Любовная петля - Кларк Луиза - Страница 54

Филипп развалился на стуле и смотрел, как она выскользнула из комнаты; потом он лениво подозвал к столику одного из слуг и заказал лучшее блюдо и бутылку вина, которые приказал принести наверх в номер. Выполнив это задание, он за кружкой пива вернулся к праздному созерцанию пивной.

Алиса должна была обследовать верхний этаж в поисках Пруденс, пока большинство обитателей гостиницы были внизу, пили пиво или ужинали. Филипп останется в баре, отвлекая, таким образом, внимание посетителей.

Как только она обследует второй этаж, вернется в бар и заявит, что спальня, которую им предоставили, неподходящая, и настоит на том, чтобы они продолжали путешествие или сделали так, как им предложил владелец гостиницы, – вернулись в Западный Истон и сдались на милость одному из владельцев богатых домов.

План бы удался, если б неожиданно не приехал Цедрик Инграм. Филипп услышал, как он в холле громко спрашивал, на месте ли Осборн. Испуганный хозяин дрожащим голосом объяснил ему, что Эдгар в своей комнате, но он не ожидал… Потом по звуку шагов Филипп понял, что Инграм пошел наверх. Филипп отставил пиво и встал, пытаясь не спешить, но отчаянно опасаясь, что Инграм натолкнется на Алису в коридоре наверху. В лучшем случае, это нанесет урон ее репутации. В худшем, – у Инграма будет еще одна заложница в обмен на Томаса Лайтона.

Взойдя по лестнице наверх, Филипп не знал, радоваться ему или беспокоиться, так как в коридоре было тихо и пусто. Он постоял, подумал, в какой комнате искать Алису. И уже собрался пойти по коридору и пробовать открывать все двери, рискуя из-за стечения обстоятельств натолкнуться на Осборна или Инграма, когда в дальнем конце скрипнула дверь и высунулась белокурая голова Алисы. Алиса увидела его и жестом позвала к себе. Филипп поспешно пошел по коридору вне себя от радости, что она была в безопасности.

– Что случилось? – прошептала она, закрыв за ним дверь.

– Приехал Инграм, спрашивал об Осборне, – мрачно сказал Филипп. – Хозяин гостиницы послал его прямо наверх.

– Он чуть не застал меня, – вздохнула Алиса. – Что нам теперь делать?

– Задержимся пока здесь, – сказал Филипп, обдумывая всевозможные варианты. – По крайней мере, мы не можем уехать, пока не уедет Инграм.

Алиса осмотрела небольшую, по-спартански обставленную комнатку.

– Да, думаю, что да. Ну тогда давайте съедим ужин, который нам пришлют, а потом посмотрим, что делать.

Они немного помолчали. По сравнению с Эйнсли Мейнор и Стразерн-холлом комнатка была совсем крошечной. Мебель стояла самая простая и необходимая. Широкая кровать была придвинута к одной стене, возле нее стоял небольшой комод. У камина – единственный стул с прямой спинкой, и между ним и кроватью оставалось совсем мало места. Алиса опустилась на стул, предоставив Филиппу возможность сесть на кровать или стоять.

Он с сожалением посмотрел на удивительно чистые простыни, подумав о том, что всегда думает мужчина, оказавшись с женщиной наедине в закрытой комнате, где нет почти ничего, кроме двойной кровати. Филипп решил, что если он постоит, желания не будут так неотступны. Он захотел узнать, чувствует ли Алиса нечто подобное, и посмотрел на нее в упор.

Она невидящим взглядом смотрела на огонь, покусывая нижнюю губу. Филиппу показалось, что она не думала о большой кровати и о том, что под этим подразумевалось, поэтому на некоторое время почувствовал облегчение, но – вопреки всему – и оскорбленное самолюбие. Может быть, она не испытывает такого страстного желания, которое распирало его и противоречило всем его убеждениям и здравому смыслу.

Под его напряженным гипнотическим взглядом Алиса вздрогнула. В комнате уплотнялась энергия желания. Медленно, почти с неохотой, она отвела глаза от спасительных всплесков пламени и перевела их на Филиппа. «О счастье! – затрепетала его душа. – И она тоже!..» Взаимное желание заполнило комнату до отказа.

– Алиса, – выдохнул он и шагнул к ней.

