Крылья, ноги... главное - хвост! (СИ) - Лосева Александра Анатольевна - Страница 61

- …то, наверное, стоит закончить на сегодня, поскольку…

«…и неважно, что он меня почти убил, и к черту, к черту меня, безразлично, что он меня унизил, и…»

- …мы все устали, а завтрашний день вряд ли будет легче, чем вчерашний и сегодняшний, и поэтому…

«…это можно, это в порядке вещей, с такими, как я, так поступают иногда, просто потому, что такие, как я…»

- …давайте распределим дежурства и ляжем спать, пока…

Стив медленно и тяжело поднялся, перехватил поудобнее топор и кашлянул, прочищая горло.

- Да откуда же ты такой гнусный… - начал он и двинулся в сторону эльфа, но Иефа вскочила на ноги и ухватила его за локоть.

- Стив… Стив, миленький, не надо.

- Тебя не спросил!!! – вне себя рявкнул побагровевший от ярости дварф.

- Стив, пожалуйста, - Иефа выпустила его руку. – Не надо меня унижать… еще больше.

- Я только хочу, чтобы он…

- Стив. Я сама ему все скажу, - Иефа подошла к эльфу, помолчала, глядя ему в глаза, а потом сказала: - Я принимаю твои извинения, Ааронн.

Глава 9

Пигалица смешно шевелила носом – нюхала воздух. Она, наверное, думала, что никто не замечает, иначе ни за что не позволила бы себе утратить каменную суровость – в этом Стив был убежден. Пигалица жила напоказ, и с этим приходилось мириться.

Вообще, со многим приходилось мириться.

И с тем, что, похоже, скоро все закончится. Если верить лихорадочным подсчетам Зулина, к полудню партия доковыляет до заветной гоблинской «берлоги», а там… Часок топором помахать – и всех дел. Дальше все просто – по крайней мере, так Стиву представлялось – разгромив зеленых тварей (ну да, разгромив, какие тут могут быть сомнения?!), партия разыщет мирогляд, перегрызется по старой традиции из-за какой-нибудь мелочи и преспокойно отправится назад, в Бристоль. По дороге Ааронн посадит, наконец-то, желудь на какой-нибудь уютной полянке, прикопает рядом источник и поплачет тихонько на костлявом плечике дриады. Этна посмотрит на него эдак проникновенно и скажет что-нибудь о суровых законах леса, потом дунет-плюнет, приведет партию в приличный вид, то бишь избавит от шипов, рогов и прочих радостей, и отправит на все четыре… Деньков через пять-шесть клятый друид успокоится, подобреет, засовестится – если он умеет, конечно, – вспомнит о том, что нужно развивать магические способности барда. Иефа – та, само собой, покочевряжится какое-то время (как же без этого!), наговорит проводнику гадостей три мешка, потом оттает и все забудет… Она же соплячка глупая, не устоит. И нате вам наше с хвостиком – однажды на рассвете козявка обнаружится в дальних кустах в обнимку с эльфом и снова будет с пеной у рта доказывать, что ничего не было…

Да.

А потом Бристоль, вся эта бессмысленная пестрая круговерть, шум, гам, суета, трактиры, площади, базарные дни и шелковые шарфики в дорогих магазинах… Останется она с Ааронном Сильваном или уступит в конце концов какому-нибудь упорному лыцаренку со смазливой мордашкой и толстым кошельком – неважно. Главное, что во всей этой шуры-мурной ерунде ему, Стиву, не будет места.

И плевать, что была порванная на бинты последняя рубаха, что пигалица тащила его, Стива, на своем горбу, что отдавала ему силу – всю, до капли. Что не позволила Зулину бросить проклятого дварфа в лесу, что пилила и ругала, что бровь гнула надменно, что грозилась несуществующей сковородкой, что просила жалобно: «Стив, я хочу, чтобы ты мне верил!»

Может быть, там, в Бристоле, она язвительно фыркнет, обнаружив его в толпе зрителей, улыбнется и выдаст по просьбе публики балладу про бороду – и все. Все.

Стив маялся и вздыхал, мысленно костеря себя на чем свет стоит. Надо же, Стиван Утгарт, Второй в роду – рассопливился, размечтался… О чем мечтать-то, задница Мораддинова?! О тихой семейной жизни?!

Скука, серая скука, вот что будет потом. Та самая пыльная, страшная, непобедимая скука, которая гнала все дальше и дальше… В этом нелепом походе она приутихла немного, а теперь вот подняла голову и облизывается в предвкушении. Глупо так…

- Морем пахнет, - произнесла над самым ухом полуэльфка. Стив вздрогнул от неожиданности и совсем рассердился.

