Любовная петля - Кларк Луиза - Страница 45

Алиса охотно опустила руки ему на плечи и прильнула к нему. Прерванная несколько минут назад страсть вспыхнула с новой силой. Он склонил голову, а Алиса запрокинула ее так, что их губы встретились. Когда их языки переплелись, она окунулась в счастливое очарование желания. Она сжимала его плечи, потому что перестала чувствовать под собой ноги, и была полностью в его власти, но сердцем понимала, что он не воспользуется этой властью ради ее чести. Прежде всего, она доверяла ему все, что было правильно для них двоих. А если бы это вышло за рамки условностей, Алиса не заботилась бы. Она настолько забылась в изумительных чувствах, которые вызывало его прикосновение, что не услышала хруст гравия на дорожке. Филипп вначале тоже ничего не услышал, но, когда шаги послышались совсем близко, отстранился от нее.

– Проклятье! – она посмотрела на него отуманенным взглядом.

– Послушай, Алиса, кто-то идет. Возьми меня под руку и пойдем прогуляемся. Понятно?

Она послушно сделала то, что ей велели, но покачала головой.

Филипп вздохнул, мимолетно коснулся ее щеки и прошептал:

– Что касается меня, я не волнуюсь, что нас увидят в объятиях друг друга, потому что не стыжусь своих чувств к вам, прекрасная Алиса. Но я ни за что в мире не хотел бы подвергать вас неприятностям, которые могут случиться, если нас застанут в объятиях. Поэтому пойдемте сейчас со мной и притворимся, что мы беззаботно болтаем, как старые друзья, целую вечность не видевшиеся друг с другом.

Его объяснение оживило Алису, и она рассмеялась:

– Наши чувства нельзя скрыть за легким разговором, милый сэр, но я постараюсь. А кто там идет за нами? Вы не знаете?

Филипп покачал головой:

– Возможно, ваш отец или кто-нибудь из прислуги.

Он ошибался. Это у Цедрика Инграма под ногами громко хрустел гравий. Хотя он, как всегда был пышно разодет, в глазах Алисы его кричащий зеленый дублет и кюлоты с золотистыми бантами и розочками и в подметки не годились элегантному голубому дублету и черным кюлотам Филиппа.

Идя к ним навстречу, Цедрик рассерженно взглянул на Алису и Филиппа, представлявших выразительную картину – они стояли рядом, как задушевные друзья, которые хорошо понимали друг друга. Приблизившись, он еще больше помрачнел и, едва заговорил, его голос дрожал от волнения:

– Мне сказали, что вы здесь, госпожа Алиса. Я не мог поверить своим ушам, когда Стразерн сообщил, что он разрешил вам погулять наедине с сэром Филиппом. Пойдемте, я отведу вас обратно домой, – он протянул ей руку с явной надеждой, что она примет ее…

Алиса не двинулась. Она послала Филиппу соблазнительный взгляд, но когда повернулась к Цедрику, ее лицо стало суровым:

– Мы с сэром Филиппом приятно беседовали, господин Инграм. Вы можете присоединиться к нам, но мы еще не готовы вернуться домой.

Инграм зловеще сощурил глаза:

– Госпожа, между нами существует соглашение. Вы обязаны подчиниться мне.

Алиса сглотнула. Она не хотела открытой ссоры с Цедриком Инграмом, но не могла позволить ему и дальше считать, что стоит попросить ее руки, как его тут же удостоят этой чести.

– Нет, господин Инграм. Хотя вы несколько месяцев назад решили, что в один прекрасный день мы будем помолвлены, но никаких обещаний вам не давали ни отец, ни я, – она гордо вскинула голову и посмотрела с достоинством и тревогой. – Мой отец разрешил сэру Филиппу прогуляться со мной по саду, и я не собираюсь возвращаться.

– А когда она соберется возвратиться домой, то я приведу ее, – добавил Филипп. В его голосе послышались низкие угрожающие ноты, которых Цедрик просто не мог не понять.

Он пришел в ярость и побагровел.

– Я не могу поверить в то, что я слышу! Вы предпочитаете мне этого человека?! Он может оказаться шпионом, который предает нас, а вы наивно доверяете ему, как слепой ребенок!

– А почему бы и нет? – требовательно и раздраженно спросила Алиса. – Сэр Филипп не может быть шпионом, Цедрик, потому что не был посвящен во всю информацию, которую, однако, выдавали круглоголовым. Более того, он рассказал мне о себе, и я верю ему. Да, я действительно доверяю ему, и буду признательна, если вы оставите свои отвратительные комментарии при себе!

