Спичка - Филлипс Сьюзен Элизабет - Страница 58

Сэм вызывающе улыбнулся и, перекинув ногу через сиденье, просунул свои руки под ее колени. Приподняв и разведя их, он протолкнул под нее свои ноги. Внутренняя часть ее бедер терлась о его джинсы. Он наклонился и посмотрел ей в глаза. Через пелену возбуждения до Сюзанны дошла мысль, насколько уязвимой сделала ее эта позиция — она открыта и доступна, а он — там, под джинсами, — восстал во всей мощи.

— Ты станешь великой королевой. — Он поиграл с ее грудью, пока она не застонала, а потом вдавил большими пальцами соски, прижав ее спину к рулю мотоцикла. Сюзанна закинула голову и посмотрела в небо, разметав волосы по тахометру и фарам; по небу скользили бело-голубые облака. Сэм ласкал ее соски, пока они не превратились в жесткие набухшие бутоны.

И тут он провел ладонью между грудей, по ее животу, скользя по телу, словно облака по небу. На жестких золотисто-каштановых завитках рука замерла.

— Колко и холодно снаружи, — он пошевелил пальцами, — и жарко внутри.

Она застонала и подняла ноги выше. Пока он играл с ней, Сюзанна почувствовала, что тело уносится в небо. Из-за облака вышло солнце Северной Калифорнии и засияло на ее коже. Она ухватилась руками за его икры, выгнув спину и подавшись грудью вверх, словно первобытная жертва, принесенная на радость богам.

Сэм до конца снял джинсы, одновременно удерживая мотоцикл, потом выбрал точку равновесия и вошел в нее. Сюзанна крепче прижала его к себе и выгнулась еще сильнее. Но когда Сэм начал двигаться, ей все никак не хватало его.

Она подтянулась вверх и уселась ему на колени. Волосы Сюзанны рассыпались по его плечам, спине, стекая тончайшим шелком по грубой коже его черной куртки. Сейчас агрессором была уже она сама. Насаживаясь все глубже, она заставила его приспосабливаться к ее ритму. Прядь его волос задела ее губы, и она захватила ее ртом. Обхватив его шею руками, она выгнула талию и приняла его полностью, до конца.

Он застонал:

— Как хорошо… Боже, как хорошо!

Ее глаза обожгли слезы.

— О да. Да!

— Еще… Дай мне еще!

— Я люблю… — крикнула она, — люблю тебя!

— Крепче… Еще… Да… Еще!

Ее оргазм был стремителен, он потряс ее до самой глубины.

— …так люблю тебя, — всхлипывала Сюзанна, умирая на нем.

Он вцепился руками в ее ягодицы и подался в нее еще глубже. Когда Сюзанна почувствовала, что и он достигает пика, она прижалась влажной щекой к его затылку и внушением заставила сказать его те слова любви, которых так страстно желала.

Его крик был глубоким, резким и хриплым.

— Еще, — требовал он, — дай мне еще!

Глава 17

Офисы «Сисвэл» были обставлены беспорядочно. В трех углах открытого помещения стояло по изрядно потрепанному стальному столу, четвертый занимали два длинных верстака. На стене висело несколько афиш рок-концертов и рекламный плакат фирмы «Харлей-Дэвидсон». Войдя в помещение, Митч невольно сравнил эти плакаты с полотном работы Элен Франкенталер, висевшим в офисе его последнего места работы.

Хотя было чуть больше семи утра понедельника, Сюзанна уже сидела за своим столом, подогнув под себя ноги и заложив за ухо карандаш. Когда Митч вошел, она, оторвавшись от блокнота, улыбнулась.

— Я, конечно, знаю про раннюю пташку и червячка, — сказала она, — но, может, вам было бы лучше сначала зайти домой и немного поспать?

— Я немного вздремнул в самолете.

— Как там в Бостоне?

— Прекрасно.

Она не стала продолжать расспросы, и Митча это обрадовало. Он все еще чувствовал себя не в своей тарелке после вчерашнего расставания с детьми. Целуя Лизу на прощание, он ощутил запах детского шампуня, исходивший от ее темных волос. Дэвид обхватил ручонками его шею, умоляя не уезжать. Часто заморгав, Митч направился к кофеварке.

