Гулы - Кириенко Сергей - Страница 68

В одиннадцать вечера отец Винченцо решил, что через час закроет дверь церкви. Он оставит гореть свет над входом, и если кто-то придет в Сайта Марию Аквилонию, то постучит.

В полночь священник оторвался от книги и прошел к главным дверям храма. Впервые за последние годы он запер их на железный засов, убеждая себя, что делает это в первый и последний раз. Затем он вернулся к себе и продолжил чтение.

Обычно он ложился спать в час, а поднимался в шесть утра — пяти часов для сна ему хватало вполне.

В двадцать минут первого он закрыл книгу и поднялся из-за стола — пора было обходить церковь. Выйдя из комнаты, он прошел по маленькому коридору, ведущему в главный зал храма, обогнул алтарь и по красной дорожке, выложенной вдоль стройных рядов скамей, прошел к главной двери. В этот момент он услышал стук.

Стучали в одну из боковых дверей церкви.

Отец Винченцо нахмурился и, обернувшись, посмотрел на железную дверь, освещенную тусклым светом лампадки, горевшей на стене храма. Все прихожане Сайта Марии Аквилонии знали, что ночью в церкви открыты лишь главные двери. Но может быть, это кто-то не местный?.. На короткое мгновение в голове священника всплыли слова Аз Гохара: «Если сегодня ночью в церковь будет кто-то стучаться, не впускайте его…» Отец Винченцо почувствовал, как сердце его забилось сильнее, чем прежде, а по спине прокатился неприятный озноб. И все-таки он прошел через зал и оказался у двери. В тот момент, когда он остановился перед ней, в дверь снова стукнули. Отец Винченцо попытался успокоиться, убеждая себя, что слова Аз Гохара не более, чем фантазия возбужденного мозга этого человека, и открыл маленькое окошко в двери. На дорожке, у стены церкви, он различил темную фигуру. Горевший над дверью фонарь бросал световые блики на лицо стоящего человека, но в косых лучах света оно было едва различимо. И все-таки священнику показалось, что узнал это лицо. Он всмотрелся в него пристальнее и вздрогнул: действительно, за дверью стоял Карло Маллони — прихожанин его церкви, исчезнувший пять дней назад!

— Здравствуйте, отец Винченцо, — сказал Карло, увидевший в приоткрывшемся окне лицо священника, — откройте, пожалуйста, дверь. Мне нужно поговорить с вами.

— Карло? — Даже услышав голос стоящего за дверью человека, священник не смог до конца поверить своим глазам и переспросил: — Это ты? Где ты был пять дней, Карло? Твоя семья искала тебя. Они даже заявили в полицию.

— У меня возникли срочные дела, — ответил Карло Маллони, — пришлось отлучиться из Террено. Откройте дверь, отец Винченцо.

Что-то в словах человека, стоящего за дверью, заставило отца Винченцо нахмуриться. Непривычная резкость, прозвучавшая в голосе. А ведь, насколько он знал Карло. Маллони, тот никогда не отличался излишней резкостью. Пожалуй, наоборот, — он был излишне мягок… Отец Винченцо почувствовал первый укол беспокойства.

— Как Никосия? — Он продолжал пристально вглядываться в лицо Карло Маллони. Почему-то ему казалось, что тот старается спрятать от света свои глаза.

— Хорошо… Откройте дверь, отец Винченцо, — в третий раз произнес Карло, но теперь в его голосе слышалось явное нетерпение.

— А Сара? Ты ее уже видел? — Отец Винченцо не спешил открывать дверь.

— Да, с ней тоже все хорошо.

Внезапно отец Винченцо почувствовал, как когтистая лапа ужаса сдавливает его сердце. Он понял, что этот человек — не Карло Маллони!.. Сестра Карло, Сара, умерла год назад. Он сам отпевал ее в этой церкви. Теперь же стоящий за дверью человек заявляет, что видел ее, и с ней все в порядке!

Он отшатнулся от окна в тот самый миг, когда рука стоящего за дверью существа метнулась в него со скоростью молнии. Пальцы «Карло», словно когти хищного зверя, сомкнулись в паре сантиметров от лица священника. В проеме окна показался глаз.

— Открой дверь, святоша! — прошипел «Карло». — Открой, или я ее высажу!

