Те, кто выжил - Круз Андрей "El Rojo" - Страница 119

— Ага, беру, пусть будет, — хозяйственно ответил я. — Но мне на машины глянуть интересней.

— Эй! — подала голос жаба Дмитрия. — Мы «Егеря» тут сами делали, ежели чего!

Не сработало, Рабинович начисто вытеснил Иванова из Игоря. Он лишь сказал:

— Раньше надо было думать, когда им отдавали. А теперь все — что пролюблено, то пролюблено. Наш трофей, не замай.

— Дмитрий, не спи! — рыкнул уже я, решив занять практичного гаражника делом. — Оборону организуй — вдруг у них тут прикрытие какое в окрестностях?

В «приемной» кровью пахнет, сильно, как в мясницкой. Тут Санек автоматы с убитых собрал и кинул на диван к двум другим, которые, видать, успел с улицы притащить. Более того — он успел даже ключи от машин найти, позвенев двумя маленькими связками у меня перед глазами.

— Шеф, вот это от «Урала», а вот это от «Егеря» тюнингового. — И с надеждой: — Наше теперь, да?

— Наше, наше, — кивнул я. — Связь давай с нашими, крохобор!

— Мухой!

Связь из машины установилась быстро — благо тут и двух десятков километров нет от Нахабина. Я вызвал сюда своих «силовиков» с «бардаком», а заодно и Игорь затребовал ГНР сюда пригнать — так, на всякий случай.

— Они у нас для таких дел постоянно в готовности сидят, если кого где на выезде прижали, — пояснил он мне, после чего сразу поинтересовался: — Чего с пленным делать будем?

— Общаться, — ответил я, направляясь к переделанному «Егерю». — Он нам должен рассказать, где их база. Ты ведь не знаешь? — обернулся я к подошедшему к нам бородачу.

— Нет, чего не знаю, того не знаю, — вздохнул тот и спросил в свою очередь: — Что делать-то теперь хотите?

— А что, у нас вариантов много? — удивился я вопросу. — Выяснять, где база, и давить их там всех, до полного искоренения. Кто они хоть такие, знаешь? Или вообще к полному анониму хотел под крышу идти?

— Сухой это был, главный их, — ответил Дмитрий. — Банда известная, те еще беспредельщики. А вот где база — этого не знаю.

— Значит, так, — сказал я, подумав. — Вам пока задача одна — окопаться здесь. Чтобы за забор никто носу не высовывал. И быть готовыми к обороне, понятно?

— Понятно.

— И связь с нами держать постоянно. Радиоперекличка каждый час, в ноль-ноль. Договорились?

— Договорились.

— Вот и хорошо. Если что не так пойдет — подмога будет, обещаю. А трофеи, сам понимаешь, я приберу. Кто стрелял, того и тапки. С этим разобрались? И это, жмуриков приберите, а пленного сюда давайте.

Он буркнул что-то согласное, но несчастное и отправился в цех, а если точнее — к толпе мужчин с оружием, женщин и детей, собравшейся во дворе. Там он раскомандовался, все засуетились. В пустующем укреплении из мешков с песком на крыше гаража появился наблюдатель, а нам быстро подтащили связанного, уже пришедшего в себя и смотревшего злобно. Ну это ладно, глядишь, и пообтрясем с него эту злобу неуместную.

21 июля, суббота, утро. Московская обл., п. Снегири

Пока ждали подкрепления, осмотрели трофеи. АК-103, взятый с самого Сухого, я забрал себе — он трофей, вроде как голова оленя на стену. От албанского атамана голова уже висит, можно сказать, а теперь и эта присоединилась. Автомат был с подствольником, а заодно несколько цинков вогов нашлось в багажнике «Егеря». Очень кстати, пригодится. Там вообще много чего полезного нашлось — от патронов до гранат. Туда же свалили остальные автоматы с бандитов, все сплошь АК-74М, а заодно пяток ПМ набрался.

А самое лучшее, что там нашлось, — сам «Егерь». Люди бородатого Дмитрия убрали кузов и просто продлили кабину, превратив грузовик в огромный джип невероятной проходимости. Одна запаска сзади, вторая на крыше, на мощном трубчатом багажнике, к которому ведет лесенка. Понятное дело, что машину больше для «босса мафии» делали, чем для работы: грузовик в работе куда полезней был бы.