Поколебавшись, Сюзанна произнесла:

— Не хочу навязываться, но, по-моему, вам будет тяжело жить вдали от детей. Если вам нужен друг…

— Все нормально, благодарю вас, — быстро ответил он, отвергая ее заботу.

Впредь она должна знать, что его дела ее не касаются. Он сам позаботится о своих проблемах, не нуждаясь ни в чьем сочувствии.

Направляясь с чашкой кофе к своему столу, он глянул на огромных размеров настенный календарь.

— Что произошло за этот уик-энд?

— Ничего особенного. Я приняла несколько новых заказов, разобрала почту, вымыла голову и вышла замуж. Так, пустяки.

Он обернулся так резко, что часть кофе выплеснулась на пол.

— Вы вышли замуж?

Она засмеялась. Только сейчас он заметил, что от нее словно исходит нечто вроде сияния. Кожа светилась, черты лица казались расплывчатыми, будто на фотографии, снятой через покрытый вазелином объектив.

— У нас когда-то был об этом разговор. Вы ведь знаете Сэма. Он поставил меня в известность за полчаса.

Она стала рассказывать о церемонии на спортплощадке, Митч слушал, судорожно сжимая в руках чашку с кофе. Он был в ярости. Должно быть, он спятил, оставив своих детей на другом краю континента ради всего этого балагана.

Когда она наконец сделала паузу, он ровным голосом заметил:

— Честно говоря, мне не верится, что это сделали вы.

Ее сияние слегка поблекло. Он почувствовал себя хулиганом со школьного двора, но отбросил все угрызения совести.

Ему следовало бы заметить приближение такого события, но он был слишком занят рискованными операциями и волнениями по поводу их предприятия, чтобы обращать внимание на взаимоотношения Сэма с Сюзанной. И потом, он никак не предполагал в Сэме склонности к семейной жизни.

Он заметил, что она понемногу обретает былое достоинство.

— Вы же знаете, как мы с Сэмом относимся друг к другу.

— И никому из вас не пришло в голову, что эту затею не мешало бы предварительно обсудить?

— Мы не нуждаемся в вашем благословении, Митч.

— Может, вы и не нуждаетесь в моем благословении, но, черт побери, скоро вы будете нуждаться в услугах стряпчего. Вы не подумали, что наделает ваша женитьба с нашим партнерским соглашением?

Сюзанна соображала быстро, он вынужден был отдать ей должное. У нее не заняло много времени, чтобы понять, что им с Сэмом удалось ловко захватить контроль над половиной компании.

— Я… мне очень жаль. Я не подумала… Мы все уладим с адвокатом на этой же неделе. Вы наверняка понимаете, что никто из нас и не собирался затевать никаких игр с захватом власти.

Возможно, она говорит правду, подумалось ему. Но именно поэтому все это звучало так невероятно. Он с самого начала знал, что связывается с любителями, и винить в этом не приходилось никого, кроме себя. Она была так искренне огорчена, что он смягчился.

— А где же наш счастливчик новобрачный? В задней комнате?

Она осторожно приняла предложение мира.

— Все еще в постели.

— Я же видел на улице его мотоцикл. Я решил… — Тут он прервался, увидев разливающееся по ее лицу выражение самодовольства. — Вы что, одна приехали сюда на этом «харлее»?

Она засмеялась:

— Это было так чудесно, Митч! Я успела проскочить в утреннем потоке, поэтому боялась лишь самую малость.

Он попытался представить, как его бывшая жена вскакивает в седло мотоцикла, но ничего не получилось. Выходит, он был не прав, когда несколько недель назад счел, что Луиза с Сюзанной одного поля ягоды!

Ее смех замер, и она посмотрела на него так серьезно, что его гнев начал понемногу растворяться.

— Порадуйтесь за нас, Митч. Сэм и я — мы так нужны друг другу!

Ему не хотелось выслушивать никаких интимных признаний. Отхлебнув кофе, он кивнул в ее сторону:

— А почему без обручального кольца?

Она слегка улыбнулась:

— Это отживший символ порабощения.

— Похоже, это слова Сэма, а не ваши.

— Вы угадали. Но зато я решила не брать его фамилию, а оставить свою.

— Не все старые традиции так уж плохи.

— Знаю. Но мое имя — это последняя ниточка, что связывает меня с отцом. — Она поколебалась. — Полагаю, я еще не готова отказаться от него.