Город праха - Клэр Кассандра - Страница 34

Всю сторону холма, не выходящую на дорогу, покрывали ряды могильных камней со звездой Давида, в лунном свете сияющие молочной белизной. Вдали мерцала подернутая зыбью поверхность озера. Клэри подумала, что это хорошее место. Хорошее место для того, чтобы прийти на могилу к кому-то близкому, возложить цветы и посидеть рядом, предаваясь воспоминаниям. Не для того, чтобы прокрасться сюда под покровом ночи и закопать своего друга в неглубокой могиле.

— Это больно? — спросила она Рафаэля.

Вампир перестал копать и оперся на лопату, как гамлетовский могильщик:

— Что?

— Вампиры причинили Саймону много боли? Он страдал?

— Нет. Пасть жертвой вампира — не худший способ покинуть мир, — негромко произнес Рафаэль. — Укус дурманит. Будто погружаешься в приятный сладкий сон.

У Клэри закружилась голова. Из оцепенения ее вывел окрик.

— Клэри! Иди сюда, незачем тебе на это смотреть.

Джейс протягивал ей руку. Клэри глядела мимо него, на Изабель. Саймона завернули в одеяло, и теперь Изабель стояла над ним с хлыстом в руке, охраняя тело… Клэри яростно одернула себя. Не тело — Саймона!

— Я не уйду. Я буду ждать, когда он очнется.

— Хорошо. Просто пока отойдем в сторону.

Клэри не двинулась с места, тогда Джейс взял ее за безвольную руку и увел на другую сторону холма, к россыпи валунов над верхним рядом могил. Джейс уселся на камень, застегивая куртку. Клэри села рядом и стала смотреть на озеро. За спиной слышались ритмичные удары лопаты. Могилу копал Рафаэль, при его нечеловеческой силе работа шла быстро. Да и яма требовалась неглубокая, Саймон ведь был не таким уж большим…

Клэри сложилась пополам, прижав руки к животу:

— Мне нехорошо.

— Я понял, потому и увел тебя. Мне показалось, что тебя сейчас стошнит Рафаэлю под ноги… — Джейс помолчал. — Все его самодовольство сняло бы как рукой.

— Замолчи!

Боль начала отпускать. Клэри подняла голову и посмотрела на небо. В море звезд неспешно плыл серебряный диск луны.

— Это я виновата, — сказала она.

— Нет, не ты.

— Ты прав. Виноваты мы оба!

Джейс повернул к ней голову и осведомился раздраженно:

— И как ты пришла к этой мысли?

Клэри молча смотрела на него. Джейс давно не стригся, и волосы теперь завивались, в лунном свете отливая белым золотом. Казалось, что шрамы на лице и горле нарисованы металлическими чернилами. С щемящей грустью она подумала, что Джейс очень красив и в нем нет ничего, ни единой черточки, которая делала бы его похожим на нее или на маму, — ни линия скул, ни форма подбородка, ни изгиб рта…

— Почему ты на меня так смотришь? — спросил он.

Клэри одновременно хотелось разрыдаться у него на груди — и наброситься на него с кулаками. Она не сделала ни того, ни другого, а только сказала:

— Если бы не то, что произошло в Летнем дворе, Саймон бы не погиб.

Джейс наклонился, вырвал из земли клок травы вместе с корнями и отбросил в сторону:

— Нас заставили. Мы это сделали не для собственного удовольствия и не для того, чтобы его позлить. Кроме того… — на его лице появился призрак улыбки, — ты моя сестра.

— Мне не нравится, когда ты это говоришь.

Джейс покачал головой:

— В детстве я любил играть со словами. Если много-много раз повторить слово, оно теряет смысл. Когда я не мог заснуть, я лежал и повторял слова: «сахар», «шепот», «зеркало», «тьма»… «Сестра». Ты моя сестра.

— Сколько ни повторяй, ничего не изменится.

— Ничего не изменится и если ты запретишь мне повторять.

— Джейс! — раздался голос сзади.

Запыхавшись, подбежал Алек с черным пластиковым пакетом. За ним шел Магнус — мрачный долговязый, в длинном кожаном плаще, развевающемся, как крылья нетопыря. Алек протянул пакет Джейсу:

— Вот кровь, как ты просил.

Джейс приоткрыл пакет и заглянул внутрь, наморщив нос:

— Мне спросить, откуда вы это взяли? Или лучше остаться в приятном неведении?

— У мясника в Гринпойнте, — объяснил Магнус. — Из мяса выпускают кровь, чтобы сделать его халяльным. Это баранья кровь.

