Любовная петля - Кларк Луиза - Страница 44

Это похоже было на прощание. Филипп надеялся, что так и будет. Он не хотел, чтобы Томас Лайтон разоблачил его раньше времени, теперь он к этому не готов. Но Алиса Лайтон была в центре его планов на будущее.

Он спрашивал себя, смог бы он ей признаться, случись, что теряет ее. И не находил ответа.

Филипп надеялся, что этого никогда не случится.

Уже далеко пополудни Филипп поехал в Стразерн-холл навестить Алису. Когда о нем доложили, семья только что закончила обедать и по привычке отдыхала в небольшой обветшалой комнате.

Филипп склонился над рукой Абигейл, и она сказала:

– Как приятно, что вы зашли, сэр Филипп.

Глаза лорда Стразерна блеснули, едва он увидел великолепный голубой шелковый дублет Филиппа. Это был более дорогой наряд, чем сдержанный коричневый, в котором он был сегодня в церкви.

– Я рискну утверждать, что вы пришли к Алисе, сэр Филипп. Не так ли?

Филипп вспыхнул:

– Я всегда рад поговорить с вами, лорд Стразерн. Фактически, я хотел сказать… Мне понравилось, как сегодня прошло собрание…Восхищен, насколько мастерски ввели в заблуждение Вестона.

– Я не часто испытываю удовлетворение, дурача других, – задумчиво сказал Стразерн, – но что в Западном Истоне не было такого человека, который бы не радовался тому, что лейтенант так наказан, уверен в этом.

Взволнованная Пруденс локтем подтолкнула Алису. Она пылко сказала:

– Я была просто счастлива, когда этот гнусный лейтенант вынужден был уйти, поджав хвост. А ты почувствовала то же самое, Алиса?

С момента прихода Филиппа Алиса сидела, покраснев и опустив глаза, робко глядя на свои сложенные на коленях руки. Получив от Пруденс ощутимый толчок, Алиса поняла, что та пытается вовлечь ее в разговор. Она улыбнулась и взглянула на гостя. Ее взгляд страстно говорил ему о любви.

– Да. Я также считаю, сэр Филипп, что ваше выступление на собрании было очень разумным. И рада, что вы смогли там присутствовать.

– Что касается выступления, я просто высказал свое мнение, – бесстрастно сказал Филипп, улыбаясь Алисе, а в этот момент погружался в ее глаза, и обоим казалось, что в комнате были только они.

Лорд Стразерн засмеялся:

– Идите, вы двое. Идите в наш домашний садик и наслаждайтесь последним светом и теплом сегодняшнего дня. Завтра может пойти дождь.

Алиса с улыбкой посмотрела на отца и озорно поддразнила его:

– Вам надо поговорить с господином Бейли и выяснить, точный ли прогноз, папа.

– Завтра для этого будет достаточно времени, детка. А теперь, с моего благословения, идите и развлекайтесь.

Алиса бросила на отца удивленный, но восхищенный взгляд. Он разрешает им побыть наедине, да еще благословляет их прогулку – все это означает, что он готов принять предложение Филиппа с просьбой ее руки. Слегка дрожа, так как это был важный шаг. Алиса позволила Филиппу взять ее под руку й вывести из комнаты.

Когда они оказались одни, она снова оробела, но смогла скрыть свои эмоции, указывая ему дорогу в садик, украшавший дом с западной стороны.

Придя туда, она решила, что неплохо начать разговор с рассказа о садике.

– Когда мы переехали жить в Стразерн, этот сад был настолько запущен, что придавал дому какой-то унылый вид. Моя мачеха позаботилась о том, чтобы вернуть клумбам их былую красоту. Потребовалось несколько лет, чтобы сад превратился в такой шедевр, – Алиса дерзко взглянула на Филиппа. – Таким же скоро будет все имение. Мы, Лайтоны, так легко не отступаем перед трудностями.

Филипп улыбнулся и поддразнил ее, сверкая глазами:

– Неплохая характеристика будущей жены, вы так не думаете, госпожа Алиса?

Она вспыхнула и отвернулась. Потом засмеялась:

– Если бы мужчина, желающий найти жену, был типичным лордом-роялистом, потерявшим большую часть своего имения из-за прожорливой республики, он нашел бы неплохое приобретение. Если же этот мужчина более устроен в жизни, – она обворожительно склонила голову, пока они шли по усыпанной гравием дорожке, – ну, тогда, я думаю, женой было бы нелегко управлять.

