Гробница Геркулеса - Макдермотт Энди - Страница 81

— Эй, мне вовсе не интересно слушать об этом, — пожаловался Чейз.

София улыбнулась:

— Не беспокойся, Эдди, конец близок. Приковать ее! — велела она Ленарду. Тот вынул из кармана пару наручников и двинулся было к Нине, чтобы пристегнуть ее рядом с Чейзом. Но София остановила капитана: — Нет, подальше. Вон там. — Она ткнула в сторону вертикально идущей трубы в другой части трюма.

— Может, просто прикончить их? — недовольно пророкотал Комоса.

София провела рукой по его груди.

— Скоро, скоро, Джо. Знаю, тебе не терпится, но мне приятна мысль о том, что самыми первыми жертвами нашей бомбы станут мой бывший муженек… и его верная сучонка.

— Знаешь, — произнес Чейз, когда Ленард приковал руки Нины к трубе, — обычно все обиженные бывшие жены довольствуются тем, что вырезают промежность в брюках своих бывших. А вовсе не взрывают целый город!

— Прощай, Эдди! — София повернулась к выходу.

Ленард подобрал лом и последовал за ней.

Комоса дождался, когда они уйдут, затем двинулся к Чейзу и со всей силы врезал ему в лицо.

— Мой прощальный подарок, — сказал он и вышел.

— Ты как? — спросила Нина.

Чейз выплюнул кровавый сгусток — зуб, который зашатался еще в Ботсване, теперь окончательно выпал.

— Что ж, он избавил меня от поездки к стоматологу. Так что подарок что надо — долларов на двести потянет.

— Бог ты мой, — тихонько проговорила Нина, опустившись на пол. — София и впрямь собирается взорвать Нью-Йорк…

— Что бы там она ни болтала, отчаиваться рано. У нас еще есть время. Надо просто бороться, не опускать руки.

Нина громыхнула наручниками по трубе.

— Какие предложения?

— Что ж… — Чейз задрал голову и посмотрел на свою трубу. — Вообще-то никаких. А у тебя?

Нина уныло покачала головой, затем попыталась подвинуться к Чейзу. Он сделал то же, но они не смогли даже прикоснуться друг к другу ногами.

— Нет! — воскликнула Нина, внезапно почувствовав прилив гнева. — Нет, черт побери, нет! — Она принялась молотить по палубе ногами, отчаянно захотев почувствовать его тепло. Потом сдалась и съежилась рядом с трубой.

— Нина… — печально прошептал Чейз.

Больше всего на свете ему хотелось сейчас обнять и утешить ее, но даже в этом ему отказали. Он отвернулся и посмотрел на бомбу. Счетчик безжалостно тикал, отсчитывая драгоценные секунды.

Меньше семи часов до взрыва…

Глава 30

Нью-Йорк

День обещал выдаться погожим.

Солнце карабкалось вверх на востоке, утреннее розовое небо без единого облачка постепенно окрашивалось в голубые тона. Предрассветные тени пронизывали раскинувшиеся районы Большого Яблока. В самом его сердце обращенные на восток фасады небоскребов купались в золотистом сиянии.

В Нью-Йорке уже вовсю бурлила жизнь. К половине девятого улицы заполнились машинами, в воздухе звучал утренний хор Манхэттена — не пение птиц, а рев клаксонов. Народ потоком хлынул на остров, наводняя каждый этаж его внушительных башен. Мотор мировой финансовой власти мало-помалу набирал обороты.

В семи милях к югу от Манхэттена тяжелый пролет моста Верразано-Нэрроуз, соединяющего Бруклин и Стейтен-Айленд, отмечал разделительную линию между Атлантическим океаном и нью-йоркской гаванью. Ежедневно под ним проходили десятки судов, и лишь немногие привлекали внимание случайных прохожих.

«Император океанов» был одним из таких судов.

София стояла на мостике яхты, наблюдая, как корабль плывет по проливу Нэрроуз и огибает выступающий прибрежный район Бруклина — Бэй-Ридж. Впереди лежал Губернаторский остров, а за ним в лучах утреннего солнца купались сверкающие шпили Манхэттена.

— Словно пылают, — произнес Комоса с нотками благоговения в голосе.

София улыбнулась:

— Скоро они и впрямь запылают.

Подошел Ленард.

— Автопилот настроен и включен, мэм. Корабль последует по отмеченным координатам GPS до Ист-Ривер, затем повернет к берегу. Даже с учетом дрейфа к моменту взрыва он будет не более чем в пятидесяти метрах от суши.

