Рама Явленный - Кларк Артур Чарльз - Страница 115

Николь умолкла. Она пыталась представить себе, какой станет жизнь на Носителе, где не будут рождаться дети… И тот момент в не столь уж далеком будущем, когда на нем останется лишь несколько человек.

— Не хотела бы оказаться последним человеком, оставшимся живым на Носителе, — произнесла она.

— Около трех миллионов лет назад в вашей части Галактики процветал один вид, — проговорил Орел. — Он широко распространился меж звезд и сохранял способность к космоплаванию почти миллион лет. Эти блестящие инженеры воздвигли несколько самых удивительных сооружений из всех, которые мы видели. Их сфера влияния распространялась и в конце концов охватила больше двадцати звездных систем. Эти существа обладали глубокими познаниями, были мудры и умели сочувствовать друг другу. Но они допустили фатальную ошибку…

— Какую же? — спросила Николь.

— Их эквивалент вашего генома содержал на порядок больше информации. Он был предельно сложен уже в результате четырех миллиардов лет естественной эволюции. Начальный этап их занятий генетическим конструированием других видов и усовершенствованием собственного привел к несравненному успеху. Они думали, что представляют себе последствия. Однако их наследственность медленно и незаметно слабела от поколения к поколению… И когда они, наконец, поняли, что натворили, было уже чересчур поздно. Образцов прежней наследственности они не сохранили и потому не могли вернуться назад. Не было никакого выхода.

— Теперь подумай, — продолжил Орел, — не о том, каково будет последнему человеку на Носителе, а о том, каково было последним представителям вида, обладавшего глубочайшими познаниями почти во всех науках… В нашей энциклопедии можно найти много подобных повествований, каждое из них содержит по крайней мере один предметный урок.

Челнок вошел в отверстие сбоку сферического модуля и мягко остановился возле стены. Порталы с каждого борта удержали корабль. Из пассажирского люка пандус вел к переходу, он в свою очередь уводил к транспортному комплексу.

Николь расхохоталась.

— Я настолько была поглощена нашим разговором, что даже не поглядела на этот модуль снаружи.

— Ничего принципиально нового ты бы все равно не увидела, — отозвался Орел.

Инопланетянин повернулся к Николь и сделал совершенно неожиданный жест, взяв обе ее руки в свои.

— Менее чем через час, — произнес он, — тебе предстоит удивительная и волнующая встреча. Первоначально мы планировали эту поездку в качестве полного сюрприза. Но, учитывая, что твой организм ослаблен, мы не можем рисковать: не исключена возможность его перенапряжения в результате излишних волнений… и поэтому решили заранее предупредить тебя.

Николь ощутила, как пульс ее заторопился. «О чем он? — подумала она. — Что еще здесь может быть столь удивительным?…»

— …А потом небольшая повозка, проехав несколько километров, доставит нас к месту, где обитают твоя дочь Симона и Майкл О'Тул.

— Что? — Николь, вскричав, вырвала руки и приложила к шлему. — Я не ослышалась? Ты сказал, что я увижу Симону и Майкла?

— Да, — проговорил Орел. — Николь, пожалуйста, расслабься…

— Боже мой! — воскликнула Николь, игнорируя замечание. — Не могу поверить… Надеюсь, это не жестокая шутка…

— Заверяю тебя, что это не так…

— Но как может Майкл еще быть в живых? — спросила Николь. — Ему же сейчас по меньшей мере сто лет…

— Мы помогли ему — как ты говоришь, своей медицинской магией.

— Ах, Симона, Си-мона! — вскричала Николь. — Неужели? Неужели это правда? — Потрясение сперва помешало Николь разразиться слезами, но теперь они потекли из ее глаз. Невзирая на боль в бедре и неудобный космический шлем, Николь едва не вскочила, чтобы обнять Орла.

— Спасибо! О, спасибо! — вскрикнула она. — Не могу даже сказать, как много значит для меня эта встреча.

Орел поддерживал коляску Николь, пока они по эскалатору спускались к центру главного транспортного комплекса. Она быстро огляделась вокруг. Станция во всем была идентична той, которую Николь помнила по Узлу, оставшемуся возле Сириуса. Высота круглого зала достигала двадцати метров. С полдюжины движущихся тротуаров огибали центральный экран, они убегали в расходящиеся во все стороны сводчатые тоннели. Справа над тоннелями виднелась пара многоуровневых структур.

