Красавец и скромница - Грэй Индия - Страница 25

Сара была так счастлива, что почти поверила ему.

В самолете по дороге в Пизу оба молчали. Сара была благодарна Лоренцо за то, что он понимал, как она спешит обнять дочь. Он гнал машину из аэропорта в Кастеллацио через выжженные солнцем, золотые и зеленые холмы Тосканы, виртуозно проходя крутые повороты горной дороги. Из холеной дамы в дизайнерском платье, какой она чувствовала себя в Венеции, Сара готовилась снова превратиться в кухарку и экономку с заботами о готовке, стирке, уборке. Она не могла представить себе продолжения отношений с Лоренцо в том же ключе, как они начались в Венеции. Ей не верилось, что блестящего, талантливого режиссера, каким он предстал на фестивале, могла всерьез увлечь такая простушка, как она.

Сомнения отступили на время прочь, когда у подъездной аллеи палаццо их встретили дети: Лотти и Дино бежали наперегонки с машиной до самого крыльца, и Лупо прыгал у их ног. Лоренцо, конечно, позволил им обогнать себя, и они торжествовали победу. Сара вышла из джипа и крепко прижала к себе дочь.

— Как ты провела время? — Прежде чем она договорила, Лотти уже восторженно делилась впечатлениями последних дней.

На ужин к ним присоединились Альфредо и Паола. Разговор затянулся допоздна, пока дети не начали клевать носами. Лоренцо подхватил засыпающую Лотти на руки и отнес в спальню. Когда он накрывал ее одеялом, девочка что-то прошептала ему, и он улыбнулся, убрав темный локон с ее лба. В его глазах Сара прочитала боль.

Она не забыла безутешной тоски в его голосе, когда он раскрыл свою тайну, и не знала, как выразить сострадание и поддержку. Однако позже, в спальне, Сара не скрывала чувств, для которых ей не хватало слов. Ночью, лежа без сна в его объятиях, она не могла сдержать слез, стараясь не разбудить его тихими всхлипами. Если бы он проснулся и спросил, почему она плачет, ей пришлось бы ответить: от любви и счастья.

Следующие несколько жарких солнечных дней Сара прожила как в забытьи. Она запретила себе думать о будущем. На рассвете они с Лоренцо спускались в сад, наслаждаясь утренней прохладой и первозданной тишиной, удовлетворяли первую страстную потребность друг в друге. Потом в постели повторяли все снова, медленно и с чувством.

В среду она проснулась очень рано. Тихо выбравшись из кольца его рук, она смотрела в его лицо. Спящий, он оставался для нее тайной за семью печатями. Сара старалась представить, какие сновидения тревожат его беспокойное воображение.

Густые ресницы задрожали, губы сложились в сонную улыбку.

— Я видел тебя во сне, — промурлыкал Лоренцо, притягивая Сару к себе.

Этой ночью его ласки были особенно нежными. Склоняясь над ней, он двигался медленно и глубоко, не сводя с нее темных волнующих глаз. Ей казалось, что он прощается с ней.

«У меня больное воображение, — уговаривала себя Сара, накрывая завтрак и слушая щебетание дочери, которая выпытывала у Лоренцо, какой подарок он ей готовит. — Почему мне так тревожно? Ведь он уезжает на пару дней». За все это время она не получила ни одной весточки от Руперта, и это нисколько не беспокоило ее. Но разве она когда-нибудь любила Руперта так, как любит Лоренцо?

Они прощались на лужайке возле дома. Лоренцо закинул вещи в машину и наклонился, чтобы обнять Лотти.

— Зачем ты уезжаешь? — спросила она тонким голосом по-итальянски.

— Мне надо работать, — сказал он, — и подготовить кое-что для одной маленькой девочки. А ты позаботься о Лупо и береги маму.

Лотти бросилась ему на шею. Сара быстро отвернулась. Не хватало только разрыдаться, наблюдая трогательную сцену прощания.

По негласному соглашению, вернувшись из Венеции, они скрывали свои отношения от Лотти. Теперь же, глядя Саре в глаза, Лоренцо крепко сжал ее руку.

— Я буду скучать. Разлука пролетит незаметно. — Он на секунду отвернулся, но Сара заметила, как конвульсивно дернулась щека.

Ее снова охватило непонятное чувство тревоги.

— Лоренцо?