— Хорошо. Чем ближе, тем лучше. Думаю, самое время уходить. Капитан, отведите команду к вертолету. Джо… — Она улыбнулась. — Знаешь, я передумала. Отправляйся в трюм и убей Эдди.

Комоса злобно осклабился:

— С превеликим удовольствием. А что с дамочкой?

— Ее не трогай.

— Точно?

— Эдди убей как можно быстрее, у меня перед ним должок. Но она… Я хочу, чтобы она страдала. — София прикоснулась к глубокой царапине, идущей по щеке. — Пусть в свои последние минуты смотрит на тело мертвого любовника.

Комоса вытащил из-под кожаного жилета серебряный «браунинг».

— Будет сделано.

— Быстро и чисто, — повторила София, когда он, сверкнув пирсингом, уходил с мостика. — Мы улетим сразу же, как будет готов конвертоплан. Так что не задерживайся.

— Успею, — уверил ее Комоса, сопроводив свои слова очередной бриллиантовой улыбкой.

Таймер дошел до цифр 00:10:00, затем продолжил обратный отсчет.

— Что ж, — сказал Чейз, — пора устроить «мозговой штурм».

— На меня не рассчитывай — в голове ни одной идеи, — угрюмо буркнула Нина.

Они перепробовали всевозможные способы, чтобы освободиться, но только заработали уйму царапин и поранили запястья.

Чейз саданул подбородком по трубе.

— Наверное, стоит последовать совету Софии.

— Что еще за совет?

— Откусить себе руку.

Нина выдавила слабую улыбку.

— Экстремально.

— Ситуация тоже самая что ни на есть экстремальная.

— Кажется, нам с тобой это не в новинку?

Он кивнул:

— Да уж, мы с тобой прошли через много переделок. Но…

Что-то в его проникновенном голосе заставило Нину сесть прямо.

— Ты хочешь мне что-то сказать? — нежно спросила она.

Он махнул рукой в сторону бомбы:

— Даже несмотря на то что у нас не все шло гладко… полтора года с тобой были лучшим временем в моей жизни. Я жалею, что не ценил этого и порой вел себя как самодовольный болван.

— Ох, Эдди… — Нина печально улыбнулась ему. — Не ты один. Я тоже внесла свою лепту. Хотя у нас были и хорошие времена, правда?

— Да. Мы с тобой хорошая команда.

— Мы отличная пара.

— Великолепная.

— М-м-м-м!

Они молча смотрели друг на друга.

— Я… гм… — заговорил Чейз.

— Что? — спросила Нина.

— Да так, пустяки.

— Нет, продолжай. Как ты сам сказал, время пришло.

— Веский довод. — Чейз замолк, собираясь с мыслями. — Я хотел задать тебе один вопрос.

Нина догадалась, что это за вопрос.

— Давай. Спрашивай.

Он снова кивнул на бомбу:

— Наверное, это уже не столь важно…

— Наверное. — Нина вздохнула. — И все-таки…

— Что?

— Думаю, ты знаешь мой ответ.

— Да, скорее всего знаю. — Он улыбнулся, затем рассмеялся.

— Что смешного?

— Да так, мелькнула мыслишка. Если бы мы сделали это и решили оставить свои фамилии, то мы бы стали Уайлд-Чейзами, дикими охотниками. То еще сочетание.

— До тебя только сейчас дошло? — Нина рассмеялась. — Я об этом подумала еще полтора года назад!

Чейз вопросительно выгнул бровь:

— Ты подумала об этом сразу после того, как мы встретились?

— Ну, скажем, была такая мыслишка.

Оба рассмеялись.

В эту минуту дверь открылась, и вошел Комоса с пистолетом в руке.

Чейз и Нина вскочили на ноги.

— Не ожидал услышать ваше хихиканье, — произнес Комоса. — Ничего, сейчас я все расставлю по местам.

— Ты еще здесь? — спросил Чейз. — София тебя бросила?

— Вообще-то она попросила избавить тебя от ненужных страданий. — Комоса встал между Чейзом и Ниной так, чтобы ни один из них не смог до него дотянуться. — Через пару минут с ней улечу. Будем наблюдать за событиями со Стейтен-Айленда.

— Да, оттуда прекрасный вид на мусорные свалки, — ядовито заметила Нина.

— Значит, София позволила тебе убить нас? — поинтересовался Чейз.