Я как залез в него, так и понял — мое, никому не отдам. Проедет везде, и везет не меньше тонны, не считая людей, и укреплен как следует: окна в решетках, кенгурятник жуткий, лебедки с двух сторон. Кроме двух рядов сидений, причем не стандартных, а вполне хороших, из дорогой машины выдранных, впереди добавились два продольных ряда в багажном отсеке, как в «дефендере» так что девять человек влезть могло без всяких проблем, и еще для груза место останется. Самое важное — в машине стояла хорошая рация. Я в них не слишком разбираюсь, в новых, но Дмитрий уверил, что рация что надо. Санек попробовал связаться с базой — связь была, а что еще от нее нужно?

— Санек, на этой с тобой кататься будем, — сказал я ему, шустрившему вокруг. — А уазик вернем, как и обещали.

— Да это запросто!

— Ладно, бери, машина хорошая, — пробухтел и Дмитрий. — Все металлические трубки на гибкие шланги заменили, пусковой подогреватель поставили… много чего сделали. Лучше уж ты катайся, чем Сухой этот…

Сказал он это без особого вдохновения, впрочем, — он и сам бы не отказался.

«Урал» был вполне стандартным, просто укрепленным. Но для нашей работы машина в самый раз: где что нашел, там это сразу в кузов и погрузил. Пригодится. Пока разбирались с трофеями, наши пожаловали, заполнив вроде и просторный двор машинами и самими собой.

— Коля, — обратился я к старшему омоновцу, — надо организовать получение сведений от вот этого персонажа. — Я указал на пленного. — Он сейчас не контакный, но нужно узнать расположение базы, численность личного состава… продолжать надо?

Коля в первую чеченскую служил в разведке в Софринской бригаде ВВ, во вторую чеченскую был там же, но уже в составе отряда ОМОН. Так что разжевывать ему не надо было ничего. Он только кивнул, усмехнулся, сказал:

— Так это без проблем! Давай, грузи одну штуку падали в кузов, прокатимся!

Гаражники с радостью забросили труп Сухого в кузов «Урала», в кабину грузовика влезли омоновцы во главе с Колей, прихватившие с собой пленного. А мы выехали за ними следом в новеньком трофее, и машины сразу направились в сторону города. Что именно собирался делать Коля, я не знал, но в общих чертах догадывался. Игорь закурил, и я выругался, сказав затем:

— Игорян, ну здесь не дымить можно? Знаешь же, что не переношу.

— Блин, колбасит меня чета, — сказал он, передернув плечами. — Я одну, в окошко, ладно?

— Ладно, хрен с тобой, — кивнул я, добавив: — Меня тоже колбасит, если честно. Так вроде все рассчитал, когда стрельбу начал, но сам понимаешь, по-всякому могло повернуть.

— А на хрена ты вообще сам полез? — спросил он. — Ну прессанули бы они сервис, а мы потом бы их нашли. И прессанули самих, только сопли бы потекли. Чего вдруг задергался?

Я подумал, а затем ответил абсолютно честно:

— А я сам не знаю, захотелось вот так. Понимаешь, вот все вокруг чуть не померли. Человечество сейчас вроде человека, забитого почти насмерть, — еле шевелится, глаз еще под запекшийся кровью разлепить не может. А эти как крысы, понимаешь? Пока чувствуют слабость — кого хочешь разорвут. И сожрут, и больше даже изгадят, чем сожрут. Поэтому и хотелось… вот самому хотелось, понимаешь?

— Да понимаю, — вздохнул он, — только что бы я потом Маше сказал, если бы оно не так пошло?

— Правду бы сказал. Да нормально все, видишь же, как получилось? Просто как подсказал кто, что делай прямо сейчас, не жди ничего, и все будет как надо.

— А так и вышло, шеф, — влез в разговор Санек. — Я и варежку открыть не успел, как эти двое, что во дворе были, копыта разбросали. Где так стрелять научились?

— В Америке, от безделья, — ответил я. — И тебя научу, чтобы польза была.

— Да я и не против как бы.

— Ага, побыл бы против, — хмыкнул я. — Ладно, веди, не отвлекайся.

— Кстати, я от твоих гранат чуть в штаны не накидал, — вновь заговорил Игорь. — Ты что с ними сделал?

— Да ничего особого, — пожал я плечами. — Вэвэ [39]выковырял, теперь только резьбу срывает у запала, как замедлитель догорит.