Город праха - Клэр Кассандра - Страница 32

— Как спалось?

— Почему ты меня не разбудил? — После сна голос звучал хрипло.

— Подумал, что тебе не помешает отдохнуть. Тем более что спала ты как убитая, — сказал Джейс и добавил ехидно: — Даже слюней напустила. Прямо на мою футболку.

Клэри вспыхнула:

— Извини.

— Дрыхла разинув рот, — продолжал Джейс. — Неподражаемое зрелище.

— Хватит уже! — Клэри нашарила в складках покрывала телефон и с надеждой посмотрела на экран, хотя знала, что там увидит. Ни одного сообщения и пропущенного вызова. — Три часа ночи, — констатировала она с тревогой. — Думаешь, с Саймоном все в порядке?

— Я думаю, у него не все в порядке с головой. Причем в любое время суток.

Клэри засунула телефон в карман и направилась в ванную:

— Пойду переоденусь.

Белоснежная ванная комната Джейса была не больше, чем у Изабель, и содержалась в идеальном порядке. Клэри сняла мокрую футболку, умылась и провела расческой по волосам, которые от влажности пошли буйными кудрями. Футболка Джейса висела мешком, но материя оказалась очень мягкой и приятной на ощупь. Клэри закатала рукава и вышла из ванной.

Джейс сидел в том же положении, мрачно уставившись на блестящий предмет в руках. Она подошла и заглянула ему через плечо, опершись на спинку кресла:

— Что это?

Вместо ответа Джейс поднял предмет — зазубренный осколок зеркала, однако вместо собственного отражения Клэри увидела в нем зеленую траву, голубое небо и голые ветви деревьев.

— Осколок портала! — догадалась девушка. — Не знала, что ты его хранишь.

— За ним я сюда и пришел, — произнес Джейс с тоской в голосе. — Все думаю, что однажды увижу в отражении отца. Может, пойму, что он замышляет.

— Разве Валентин в Идрисе? Я думала, он где-то здесь, в городе.

Джейс покачал головой:

— Магнус считает, что в городе его нет.

— Он следит за Валентином? Но как?

— Магнус получил статус верховного мага не за красивые глаза — мощь его чар простирается за пределы города. И он чувствует, что происходит на его земле.

Клэри фыркнула:

— Ощущает волнения в Силе?

Джейс резко повернулся к ней, нахмурившись:

— Я не шучу. Магнус начал расследование после того, как в районе Трайбека был убит маг. Когда я оказался в его доме, он попросил у меня что-нибудь, что принадлежало отцу, и я отдал ему кольцо Моргенштернов. Обещал сообщить мне, как только Валентин объявится, но пока никаких признаков его появления нет.

— Может, ему просто кольцо понравилось? — предположила Клэри. — Магнус любит украшения.

— Пусть забирает, не жалко. Для меня оно ничего не значит. — Джейс стиснул осколок, и Клэри с испугом заметила, что острые края рассекли ему ладони.

Она отобрала окровавленный осколок и засунула его в карман куртки Джейса, висевшей на крючке.

— Пойдем, надо возвращаться к Магнусу, — сказала она как можно мягче. — Алек там уже давно…

— Не думаю, что ему там надоело, — сказал Джейс, но все же послушно поднялся на ноги, достал стило и вывел на руке исцеляющую руну. — Хотел задать тебе один вопрос… Когда ты вышибла дверь моей камеры в Городе молчания, как тебе это удалось? Что ты сделала?

— Просто начертила открывающую руну, самую обыкновенную…

Ее прервал резкий оглушительный звонок. Клэри машинально полезла в карман, прежде чем сообразила, что это не телефон.

— В дверь звонят, — сказал Джейс, снимая куртку с крючка. — Пошли.

На полпути к лифту они столкнулись с сонной Изабель, выскочившей из своей комнаты. На ней были банный халат и сдвинутая на лоб розовая маска для сна.

— Три часа ночи! Кто может звонить в дверь в три часа ночи?! — возмущенно возопила она так, будто все это подстроили Джейс и Клэри.

— А вдруг Инквизитор? — предположила Клэри, похолодев.

— Она бы просто вошла, как и любой другой нефилим, — сказал Джейс. — Институт закрыт лишь для нежити и примитивных.

У Клэри замерло сердце.

— Саймон! — воскликнула она. — Наверняка он!

