Плохая вода (СИ) - Лосева Александра Анатольевна - Страница 57

– Зулин, их всех убили!!! – вне себя заорала полуэльфка, вскочив на ноги. – Очнись! Их всех убили и бросили в озеро! И не просто в озеро, а в озеро, находящееся возле древнего магического устройства! Хочешь сказать, это такое глобальное совпадение?! Случайность?!

– Иефа, не кричи, – поморщился маг. – Ну, хочешь, Стив посмотрит в Ведьмин Глаз и узнает, что здесь произошло?

– Не хочу! – отрезала полуэльфка, тщетно пытаясь успокоиться. – Ни чтобы смотрел, ни чтобы узнавал, ни чтобы вообще подходил к этой чертовой штуковине, пока мы точно не знаем, что она такое и как связана с этим подводным кладбищем, черт бы его забрал!

– Послушай, этой груде костей можно найти какое угодно объяснение. Может, у первобытных дварфов была такая традиция – выбрасывать тела в озеро. Может, они молились на этот Ведьмин Глаз и приносили кровавые жертвы, а трупы опять же выбрасывали в озеро. Может…

– Зулин, четыреста лет назад дварфы не были первобытными!

– С чего ты взяла, что всю эту разношерстную толпу порешили именно четыреста лет тому назад? Вы со Стивом видели только одну смерть, правильно? Стив, да вылезай же ты уже из воды!

– И ни одного дварфского! – Стив швырнул на берег еще один череп, судя по форме, когда-то принадлежавший орку. – Лично мне это даже приятно, но все-таки странно. Здесь топили кого угодно, только не дварфов. Что это значит?

– Что? – испуганно спросила Иефа, отчаявшись поймать важную мысль.

– Что именно дварфы и топили. Вернее, один дварф. Иефа, – Стив повернулся к полуэльфке, – в твоем сне старик видел, как убили человека?

– Видел, – севшим голосом ответила полуэльфка.

– И ничего не сделал, чтобы остановить, никак не вмешался?

– Нет. Он был не против.

– Почему?

– Я… Я не помню! – Иефа снова схватилась за голову, пытаясь ухватить за хвост юркую мысль. – Не могу вспомнить… Трудно сосредоточиться…

– Все ясно, – Стив хмуро кивнул и решительно направился к каменному столбу. – Не мучайся, сейчас мы все выясним. В конце концов, дварф я или не дварф?!

– Ну, наконец-то! – буркнул Зулин и поспешил следом.

– Погодите, не надо! – слабо запротестовала полуэльфка. – Я вспомню, я сейчас вспомню… – жалобно пообещала она, обращаясь скорее к самой себе, чем к удаляющимся спинам дварфа и планара.

Стив с мрачной решимостью поднялся на холмик, глубоко вздохнул, покрепче уперся ногами в землю и посмотрел в дрожащее марево в горсти причудливо искривленных веток. Воздух сгустился, потемнел, обрел плотность и уставился на Стива черным живым Зрачком, жадно ожидая Мысль. У Стива закружилась голова, но упрямство взяло верх над слабостью. Старательно воссоздав образ разбросанных по берегу костей, Стив поднатужился и направил мысль к Зрачку.

Яркий полдень на берегу озера растворился в серых сумерках, над плоской верхушкой каменного столба заклубился туман, потом исчез и он, и из пустоты начали выходить одна за другой поникшие фигуры пленников. Орки, гоблины, эльфы, люди, гномы – со связанными за спиной руками, склоненными головами и обреченной медлительностью в движениях. Они входили в круг серебристого света, похожего на лунный, поднимали головы, смотрели на седого дварфа с кинжалом в руке – кто с ужасом, кто с ненавистью, кто с мольбой – и оседали, стекленея глазами, и кровь толчками выходила из перерезанного горла. Потом над ними смыкалась вода, и на свет выходили новые, неизменно повторяя участь своих предшественников. В глазах старого дварфа светилось тихое одобрение.

Стив понял, что не выдерживает, что это слишком, что больше всего на свете ему хочется с ревом броситься на соплеменника и вытрясти из него эту непоколебимую уверенность в своей правоте, заставить его испытать тот же страх, ту же ненависть и ту же обреченность, а потом уложить на мягкое илистое дно… И самому лечь рядом.