– Алиса, – осторожно сказал Филипп, – благодарю вас, милая леди, за вашу страстную защиту, но я бы предпочел сам иметь дело с Цедриком Инграмом. – Он впился холодным взглядом в глаза Цедрика: – Я думаю, что нам следует свести счеты, Инграм. Давайте рассчитаемся завтра на рассвете.

Глаза Цедрика сверкнули огнем, но он быстро скрыл это.

– Абсурдно! Вы предлагаете мне дуэль из-за женщины, чей дурной вкус позволил ей предпочесть вас? Я – против! Я оставлю вас здесь ласкаться и ворковать, как отвратительных крестьян. Но я намерен сказать несколько правдивых слов лорду Стразерну, прежде чем уйду из Стразерн-холла.

С суровым выражением лица Филипп смотрел, как он уходит:

– Пусть будет так, Цедрик Инграм. Мы сведем счеты в другой раз, можешь быть в этом уверен.

Алиса мрачно посмотрела на него:

– Извините, что вам пришлось перенести эту неприятность, Филипп, но я рада, что с этим покончено. Я не хотела выходить замуж за Инграма, но не могла заставить себя сказать это вслух. Теперь, когда все кончено, я чувствую себя значительно лучше.

Филипп нежно коснулся ее щеки.

– Остерегайтесь его, Алиса. Он так просто не оставит ваш отказ.

Она неприязненно сморщила нос:

– Нет, действительно, не оставит, да? Но что он может сделать, кроме как пожаловаться моему отцу?

– Я не знаю, – медленно сказал Филипп. – Но я не дам ему спуска. Абсолютно ни в чем.

ГЛАВА 13

– Томас уезжает через три дня, – лорд Стразерн заглянул в встревоженные глаза дочери и вздохнул. Алиса надеялась на основательную встречу с братом, пока он в Англии, ведь они с детства так близки. Когда Томас находился в Европе, она страшно скучала о нем. – Томас хочет увидеться с тобой и попрощаться перед отъездом. Завтра рано утром он будет в коттедже у Джона Гарднера. Я обещал ему, что ты приедешь.

– Да, папа, – пылко сказала Алиса, но в ее прекрасных голубых глазах затаилось хмурое озабоченное выражение. – Папа, а это безопасно для меня – пойти к Томасу? С тех пор как он вернулся, мы убедились, что не можем доверять жителям Западного Истона. Это был тяжелый урок.

Лорд Стразерн угрюмо покачал головой:

– Только один человек виновен в предательстве, Алиса. Нельзя обвинять всех людей, потому что один – предатель.

– Но кто это, папа?

– Всего несколько человек знало, что мы будем проводить собрание в воскресенье после службы. Один из этих людей нас предал. Мне кажется, я знаю, кто это, но не буду ничего предпринимать, пока не удостоверюсь наверняка. И не стану называть его имя, чтобы не ошибиться.

Гордость любящей дочери заставила Алису впервые улыбнуться за время разговора. Честный и справедливый, лорд Стразерн не обвинит человека, не имея достаточных оснований.

– А Томас в безопасности, папа? Я не хочу идти к нему, если это будет для него опасным!

– Том принимает дополнительные меры предосторожности, Алиса, с тех пор как мы узнали, что предателем является человек, которому я давно доверял. Никто, кроме меня, не знает, где Томас, и он часто меняет убежища. Завтра после встречи с тобой он уедет из коттеджа Гарднера в другой безопасный приют. Поверь, Алиса, Томас мне так же дорог, как и тебе. Я не стану рисковать его жизнью.

– А предатель?

Голос лорда Стразерна стал угрожающим:

– Пусть Томас уедет, я удостоверюсь – начну действовать.

В глазах отца Алиса заметила печаль и отчаянную решимость. Расстроенная, она опустила взгляд.

– Скажи Томасу, что я буду рада встретиться. Мне тоже хочется с ним попрощаться.

Рассвет был влажным и серым – подходящая погода, чтобы поваляться в постели и не давать никому повода для любопытства. По совету отца Алиса закуталась в плотный черный плащ с широким капюшоном, преследуя две цели: защитить себя от дождя и скрыть голубую амазонку и блестящие белокурые волосы, так хорошо знакомые жителям Западного Истона.