Мент, меч и муж - Малахова Валерия - Страница 49

Запомнить: когда – если – мы останемся живы, поговорить с дражайшим супругом на тему утаивания доказательств от следствия. Особенно в критических ситуациях.

– Ссссапоги. Кожжжа. Ззапп’ахх.

– И тем более нельзя допустить, чтоб упомянутый Роннен Крим вернулся в благодатную столицу, дабы вершить козни, злодействовать и смущать благородные умы!

– Так я и не вернусь.

– Разумеется, не вернешься… что?

Благоверный ехидно ухмыльнулся – и мелькнувшая в голове идея о том, как именно использовать чертовы сапоги в поимке преступника, канула в Лету. Роннен Крим изволили ответить Маркинусу Уртаму:

– Я женился на простолюдинке. Моя леди, поприветствуйте нашего общего врага.

Твою…

Ситуацию спасло то, что у меня перехватило горло. А то б высказалась – и о лордах, и о врагах, и о супругах… Но слова не шли – пришлось ограничиться резким кивком. Муж, казалось, был удовлетворен.

– Подтверждаю, – снова вступил в разговор Кеоссий Имарра. – Леди Крим не принадлежит ни к одной из знатных фамилий Патроната, и за его пределами ее родня тоже не прославлена ни доблестью, ни государственными свершениями. Даже богатством, увы, не блещет. Посему, согласно Закону о крови, лорд Крим с супругою и потомством изгоняются из столицы на семь поколений, а впоследствии, в назидание прочим, надлежит не допускать представителей этого семейства к управлению Великим Патронатом. И да будет так с каждым, кто посягает на чистоту рода!

Кажется, последнее предложение Кеоссий произнес с нескрываемым удовольствием. А у меня в голове все смешалось.

Значит, истинная цель брака – спасение шкуры Роннена. Занятно, однако. И очень обидно.

«А в чем проблема? – шепнул зловредный внутренний голос. – Ты считала, что знатный красавчик обратил внимание на твою прекрасную душу? С нежным телом, честно признаемся, проблемы были с самого начала».

Но он мог хотя бы объяснить!..

«Смысл? Вассал должен выполнять требования сеньора. Даже таким… хм… оригинальным способом. Кроме того, твою жизнь тоже спасали».

– Но ты говорил…

– Я исполнил свою миссию, – пожал плечами лорд Имарра. – Мой наниматель будет удовлетворен: Роннен Крим не вернется в столицу. Если ты, лорд Уртам, считал меня безжалостным убийцей – спешу тебя разочаровать.

Ну да. На самом деле Кеоссий, разумеется, невинная барышня на выданье. И меч у него тоже барышня. Невинная.

Маркинус Уртам с перекошенной рожей глядел на меня. Сочувствую, парень. Ты надеялся на помощь Ваирманга? Получи и распишись. Конечно, я не в том же дерьме плаваю… но очень, очень близко. И самое противное – мы оба будем продолжать в том же духе. Потому что выбора нет. Ни у кого.

Да, он виноват сам, а мне досталось по ходу разборок. Но это единственная разница… и сейчас-то кому какое дело?

– Поздравляю, лорд Крим. Воистину, ты выбрал жену себе под стать. Вы только поглядите на ее красу и благочестие! А как ловко сидит на ней скромное платье! Сколь целомудренно сжимает она в руках пяльцы!

Я заставила себя отпустить рукоять Айсуо.

Глумятся неудачники. Вести с неудачниками долгие разговоры нет смысла. Тех, кому не везет, надо использовать, чтобы повезло тебе.

У меня все-таки были мудрые преподаватели. Научили оценивать и сопоставлять улики. Пахнущие неведомой кожей сапоги, безымянная харчевня, скалящие зубы мордовороты Маркинуса, раскроенный топором лоб… В мозгах наконец щелкнули нужные клавиши. Рискованно, да…

Но, кажется, есть способ вывести убийц Тельвиса на чистую воду. Шансы… честно скажем, почти никакие. Вот только между «почти» и «никакими» иногда ну очень большое расстояние.

Я шагнула вперед. Нен-Квек и Реус-Зей синхронно встали у меня по бокам. Ну, начнем разливать море пафоса, согласно здешним традициям.

– У каждого свои маленькие слабости, лорд Уртам. Кто-то женится на простолюдинках, кто-то убивает беззащитных – тайно и подло, поскольку не способен победить в честном бою. Этот мир так разнообразен, не находите?