Круг серебристого света исчез, его сменило зеленоватое сияние, и Стив облегченно вздохнул. Теперь можно было отдыхать – долго и с удовольствием. Солнце просвечивало сквозь воду, перед глазами шмыгали туда-сюда маленькие рыбки, и было так хорошо, хорошо…

– Вилка, Вилочка, перестань, миленький, подожди, дай мне сосредоточиться…

Иефа сгребла совомедведя в охапку и встревожено посмотрела на холмик. Успеть бы, успеть! Дварф подошел к столбу и поставил ноги на ширине плеч, явно готовясь. Иефа вздрогнула, отвернулась, чтобы не отвлекаться и снова заговорила вслух, отгоняя панику.

– Эльфы, люди, орки, гоблины, даже парочка гномов… И ни одного дварфа! Но не это главное. Если тут приносили жертвы, то почему не животные? Тоже ведь кровь… Но нет ни одного черепа оленя или кабана, или кто тут водится в окрестностях… Нет гибберлингов, нет троллей, только разумные расы… Значит, не просто жертвы… Вилка, помоги мне… Я ничего не соображаю… Дварф был не против убийства, он даже остался доволен… Не стал проверять, умер ли человек, потому что…

Цепочка карминовых капель на щеке.

Маленькое мирное озерцо со вздохом принимает в свои воды истекающее кровью человеческое тело. Вполне возможно, что человек еще жив. Что ж, тем лучше, тем крепче будет связь.

"…а во-вторых, не бывает, чтобы вот так, за здорово живешь, каждый встречный-поперечный заглядывал в подобные штуки и никак за это не платил. Здесь явно какая-то ловушка, какая-то своя пакость. Может, этот Глаз высасывает из смотрящего энергию и жизненные силы, или отнимает удачу, или лишает памяти, или еще что-нибудь… Не зря же твоя мама говорила, что это зловещая штука…"

– Стив! Стииив! – не своим голосом закричала Иефа, вскочила на ноги и бросилась к холму. Зулин обернулся на ее крик и не увидел, как глаза дварфа из карих стали ярко-зелеными. Стив блаженно улыбнулся и, как подкошенный, рухнул на землю.

– Зулин, убери его оттуда! Стиииииив!

– Друг мой, наша барышня… – начал маг, поворачиваясь, и не закончил фразы. Дварф лежал на притоптанной траве у основания столба, бледный и неподвижный. Зулин схватился за голову и грязно выругался. Когда запыхавшаяся полуэльфка взобралась на холм, маг стоял возле дварфа на коленях и сосредоточенно считал пульс. Иефа рухнула на землю рядом с ним.

– Живой?!

– Помолчи. Двадцать пять… Двадцать шесть… У него пульс, как у ящерицы… В холодную зиму… Двадцать шесть в минуту. Но он жив. Кажется. Видимо, проклятие…

– Это не проклятие! – Иефа скривилась, как от боли, и потерла лоб. – Это Ведьмин Глаз! Это озеро! Это кровь!

– Иефа, успокойся.

– Ведьмин Глаз ничего не показывает просто так. Ему тоже нужна сила, жизненная энергия, его тоже нужно заряжать – как арбалет, понимаешь? Если в арбалете есть стрела, она достигнет цели. Если стрелы нет, тетива просто бахнет по пальцам – и все. И вот Стива бахнуло! Для того чтобы Ведьмин Глаз работал, здесь убивали разумных существ и отдавали озеру. Заметь, их не топили, им резали глотки и швыряли в воду, пока они еще были живы. Глаз питался их силой. Озеро – это колчан со стрелами. В нем оставалось достаточно силы, чтобы Стив увидел того старика. Но потом сила закончилась, и Ведьмин Глаз, за неимением другого источника, потребил самого Стива.

– Но ведь он жив!

– Жив… – Иефа оттянула верхнее веко и без всякого удивления поглядела на зеленую радужку вокруг зрачка. – Он жив, но его здесь нет. Он в озере.

Зулин растерянно смотрел на неподвижного дварфа и пытался собрать мысли-чувства в кулак. Гаденькое нежелание брать на себя ответственность услужливо подсказало следующий вопрос:

– Иефа, почему ты не рассказала об этом раньше?

– Зулин, ты хочешь, чтобы чувство вины сожрало меня изнутри? Не переживай, оно уже жрет. Я не собираюсь тратить время на оправдания. Думай, Зулин, думай, ты маг, ты знаешь эти механизмы лучше нас всех, вместе взятых. Его можно вернуть, я в этом уверена!

– Давай его хотя бы в лагерь перенесем, Ааронн посмотрит, может, чего…

– Брось! – Иефа досадливо махнула рукой, загнала глубоко внутрь предательский комок слез и ухватила дварфа под мышки. – Ааронн однажды сказал про тебя: "Он не ранен и не болен, он пойман". Вот и Стив… Здесь нужно не лекарство искать, а лазейку.