- И что прикажешь делать – плясать на радостях?!

- Нет, - Иефа удивленно посмотрела на дварфа и покачала головой. – Совсем нервный стал…

- Извини, - хмуро буркнул Стив и покраснел. – Что-то у меня… того… настроение. После вчерашнего-то.

Иефа неопределенно дернула плечом и промолчала.

- Представляю, как тебе этот поход надоел, - осторожно тронул больную тему Стив. – Хуже горькой редьки, небось. Небось, только и мечтаешь, как в Бристоль вернешься, да?

- Да, - без всякого энтузиазма ответила полуэльфка, и у нее сделалось такое несчастное лицо, что Стив растерялся. Может, козявка боится, что растреклятый друид в лесах со своей зазнобой останется? Да уж, крепко барда прихватило – вон, глаза уже на мокром месте, смотреть жалко.

У Стива тоскливо заныло в груди, но он взял себя в руки и внушительно кашлянул, подбирая правильные слова:

- Послушай, Иефочка, ты, главное, не переживай. Он же не хухры-мухры, а друид. Для него лес дороже матери родной, а тут дриада, вот он и бесится… Просто… как бы это сказать… Ты пережди. Забудет он ее. С глаз долой, как говорится… А ты, главное, будь рядом, сильно уж так нос не задирай, он и одумается…

- Стив, ты что несешь?

- Погоди, не перебивай. Я говорю, все еще будет, просто нужно… А, яйца Мораддиновы, ну не умею я складно! Вернется к тебе твой Ааронн, говорю, нужно только…

- Стив, Стив, остановись! – полуэльфка обогнала собеседника и пошла спиной вперед, ловко огибая деревья. – Ты что-то совсем не в ту степь, как говорит Зулин… Какой, к монахам, Ааронн – да ты посмотри на меня! Глаза совиные, клыки вампирские, хвост скорпионий, клумба на голове…

- А по мне, так ты любая хороша! – в запальчивости брякнул Стив и процвел таким отчаянным румянцем, что у него даже, кажется, затылок вспотел. Иефа изумленно вытаращила и без того немаленькие глаза и остановилась.

- Что?!

- То! – дварф упрямо мотнул головой и сразу стал похож на строптивого лохматого единорога. Иефа открыла рот, закрыла, выдохнула, снова открыла, порываясь что-то сказать, и снова закрыла. Стив наблюдал за ее попытками заговорить и зверел. «Дурак, ну, дурак же! Болван, идиот, тупой мешок шлака! Полез со своими утешениями, кретин сердобольный! Получай теперь…» - Дай пройти! – Стив решительно отпихнул полуэльфку с дороги и потопал догонять сопартийцев. Иефа проводила взглядом его нахохлившуюся мрачную спину.

- Вилка, что это сейчас такое было? - совомедведь недоуменно пробурчал что-то и ткнулся лбом в хозяйское бедро. Иефа вздохнула. – Дался ему этот Ааронн… Стив! Погоди, Стив!

Дварф остановился и застыл, хмуро уставившись в прелые листья. Иефа нетерпеливо заправила за ухо ивовую прядь, помялась немного и спросила:

- Ты мне веришь?

Стив поднял голову.

- Нууу… Да.

- Без «ну». Веришь или нет?

- Верю.

- Я знаю, что много вру. Я знаю, что мне трудно доверять. Но тебе я говорю правду… с некоторых пор. Ты поверил тому, что я рассказала вчера?

- А ты правду говорила?

- Правду.

- Тогда да, поверил.

- В вещие сны, в бессмертного некроманта, в связь длиной в четыреста с хвостиком лет?

- Ну да. А что тут такого?

- Тогда будь добр, Стиван Утгарт, объясни мне одну вещь! – полуэльфка воинственно хмыкнула и уперла кулаки в бока. – По какой-такой веской причине вся эта магическая путаница не вызывает у тебя ни тени сомнения, а вот в то, что с нашим драгоценным принцем у меня ничего нет, никогда не было и – главное – никогда не будет, ты поверить почему-то не способен?! Где логика, скажи на милость?!

- Да как же не было, если я своими глазами видел, как вы обжимались в кустах?! – вне себя заорал Стив, совершенно сбитый с толку.

- Так кому ты в итоге веришь, мне или своим бесстыжим глазам?! – завопила в ответ Иефа. – Я тебе говорю, не было ничего!