Гулы - Кириенко Сергей - Страница 206

Повернув голову, Аз Гохар перевел взгляд на Джей — в глазах ее до сих пор плавали круги страха, — и выдохнул:

— Не делайте этого больше!

Он почувствовал, как под его пальцами двинулись губы, и поднял руку, женщина судорожно открыла рот и вздохнула.

— Вы в порядке? — Аз Гохар указал на ее ногу.

Голова Джей качнулась вперед.

Аз Гохар понял, что щупальце не причинило Джей Адамс вреда — движение его было рефлексом, кричала же она скорее от страха.

— Ползите к ограде, — прошептал он, отворачиваясь от женщины.

Та не заставила повторять это дважды — развернулась и быстро двинулась к валу. Тем временем Аз Гохар поднял нож и направился к лежащему во втором ряду трупов темноволосому парню…

Двух минут ему хватило на то, чтобы проверить несколько тел в разных рядах и убедиться в том, что все они напоминают чудовищных близнецов: серые щупальца, выглядывающие из земли, протягивались к открытой коже покойников и входили в тела, у всех мертвецов были неестественно вздувшиеся конечности, лопнувшие капилляры и «резиновая» кожа… После осмотра уже третьего трупа Аз Гохар понял, почему гулы не закапывают покойников, и решил, что оставаться здесь больше нет смысла. Закончив осматривать последнего мертвеца — рыжеволосую женщину, под юбку которой втягивалось серое щупальце, похожее на чудовищный фаллос, — он развернулся и двинулся к валу.

Оказавшись возле Джей Адамс, Аз Гохар объявил, что узнал все, что хотел, и теперь пора уходить. По его знаку женщина полезла наверх. Подтолкнув ее снизу, Аз Гохар помог Джей забраться на вал, после чего полез на вал сам. Через короткое время, оказавшись на куче земли, он обернулся и увидел двигающихся далеко у ворот гулов, через пустырь к кладбищу ехал очередной грузовик. Пару секунд старик смотрел на фигурки адских существ — сейчас они были заняты раскладыванием трупов и не обращали внимания на кладбище, — затем решительно повернулся и сделал знак Джей двигаться к зарослям.

Три минуты спустя, пройдя через заросли можжевельника и дубовую рощу, Джей Адамс и Аз Гохар вышли к машине. Когда они сели, старик вдавил педаль газа — подняв с земли кучу листвы, автомобиль рванулся вперед и помчался на север…

Сидя в «пежо», Доминик слышал удары в груди. Еще он ощущал странное чувство, похожее на отчаяние обреченного. Взгляд его был прикован к воротам, за которыми скрылся Франческо, и он ждал его появления, в то же время он боялся выхода капо.

Через минуту после того, как опустились ворота, Франческо вышел из дома через парадную дверь. Подойдя к замершей у тротуара машине, опустился за руль, протянул руку и разжал пальцы. Доминик опустил взгляд на ладонь капо и увидел кольцо. Секунду он с недоумением смотрел на него, а затем в его сознании что-то оборвалось — внезапно он узнал в нем кольцо, которое надел когда-то давно на палец жены в церкви маленькой сицилийской деревни.

Двинув рукой, Доминик взял кусочек металла ставшими вмиг неуклюжими пальцами, и это прикосновение словно лишило его сил — он замер и остался сидеть неподвижно, держа кольцо Сары перед собой и глядя на него остановившимся взглядом.

— У них не было шансов, — глухо проговорил капо, — прости…

Он поднял руку и сжал плечо Доминика, тучная фигура помощника качнулась на сиденье, но позы он не сменил.

Какое-то время они так и сидели: Доминик смотрел на кольцо, Франческо следил за дорогой, краем глаза глядя на помощника. Слыша шорох гирлянды, Франческо чувствовал горечь, которая притупилась в нем после того, как он ушел от своей виллы, а сейчас разгоралась с удвоенной силой — и вызывало ее чужое горе. Он знал, что у Доминика и Сары не было детей. Если бы они у них были и находились сейчас вне Террено, это бы дало Доминику силы жить дальше, но вышло так, что их не было. По этой причине Доминик переносил всю любовь на жену и хотя внешне был жестким, а порой и жестоким, Франческо знал, каким может быть помощник в действительности, и понимал, что значит для него потеря жены. Глядя на тротуар, он представлял, что творится у Доминика в душе, и старался не вспоминать свой собственный дом — пока это воспоминание было чересчур свежо и вызывало лишь боль.