– Сила духа в жене придает пикантность браку, – пробормотал Филипп.

Бурный восторг, предсказывающий личный успех, подбодрил Алису.

– Брак – серьезное дело, сэр. Вам разве об этом не говорили?

Филипп остановился и привлек Алису к себе. Его голубой шелковый дублет переливался в лучах заходящего солнца и красиво оттенял бархатное платье Алисы цвета бургундского вина.

– О да, мне известно это старое нравоучение. Однако я ему не верю. Особенно, если двое людей, вступивших в брак, очень нежно заботятся друг о друге, – он прожигал Алису взглядом, без слов говорившим ей, как он пылает настоящей любовью. Она качнулась к нему, увлекаемая желанием.

Он обнял ее и привлек к себе, обхватил ее губы страстным поцелуем, вмещавшим в себя все, что она только что прочла в его взгляде. Их губы слились воедино, вкушая, упиваясь, наслаждаясь друг другом. Влюбленные чувствовали единственное, что можно сделать с разожженным в них огнем, – погасить его здесь, в домашнем садике.

Последствия такого пылкого поцелуя могли бы зайти очень далеко, но в них еще осталось немного здравого смысла, чтобы прекратить поток уносимой их страсти, пока окончательно не потеряли голову.

– Может быть, ваш отец ошибся, позволив на погулять наедине, – простонал Филипп, усилием воли отстраняя свои губы от нее. – Вы опьяняете меня, моя леди. Когда я с вами, у меня нет других желаний, кроме одного – заключить вас в объятия и сделать все, чтобы вы стали моей.

Все еще находясь в его объятиях, Алиса мягко сказала:

– Я бы свободно отдалась вам, Филипп. Это противоречит всем правилам и приличиям, которым меня учили, но с вами я забываю о том, что должна делать, и подчиняюсь своим инстинктам.

– Пойдемте, – Филипп умышленно отстранил ее от своего тела и попросил взять его под руку. – Давайте пройдемся и поговорим о менее обжигающих вещах, что, без сомнения, ожидал от нас ваш отец, позволив нам прогуляться вместе.

Все еще переполненная пьянящим восторгом, Алиса покачала головой и рассмеялась:

– Какой чудесный день сегодня! Он начался с полного разгрома гнусных круглоголовых и закончился… – она подхватила его под руку, – возможностью прогуляться под солнцем с очаровательным человеком, который меня восхищает.

По телу Филиппа пробежала дрожь, и он заставил себя не отвечать, как подобает, на требовательное признание Алисы. Вместо этого он воспользовался темой собрания роялистов:

– Лейтенанта Вестона, действительно, сбили с толку, но я умоляю вас, Алиса, не воображайте, что он побежден. Круглоголовым известно, что в Западном Истоне существует активное движение роялистов, и они не позволят вам поднять восстание, не произведя ответный удар.

Ничто не могло помешать бьющей ключом радости, охватившей Алису.

– Однажды мы уже их наказали. Сделаем это и еще раз! – она нежно улыбнулась, посмотрев на хмурое лицо Филиппа. – Но не о чем беспокоиться, Филипп. Сегодня решено, что пока восстание не в интересах короля. И это скажет мой брат Тайному Союзу и королю. Вряд ли у правительства будут основания мешать нам, когда уедет Томас. Но, сэр, не смотрите так мрачно. Я знаю, что Англия сейчас не такая, какой была, когда вы ее покинули, но это по-прежнему порядочная страна и лучшее место для жизни по сравнению с континентом. Филипп улыбнулся:

– Да, вы правы, прекрасная Алиса. И я рад, что живу в Эйнсли, – он удержал ее и нежно погладил по волосам. – Если бы я не вернулся в Эйнсли, никогда бы не встретил вас, и не смог бы пережить этого.

У Алисы перехватило дыхание. Его слова текли, как мед, сладкие и обволакивающие, а глаза вновь горели пламенным огнем. Она качнулась к нему, и он обхватил ее за талию.

– Вы такая тоненькая, я могу пальцами обхватить вашу талию, – восхищенно сказал он, – однако и достаточно сильная, если можете остановить лошадь. Хрупкая и упругая одновременно. Вы обворожительны, Алиса Лайтон. Идите ко мне.