Голос этого существа совершенно преобразился — он стал похож на шипение змеи. Еще отец Винченцо заметил, что глаз этого создания светится зловещим тускло-желтым светом. Внезапно он понял, что это не человек и что слова Аз Гохара не были вызваны слепым страхом религиозного фанатика.

Схватившись за висящий на груди крест, он вздернул его к окошку и прокричал первое, что пришло ему в голову:

— Убирайся от дома Господня, создание ада!

— Открой дверь, святоша! — «Карло» с ненавистью глядел на того, до кого дотянуться не мог, не обращая внимания на крест.

Отец Винченцо сделал шаг к алтарю. В этот момент рука создания нырнула в окошко и исчезла из вида. Прошла секунда, и вдруг… Дверь церкви содрогнулась от чудовищного удара. Пара высоких светильников, стоящих возле нее, рухнула на пол. Звук от удара прокатился под сводами зала и затих на высоте десяти метров, под цветным витражом. Через мгновение дверь потряс новый удар.

— Я вышибу эту дверь и доберусь до тебя, святоша! — проревел «Карло» и ударил в дверь третий раз. Но та выдержала. Еще несколько секунд существо продолжало осыпать ее чудовищными ударами, но затем поняло, что железную дверь ему не осилить.

Внезапно до отца Винченцо долетел звук удаляющихся шагов — существо с лицом Карло Маллони прекратило сотрясать дверь ударами и побежало по дорожке от церкви. Выждав немного, отец Винченцо шагнул к двери и захлопнул окошко. Затем провел рукой по лицу и перевел дух.

Он не знал, кем было существо, пытавшееся выбить дверь церкви секунду назад, почему оно так походило на исчезнувшего Карло Маллони и что хотело от него лично. Не знал он также, почему оно неожиданно убежало от церкви. Но он знал другое: если бы оно сломало дверь, ничего хорошего его бы не ждало. Повернувшись к алтарю и глядя на статую Святой Марии, отец Винченцо перекрестился и быстро прочитал молитву. Он все еще чувствовал, как колотится его сердце — словно дикий зверь, загнанный в клетку.

Наконец он снова посмотрел на дверь и прислушался. На улице было тихо. Похоже, существо действительно оставило его в покое. А что, если нет? Что, если оно ищет другой вход в церковь?.. Отец Винченцо быстро оглядел все три двери с того места, где находился. На всех дверях виднелись запоры. На мгновение он почувствовал облегчение. Однако в следующую секунду в его сознании шевельнулось неясное беспокойство. Он поднял глаза вверх, взгляд его скользнул по цветным стеклам стрельчатых окон под потолком зала. Проникнуть в храм можно не только через двери, подумал священник, но и через витраж.

Словно подтверждая кошмарную правоту его мыслей, в одном из цветных окон мелькнула угловатая тень. У отца Винченцо перехватило дыхание. В следующее мгновение огромное окно с грохотом разлетелось, брызнув вниз водопадом огней. Вместе с тысячами разноцветных осколков в зал скользнуло нечто большое, похожее на огромную летучую мышь.

Оно вылетело из-под свода, промчалось десяток метров, отделяющих его от пола, и рухнуло на возвышение за алтарем. Осколки стекла осыпали статую Святой Марии, попали в жертвенные чаши, разбили несколько фарфоровых ламп и легким дождем простучали по рядам деревянных скамей. Затем в зале повисла похоронная тишина.

Отец Винченцо замер, боясь пошевелить даже пальцами.

Прошло несколько томительно долгих секунд, и вот из-за алтаря поднялось существо с лицом Карло Маллони. Оно ухмыльнулось и, одним резким движением перемахнув через алтарь, двинулось по проходу бокового нефа к застывшему у двери священнику.

Несмотря на то, что он был напуган, отец Винченцо сумел разглядеть, что лицо существа порезано в нескольких местах, в правой скуле создания засел осколок зеленого стекла величиной с кулак. Стекло это придавало лицу «Карло» гротескный вид клоуна. Впрочем отцу Винченцо было сейчас не до смеха — внезапно он осознал, что из ран на лице создания не вытекает кровь!

— Зря ты не открыл мне дверь сразу, святоша, — прошипел «Карло», приближаясь к священнику. — Видишь, мне пришлось попортить твое окошко!

Он высунул язык и облизнул губы.

Отец Винченцо шагнул вдоль рядов скамей к главным дверям.