— Думаю, пойдет. — Джейс встал и посмотрел на Клэри с сомнением: — Рафаэль не лгал, говоря, что зрелище не слишком приятное. Лучше подожди здесь. Я попрошу Изабель посидеть с тобой.

Клэри посмотрела на него снизу вверх:

— Ты когда-нибудь видел, как рождается вампир?

— Нет, но…

— Тогда ты не знаешь, на что это похоже. — Клэри поднялась на ноги, запахнув плащ. — Я хочу присутствовать. Я должна быть рядом с Саймоном.

Лицо Джейса наполовину скрывалось в тени ветвей, но Клэри показалось, что он посмотрел на нее с уважением.

— Тебе не запретишь… Пошли.

Когда они вернулись к Рафаэлю, тот уже насыпал над могилой холмик. Тела Саймона нигде не было. Алек и Магнус отстали — о чем-то спорили. Изабель сидела на земле, у ее ног лежал хлыст, свернутый в золотое кольцо. Она заметно дрожала.

— Как же холодно… — прошептала Клэри, кутаясь в тяжелый плащ. По крайней мере, бархат согревал. О том, что полы плаща запятнаны кровью Саймона, Клэри предпочитала не думать. — Словно зима наступила.

— Радуйся, что действительно не зима, — сказал Рафаэль, прислоняя лопату к стволу дерева. — Зимой земля становится твердой как камень, и тогда детеныш несколько месяцев страдает от голода, не в силах выбраться.

— Детеныш? — переспросила Клэри.

Слово показалось ей каким-то слишком мягким. Можно подумать, речь шла о котятах.

— Ну да, детеныш. Новорожденный. — Рафаэль заметил Магнуса, и на его безмятежном лице промелькнуло изумление. — Верховный маг? Какая неожиданность!

— Пришел полюбопытствовать, — сказал Магнус, сверкнув кошачьими глазами. — Никогда не видел, как рождаются дети ночи.

Рафаэль посмотрел на Джейса, который стоял в стороне, опираясь на ствол дерева:

— У тебя блистательная компания, нефилим.

— Ты это про себя? — уточнил Джейс, ковыряя землю носком сапога. — Высокомерное заявление.

— Наверное, он про меня, — к всеобщему удивлению, пошутил Алек. — Извините, нервы…

— Ничего страшного, — ободряюще сказал Магнус и хотел было погладить его по плечу, но Алек торопливо шарахнулся в сторону.

— Что теперь надо делать? — спросила Клэри, зябко ежась.

Она промерзла до костей. Все-таки странная погода для конца лета.

Рафаэль понимающе улыбнулся:

— Во время рождения вампира всегда холодно. Детеныш вытягивает силу из всего живого, что его окружает. Чтобы восстать из могилы, нужно много энергии.

— Зато ты, я смотрю, не мерзнешь, — раздраженно ответила Клэри.

— А я не живой, — пояснил вампир и отошел на шаг от края могилы. — Расступитесь. Вы ему мешаете.

Все поспешно отпрянули в разные стороны. Кто-то крепко схватил Клэри за локоть. Она обернулась и увидела Изабель, бледную как мел.

— Чудовищно… Может, нам стоило просто отпустить его?

— Отпустить? В смысле, дать ему умереть? — Клэри вырвала руку. — Не сомневалась, что ты это скажешь. Тот, кто не такой, как ты, просто не достоин жить.

— Нет, я имела в виду… — начала оправдываться Изабель. И осеклась.

Из-под ног донесся стук — громкий, ритмичный, похожий на сердцебиение самой земли. Утрамбованная почва над могилой вздыбилась и пошла волнами, как поверхность океана. Клэри рухнула на колени. Перед ней возникла трещина и вспучилась холмиком, как муравейник. Из самой середины высунулась рука, судорожно разгребающая землю.

— Саймон! — Клэри вскочила на ноги и рванулась к трещине, но Рафаэль ухватил ее за плечо. — Пусти меня!

— Он должен выбраться самостоятельно, — сказал Рафаэль, не ослабляя хватку. — У нас так принято.

— Это у вас так принято! — крикнула Клэри, вырываясь. — У нас — нет!

Она подбежала к могиле, но тут земля снова вздыбилась, и Клэри упала. Перемазанное в грязи и крови существо, впиваясь черными пальцами во влажную почву, выбралось из цепких объятий могилы, отползло на пару шагов и упало замертво.

— Саймон, — прошептала Клэри.