— Неужели решил перебудить всех посреди ночи, чтобы признаться тебе в любви? — Изабель зевнула. — Не мог просто позвонить? Ох уж эти мне примитивные мужчины!

В прихожей было пусто — Макс уже перебрался в постель. Изабель повернула рычаг на стене, и внутри собора зарокотало — к ним поднимался лифт.

— Бедняге не хватило ума и самоуважения просто пойти надраться и заснуть в канаве, — сказал Джейс. — Я разочарован.

Клэри едва его слышала. От нарастающего страха кровь в жилах превратилась в кисель. Перед глазами возникли картины из сна: ангелы, лед, Саймон с окровавленными крыльями… Ее начала бить дрожь. Изабель посмотрела на Клэри с сочувствием, сняла с вешалки синий бархатный плащ и протянула ей:

— Надень, тут холодно.

Клэри закуталась в плащ — он был ей велик, зато сразу стало теплее. Отделанный атласом капюшон она откинула, чтобы не мешал смотреть.

Джейс открыл двери лифта. Клэри встретилась взглядом со своим отражением в зеркальной стене — бледным и перепуганным — и поспешно вошла в кабину.

— Эй, а ты куда? — вдруг спохватилась Изабель. — Никто не должен знать, что вы в Институте!

— Там Саймон, — объяснила Клэри. — Я знаю, что это он.

— А если…

— Заходи уже, — перебил ее Джейс, шагнув в лифт и придерживая дверь.

Изабель раздраженно вздохнула и послушалась. Вниз они ехали в молчании. Клэри пыталась поймать взгляд Джейса, но он намеренно не смотрел в ее сторону и что-то еле слышно насвистывал. Клэри вспомнила легкую дрожь его рук, когда он обнимал ее в Летнем дворе; перед глазами немедленно возникло лицо Саймона и то, как он почти бежал от нее по парку, исчезая в тенях. Ее не оставляло необъяснимое предчувствие надвигающейся беды.

Клэри первой выскочила из лифта в полумрак храма, освещенного пляшущими огоньками свечей, и чуть ли не со всех ног побежала по проходу между скамьями. Споткнувшись о подол плаща, нетерпеливо подобрала его повыше и метнулась к огромным двойным дверям. Изнутри они запирались на несколько бронзовых засовов толщиной с руку. Снова раздался звонок. Клэри уже открывала самый верхний засов. Изабель что-то прошептала Джейсу. Металлический брус поддавался с трудом, Клэри тащила изо всех сил, и вдруг на ее руку легла ладонь Джейса. Засов наконец отошел в сторону, и тяжелые врата распахнулись.

В храм, гася свечи, ворвался ночной ветер, несущий запах города — соли, дыма, остывающего бетона и мусора. Но к этим знакомым запахам примешивалось что-то еще. Привкус меди. Так пахнет новенькая одноцентовая монета.

Сначала Клэри показалось, что на пороге никого нет. Потом из ночных теней возник Рафаэль. Его черные кудри трепал ветер; ворот белой рубашки распахнулся, открывая шрам на горле. Он держал на руках чье-то бездыханное тело. Клэри в ужасе уставилась на него, не видя больше ничего вокруг. Человек на руках вампира был определенно мертв: его руки и ноги безжизненно повисли как плети, голова откинулась назад и на горле зияла чудовищная рана.

Джейс вдруг сжал Клэри за плечи — крепко, как тисками. В ужасе она различила во тьме знакомую вельветовую куртку с рваным рукавом, синюю футболку, залитую кровью, — и закричала.

Крик получился беззвучным. Колени подкосились, и Клэри непременно упала бы, если бы не Джейс.

— Не смотри, — прозвучал над ухом его голос. — Не смотри!

Но Клэри не могла отвести взгляд от запекшейся крови на темных волосах Саймона, от растерзанного горла, от длинных порезов, рассекших запястья. Перед глазами плясали черные точки, и невозможно было вздохнуть.

Первой пришла в себя Изабель: схватила со стены тяжелый пустой подсвечник и направила его трехконечное острие в грудь Рафаэлю.

— Что ты сделал с Саймоном? — вопросила она холодным и требовательным тоном, став в эту секунду невероятно похожей на свою мать.

— El no es muerto, — бесстрастно ответил Рафаэль. Он легко и неожиданно бережно опустил Саймона наземь, к ногам Клэри. Она совсем забыла о том, какой чудовищной силой обладает вампир, несмотря на свою внешнюю хрупкость.