Наконец Доминик шевельнулся, механически двинув рукой, опустил кольцо в левый карман и вытащил из него прозрачную ампулу. Достав из кармана одноразовый шприц, разорвал упаковку, отбил кончик ампулы и принялся набирать ее содержимое в шприц.

Франческо наблюдал за действиями помощника молча… Когда шприц наполнился, Доминик обнажил правую руку и поднес шприц к локтю. Внезапно Франческо заметил, как дрожат пальцы помощника, и скрипнул зубами.

Воткнув иглу в вену, Доминик нажал поршень — за короткое время шприц опустел. Вытащив иглу, Доминик сунул шприц в упаковку, пустую ампулу откинул в окно и какое-то время сидел неподвижно. Наконец он повернул голову и спросил:

— Кто они такие? Откуда взялись в этом городе?..

Франческо двинулся на сиденье, а Доминик продолжал:

— Почему эти твари выбрали именно Террено? Что это за создания?

На мгновение он замолчал, и капо ответил:

— Я не знаю, Дик. Тот старик сказал, что они рождаются в земле.

— Их можно достать?

— Что? — Франческо не понял, что имеет в виду Доминик.

— Их можно достать? — повторил тот. — Этих тварей? Можно убить?

На этот раз Франческо понял, что хочет спросить помощник, и быстро нахмурился — он ждал любой реакции Доминика на известие о смерти жены, но эта стояла в очереди последней. Впрочем, реакция Доминика лишь подтвердила то, что ему было известно о нем, — нескольких минут Пальоли хватило, чтобы в какой-то степени оправиться от удара и прийти в то состояние, когда он уже может действовать.

Развернувшись вполоборота к помощнику, Франческо провел рукой по лицу и, попытавшись собраться, принялся заново рассказывать, что он сделал после того, как ушел от своей виллы, — со всеми подробностями, которые упустил в первый раз.

Через две минуты он замолчал. Мгновение Доминик сидел неподвижно, словно переваривая услышанное, затем облизнул губы и принялся говорить, останавливаясь после каждого предложения и переводя дух:

— Вчера после нашего разговора я поехал к Армандо, попросил у него пару снайперов и отправился в виколо Гарибальди. Мой помощник засек двоих типов, о которых Пепе упомянул в сообщении, — они засели в этом проулке… Мы наблюдали за их квартирой весь вечер… В половине одиннадцатого к ним приехал третий, на джипе… Они погрузили в машину ковер с трупом Пепе, после чего один остался в квартире, а двое поехали на чимитеро ди Джованни… Я оставил часть парней в переулке и поехал за джипом… На кладбище эти твари вытащили Пепе и хотели его закопать… Снайперы застрелили водителя, а длинноволосого ранили… Длинноволосого мы отвезли на заброшенный склад, надели наручники и стали допрашивать… Я сразу же понял, что это не человек: у него из ран не текла кровь, и он не реагировал на раскаленный утюг… Однако я понял, что он боится огня… Я начал задавать вопросы ему, но он не отвечал на них, а потом сказал, чтобы мы отпустили его, иначе умрем… Я не поверил ему, но потом это случилось: в меня кто-то выстрелил, и я потерял сознание… Когда же очнулся, все были мертвы, а длинноволосая тварь со склада исчезла.

— Вы допрашивали типа с длинными волосами? — спросил Франческо, когда Доминик замолчал.

— Да, высокий парень с длинными волосами.

Капо нахмурился — слова Доминика вызвали в его памяти картину бойни в монастыре: длинноволосый сторож-«цербер», убивший Армандо, очень уж подходил под описание помощника.

— Ты говоришь, вы надели на него наручники… А он не пытался освободиться?

— Нет.

— Странно, — протянул капо, — эти твари легко меняют тела. Если это был гул, ему ничего не стоило вырваться из наручников?

— Он не пытался этого делать, — повторил Доминик.

«Может быть, не все они одинаковы, — подумал Франческо, — и как-то отличаются друг от друга?»

— Погибли все, кто находился на складе?