ну что ж, подумал он, у него нет возражений. Эти племена не наносят никакого вреда Природе. К тому же их так мало, что даже если бы им захотелось этого — а они ничуть не хотят, — это будет выше их сил. Пусть продолжают боготворить деревья и гром, как это делают члены Проекта. А не окажется ли, что их слишком много, чтобы превратиться в проблему? Скорее всего, нет. Бушмены могут расселиться на более обширной территории. Но свойственные им традиции не позволят значительно изменить племенной характер их жизни, и даже если их число увеличится, то, по всей видимости, и в этом случае они не смогут оказать сколько-нибудь заметного влияния. То же самое относится к племени або в Австралии. К тому времени, когда в Австралию прибыли европейцы, их было немного, и в распоряжении або были тысячелетия, в течение которых они могли бы заполнить континент. Так что Проект не коснется многих. Отставного полковника смутно утешало, что Шива убьет только тех, чья цивилизация превратилась в угрозу для Природы. То, что в эту категорию попадали все, кого он видел через окно такси, его мало беспокоило.

Такси остановилось на обычном месте высадки пассажиров рядом со стадионом. Гиэринг заплатил таксисту, добавил щедрые чаевые, вышел из машины и направился к массивной бетонной чаше. У входа Гиэринг предъявил свой пропуск сотрудника Службы безопасности, и его пропустили на стадион. И тут его охватила дрожь, которую он ожидал. По сути дела, сейчас он проведет испытание эффективности вакцины В, инъекцию которой получил еще в Америке. Сначала он введет вирус Шивы в туманную систему, действующую по всему стадиону, а затем пройдет сквозь туман, вдыхая те же самые нано-капсулы, как и каждый из сотни тысяч людей, заполнивших стадион. Если инъекция вакцины В окажется бесполезной, он будет обречен на ужасную смерть, но его уже давно проинструктировали и по этому вопросу.