Определенно, не находит. Вон как перекосило…

– Что ты несешь, подлая женщина?

– Поосторожнее… – начал было Роннен, но я резко вскинула руку, и супруг остановился. Понятливый. Тьфу…

– Лорд Уртам не видит разницы между поношением и обвинением? Мне жаль лорда.

– А ты видишь ли разницу между ложью и правдой? Крим, твоя жена переходит границы приличий!

– Убивать безоружных тоже не слишком прилично. Продолжай, дорогая.

– Не смей! Я…

– Будешь слушать. И мы все тоже послушаем. Итак, леди Крим, кого и при каких обстоятельствах убили?

Обалдеть: Ваирманг играет на нашей стороне. Или по-прежнему на своей, просто интересы совпали? Не важно. Мой выход.

– Я обвиняю лорда Уртама в том, что он отдал приказ о тайном убийстве моего мужа. Я обвиняю его людей в том, что они в попытке осуществить задуманное совершили убийство человека по имени Тельвис, приняв его поначалу за лорда Крима. Но даже когда истина открылась им, они не удержали руки. Мне неведомо, явилось ли это убийство попыткой замести следы, или им просто захотелось убить человека, преданного моему супругу. Я утверждаю, что люди лорда Уртама вызвали поименованного Тельвиса, приняв его за лорда Крима, из таверны одного, без охраны, гнусно околдовали, дабы подавить сопротивление, и нанесли роковой удар.

Хм… я точно не переборщила с выспренностью? Нет, вроде нормально, в лучших местных традициях. Менестрели бы удавились от зависти.

Останусь в живых – продам кому-нибудь эту обвинительную речь. Если Хамек не опередит.

– Эээ… очень интересно. – Черный Палач явно забавлялся. На лице Кеоссия застыло вежливое недоверие. Все-таки кому он подыгрывает? – А доказательства у вас, леди Крим, есть?

Нету, и ты это прекрасно знаешь, железяка паскудная!

– Разумеется, есть, лорд Имарра! Конечно, целомудренной женщине нехорошо говорить о подобном. – Я нацепила на лицо самую гнусную ухмылочку. – Но злокозненные подлецы оставили следы на месте убийства. У них красивые сапоги, поглядите-ка! Красивые сапоги, резная подошва…

– Замолчи! Не смей клеветать!

Опа, до лорда Уртама, кажется, дошло.

Вот прямо сейчас заткнулась и начала вышивать. На пяльцах. Розочки.

– Продолжайте, леди Крим.

– Страшное дело свершилось там, где его меньше всего ждали, – так, пафос надо поумерить. А то возвышенно-гневное описание деревянной конструкции с дыркой в полу вызовет что угодно, кроме правильной реакции. Точнее, единственно верную реакцию оно и вызовет. Веселить народ пока рано – все усилия пойдут насмарку!

Я скорбно поджала губы, сменила тон с обличающего на грустно-проникновенный.

– Мне, простой женщине, не понять, как воины могут наносить столь жуткие оскорбления друг другу. Но Тельвиса убили в отхожем месте!

Переждать возмущенный гул. Да, нехорошо это, мочить в сортире, здесь таких шуточек не любят. Теперь повысить голос и добавить трагичности:

– Объяснять ли, где был оставлен след красивого сапога с рифленой подошвой? Воистину, подобное тянется к подобному!

Кульминация. Лорда Уртама колотит, дорогой супруг смотрится воплощением мировой скорби, парни за моей спиной готовы полезть в драку прямо сейчас, и плевать им на численный перевес противника. В стане врага хаос и смятение, и вот он – возмущенный крик!

– Брехня! Там чисто все было!

От облегчения у меня подкашиваются ноги. Но рано, Яночка, рано. Роль надо доиграть.

Гнусная ухмылка возвращается на лицо сама.

– Действительно. Там было чисто, в этом не названном мною месте, где никто из людей Маркинуса Уртама не бывал. Видимо, боги подсказали крикнувшему, что никаких следов не осталось? Воистину, богам подвластно все!

И уже другим, жестко-деловым тоном, разворачиваясь на Кеоссия:

– Нужны ли еще доказательства, лорд Имарра?

Скепсис на длинном, породистом лице сменяется бесстрастием… да, его самого. Палача.

– Я услыхал достаточно. Я принимаю обвинение. Ты убийца, лорд Уртам. Ты ничем не лучше лорда Крима, и я засвидетельствую это в столице.