Ее губы раскрылись… Она не произнесла ничего – в дверь постучали.

Филипп напрягся. Он гибко скользнул к двери, доставая меч из ножен. Алиса сидела неподвижно, затаив дыхание. Нахлынувшая обжигающая страсть сменилась нависшей опасностью, которая затормозила и несколько охладила их чувства. Алиса молча наблюдала, как Филипп открывает дверь.

Нерешительный голос хозяина гостиницы позволил им с облегчением вздохнуть.

– Я принес еду, которую вы заказывали, сэр, – сказал он, входя в комнату, когда Филипп приоткрыл дверь. Алиса заметила, что он из предосторожности не распахнул дверь настежь, чтобы любопытный взгляд не обнаружил того, кто находится внутри. Хозяин поставил поднос на комод и довольно недоверчиво осмотрел комнату.

– Еще чего-нибудь желаете, сэр?

– Нет, – сказал Филипп, – На вечер этого достаточно.

Хозяин кивнул и начал пятиться из комнаты.

– Хорошо, сэр. Если вы передумаете, то возле кровати есть звонок. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – Филипп захлопнул за ним дверь.

Он посмотрел на Алису:

– Поужинаем, миледи? Тем, что есть?

Алиса рассмеялась:

– Кажется, у нас небогатый выбор, сэр.

Они не набросились на еду, к тому же она была не самой лучшей.

За едой они разговаривали не о Пруденс, ее не оказалось ни в одной из комнат, проверенных Алисой, а о себе – своих взглядах, надеждах, о том, что они желали в будущем для Англии. Таким образом, они приятно провели около часа, и вечер за окном превратился в ночь.

Наконец, когда они опустошили бутылку ординарного кларета и расправились с остатками рагу и грубого хлеба, Филипп без особого интереса сказал:

– Я проверю, в баре ли Осборн или Инграм. Если нет, я поищу кучера и притворюсь, что браню его за нерадивость в обращении с лошадьми. К тому же проверю, в конюшне ли лошадь Инграма.

Алиса кивнула, но пока он шел к двери, мягко сказала:

– Будьте осторожны, Филипп, – она не была уверена, услышал он ее или нет.

Здесь впервые она познала агонию ожидания и необузданный страх за его жизнь. Он вернулся с хмурым лицом.

– Инграм и Осборн в пивной и, кажется, собираются провести там всю ночь. Мы не сможем уехать, как собирались.

Придавая вид практичности своим словам, Алиса сказала:

– Пока они оба внизу, мы сможем проверить оставшуюся часть гостиницы. Давайте сделаем это сейчас, Филипп, пока мы уверены в том, что они оба заняты.

Филипп согласился. Если они найдут Пруденс, то им придется придумать новый план побега. Если нет – ну, они подумают над проблемой по мере необходимости.

Закончить проверку комнат на втором этаже было делом простым. Ни в одной из них Пруденс не было и никаких доказательств того, что она когда-нибудь там была. За исключением спальни Осборна. Там на полу, возле кровати, Алиса нашла ленточку, которая – она готова была поклясться! – принадлежала Пруденс. Она все время спрашивала себя, почему ленточка для волос оказалась здесь, в этом самом месте, и беспокойство об участи сестры возрастало. Сомнений не оставалось – Пруденс не было ни в одном из номеров гостиницы. К концу поисков Алиса начала приходить в отчаянье. Когда они вернулись в свой номер, она прошептала:

– Филипп, она была здесь! Куда они могли девать ее?

– Не знаю, – хмуро ответил он. Филипп начинал думать, жива ли Пруденс вообще, но не мог об этом сказать Алисе. И без того она была перепугана.

Вдруг ее глаза просияли:

– Филипп, мы еще не проверили остальные комнаты внизу – кухню и личные апартаменты хозяев гостиницы. Может быть, она там?

Филипп не хотел убить надежду в ее глазах, поэтому осторожно сказал:

– Возможно, но я не могу придумать, как мы сможем обыскать комнаты, не вызывая подозрений.

– Я знаю! – радость брызнула из глаз Алисы. – Я пойду, спущусь вниз, как будто ищу хозяйку гостиницы. Когда найду ее, пожалуюсь на головную боль и попрошу питательного отвара. В любом случае, женщины не будет там, где я начну ее искать, поэтому я смогу осмотреть все вокруг не спеша.