— А междумодульные поезда отправляются отсюда? — спросила Николь, вспоминая свою поездку с Кэти и Симоной, тогда еще девочками.

Орел кивнул. Он протолкнул ее кресло на один из движущихся тротуаров, и они оставили центр станции. Проехав в тоннеле несколько сотен метров, движущийся тротуар остановился.

— Машина ждет нас в первом коридоре справа, — проговорил Орел.

В небольшой открытой сверху машине было всего два сиденья. Орел помог Николь перебраться на место пассажира, а потом уложил коляску в небольшой чемоданчик, который убрал в багажник. Машина тронулась с места по лабиринту молочно-белых, лишенных окон коридоров. Николь была необыкновенно спокойна. Она старалась убедить себя в том, что действительно увидит дочь, которую оставила возле другой звездной системы годы и годы назад.

Поездка сквозь жилой модуль казалась бесконечной. Когда они остановились. Орел велел Николь снять шлем.

— Мы уже приехали? — спросила она.

— Нет еще, — ответил он, — но мы уже в вашей атмосферной зоне.

Дважды в машинах, ехавших навстречу им, попадались невероятно занимательные инопланетяне, но Николь была слишком взволнована, чтобы отвлекаться от своих чувств. Она едва слушала Орла. «Успокойся», — твердил один из внутренних голосов Николь. «Не будь смешной», — заметил другой голос. «Но я встречу дочь, которую не видела сорок лет. Как я могу оставаться спокойной?»

— …На свой собственный лад, — говорил Орел, — их жизнь была столь же удивительной, как и ваша, но, конечно же, совсем непохожей. Когда сегодня утром мы возили Патрика повидаться с ними…

— Что ты сказал? — перебила его Николь. — Ты сказал, что Патрик видел их сегодня утром? Вы возили Патрика повидаться с отцом.

— Да. Мы всегда планировали эту встречу, пока события развивались в соответствии с планом… В идеальном случае вы с Патриком не должны были встретиться с Симоной, Майклом и их детьми…

— Детьми! — воскликнула Николь. — Значит, у меня есть еще внуки?

— …пока не обоснуетесь в Узле, но Патрик предпочел Носитель… Так что было бы бессердечно не позволить ему проститься с родным отцом…

Николь не могла более сдерживаться. Она перегнулась и поцеловала Орла в оперенную щеку.

— А Макс говорил, что ты всего лишь холодная машина. Как он ошибался! Спасибо… за Патрика, спасибо тебе…

Она дрожала от волнения. И мгновение спустя уже не смогла вздохнуть. Орел быстро остановил машину.

— Где я? — произнесла Николь, вынырнув из тумана.

— Мы стоим рядом с замкнутой областью, где обитают Майкл, Симона и их семья, — проговорил Орел. — Мы пробыли здесь четыре часа, ты спала.

— У меня был сердечный приступ? — спросила Николь.

— Не совсем… просто серьезное нарушение сердечной деятельности. Я уже собирался везти тебя в госпиталь, но решил дождаться твоего пробуждения, поскольку все необходимые средства у меня при себе…

Орел поглядел на нее. Внимательные синие глаза Орла обратились к Николь.

— Чего ты хочешь, Николь? — спросил он. — Едем к Симоне и Майклу или возвращаемся в госпиталь? Решать тебе, сама понимаешь…

— Знаю, — вздохнула Николь, — только нужно быть осторожной и не волноваться… — Она взглянула на Орла. — Я хочу увидеть Симону, даже если это будет последний поступок в моей жизни… Можешь ли ты дать мне что-нибудь успокоительное, но не так, чтобы я была одурманена или заснула?

— Легкое успокоительное средство поможет лишь в том случае, если ты сама будешь сдерживать чувства.

— Ладно, — обещала Николь. — Постараюсь.

Орел направил машину на мощеную дорогу, обсаженную высокими деревьями. Николь вспомнилась осень в Новой Англии, где она с отцом побывала подростком. Листья на деревьях были золотыми, красными и коричневыми.