Он повернулся к ней, обнял и крепко поцеловал в губы. У Лотти от изумления расширились глаза. Лоренцо прыгнул в машину и резко тронулся с места.

«Огромный дом опустел без него, — думала Сара, пересекая холл с корзиной собранного для стирки белья, — и не только дом». Сколько времени прошло? Час или больше? Она посмотрела на старинные дедовские часы и тихо засмеялась: часы встали. Так же и она. Остановилась. Ждет.

«Не надо патетики, — одернула себя Сара, — мне есть чем заняться». Ее остановил телефонный звонок в кабинете Лоренцо. Пульс сразу участился. Бросив корзину, она помчалась вверх по лестнице в надежде, что это он. Где он сейчас? В Лондоне? Наверное, самолет только что приземлился.

— Слушаю?

— Привет! — ответил по-английски удивленный женский голос на другом конце. — Боялась, мне придется вспоминать давно забытый итальянский. Вы англичанка? Случайно, не секретарь мистера Кавальери?

— Я работаю на него. — Сара постаралась скрыть разочарование. — Он в отъезде.

— В курсе. — Девушка быстро заговорила: — Я Лиза, секретарь Джима Шелдона. У него сегодня вечером встреча с мистером Кавальери. Джим поехал смотреть натуру для нового проекта и заблудился, как обычно. Телефон мистера Кавальери не отвечает, наверное, он еще в самолете. Джим звонит мне по мобильному откуда-то из дебрей Оксфордшира. Вы не поможете сориентировать его?

— Ох, — ответила Сара слабым голосом. Сердце стучало так громко, что она с трудом слышала голос в трубке, — Оксфордшир? Попробую. Куда он направляется?

Девушка на другом конце зашуршала бумажками.

— Я объяснила, как добраться до деревни. Он ищет какой-то паб. Мистер Кавальери сказал, это важно, потому что в книге…

У Сары подкосились ноги, и она рухнула в кресло перед столом Лоренцо.

— В какой книге?

— Ну как же, — Лиза явно удивилась, — они в последние недели ни о чем другом не говорят. Я думала, вы знаете. «Дуб и…

— …кипарис», — закончила Сара. Перед глазами плясали темные пятна.

— Именно! Джим так взволнован. Особенно теперь, когда Дамиан Кинг согласился сниматься. Конечно, пока все шито-крыто. Мы надеемся, мистеру Кавальери удастся уладить дело с авторскими правами. Так что там за паб? Как он называется?

— «Роза и корона», — не узнавая своего голоса, слабо квакнула Сара. — В стороне от главной дороги, примерно в миле от Лоу-Приор по направлению к Стокхемптону.

— Спасибо, сейчас позвоню ему…

Сара больше не слушала. Она бросила трубку. Откинув голову, глядя перед собой невидящими глазами, медленно перебирала в памяти события последних недель. Ей все вдруг стало понятно. Вот почему он заинтересовался ей, попросил остаться в его доме, взял в Венецию, купил ожерелье и… соблазнил так профессионально. Господи, это он просил разрешение на экранизацию, а когда она отказала, решил сделать все, чтобы гарантироватьуспех.

— Нет! — закричала она в отчаянии, дергая ящик письменного стола и дрожащими руками выгребая бумаги. На пол посыпались фотографии знакомых мест: пшеничные поля, паб, где Лоренцо поцеловал ее, ручей, куда в детстве отец водил ее ловить форель и где оборвал свою жизнь. Больше нечего искать: доказательства налицо. Она неловко запихнула бумаги обратно в стол.

Случилось то, чего она ожидала. Молчаливый зверь выследил ее, прыгнул, вцепился когтями и вырвал сердце. Она даже не удивилась. Все складывалось слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Мужчины не замечали Сару Халлидей; она не принадлежала к типу женщин, которые их интересуют. В толпе их глаза скользили мимо, останавливаясь на стройных блондинках. А уж влиятельным, успешным мужчинам, таким как Лоренцо Кавальери, не пришло бы в голову обратить на нее внимание, пригласить на обед, заботиться о ней, поить шампанским, боготворить ее, если бы у них не было причины.

Слезы катились по лицу и падали на заваленный бумагами стол Лоренцо. Закрыв глаза, Сара сделала глубокий, до боли, вздох и задержала дыхание. Она должна усмирить темного зверя, пока он не уничтожил ее. Она медленно выдохнула и снова набрала в легкие воздух.