Вампир высшего класса - Набокова Юлия - Страница 67

Я испытала укол совести. По возвращении в Москву я даже не поинтересовалась у Вацлава, зачем его так срочно вызывали Гончие. Обязательно расспрошу его об этом в следующую же встречу.

Я вышла на тротуар, и «форд» Вацлава резко сорвался с места — Гончий торопился наверстать время, потерянное в моей постели. Даже не взглянув на витрину магазина, я заторопилась к офисному зданию. Мне надо было срочно увидеть свою подругу.

— А Саша на работу сегодня не вышла, — завидев меня, доложил Ефим. — Эй, Жан, подожди! — донеслось мне вслед.

Но я уже выбежала на улицу и ловила такси. Сердце зашлось в тревоге, заподозрив самое страшное. Неужели я опоздала?

Никогда в жизни мне еще не были так ненавистны московские пробки, каждая минута в дороге казалась часом, и когда наконец впереди показался Сашин дом, я не стала дожидаться, пока очередной затор перед перекрестком позволит машине подъехать ближе, расплатилась с водителем и сломя голову понеслась но тротуару, обгоняя стоящие автомобили.

Домофоном я не воспользовалась — какой-то мужчина входил в подъезд и любезно придержал мне дверь. В лифте он все время сверлил меня заинтересованным взглядом. Любая нормальная вампирша на моем месте воспользовалась бы ситуацией, чтобы подкрепиться, но сейчас меня меньше всего волновал фастфуд. Я боялась, что моя лучшая подруга стала вампиром. И этот страх вытеснял из головы все остальные мысли.

Лифт полз непозволительно медленно, еще медленней открывались двери. Если бы не мужчина за моей спиной, наверное, я бы выломала их, чтобы скорее попасть на этаж. Вот и знакомая дверь! Сколько раз я бывала в гостях у Сашки за последние пять лет — и не сосчитать. И ни разу не была после того, как попала в Клуб. У меня появились совсем другие интересы. Сашка, обеспокоенная моим поведением, приходила ко мне домой, тогда она и познакомилась с Глебом. А теперь я замерла перед ее дверью, собираясь с духом. Кто меня встретит там — моя Сашка или незнакомая вампирша? Я вдавила звонок с такой силой, что могла бы проломить стену. Мелодичная трель разнеслась по ту сторону двери, а потом мой слух различил едва слышные шаги.

— Саша, Сашенька, — я убрала палец со звонка и заколотила кулаком, — открой мне.

За дверью раздался тихий всхлип, от которого у меня остановилось сердце и опустились руки.

— Пожалуйста, — прижавшись щекой к железной двери, проскулила я.

Щелкнул замок, я отшатнулась от открывающейся двери и замерла. На пороге показалась заплаканная Сашка. Бледная, со спутанными волосами, с потухшим взглядом, но все та же. Не вампир, человек. Тонкий аромат ее крови остался таким же, что и вчера, и настойчиво взывал к моей жажде.

— Ты уже все знаешь? — взволнованно выдохнула я.

— Зачем ты пришла? — безжизненно спросила она, глядя на меня так, будто не узнавала.

— Я переживаю за тебя, Сашка.

— А я-то еще вчера удивилась, к чему этот разговор о вампирах… — Казалось, она меня даже не слышит.

Я отметила, что она стоит за порогом, не переступая его и не приглашая меня внутрь. Словно веря в то, что эта невидимая граница убережет ее от возможной опасности, которую я теперь могла для нее представлять. И от этого мне сделалось так горько, что на глазах выступили слезы.

Саша повернулась ко мне спиной, и до меня донеслось:

— Проходи. Мама с Аленой на концерт ушли. Папа в командировке. Я одна.

Я шагнула в темный коридор и споткнулась о тапочки, которые поставила к моим ногам Саша.

— Переобувайся.

Все было как всегда. Тапочки со смешными мишками. Занавески с подсолнухами на кухне. Чай с бергамотом. Кружка с тюльпанами. Только на этот раз, автоматически поставив передо мной кружку, Саша вдруг запнулась и вопросительно подняла глаза:

— Или ты теперь не пьешь… чай?

— Пью. И ем. — Я придвинула к себе вазочку с овсяным печеньем и надкусила одно из них, совершенно не почувствовав вкуса.

— Значит, все не так страшно, как на первый взгляд, — задумчиво сказала она, и я поперхнулась печеньем.

— Саш, — не веря своим ушам, выдавила я.

— Жан, я понимаю, что все это противоестественно и мерзко. — Подруга поморщилась. — Но моя жизнь преобразилась только с появлением Ивана… то есть Ирвинга. Я не могу от него отказаться. Он нужен мне. А я нужна ему.

— Саш, ты не понимаешь, на что ты хочешь пойти… — пылко заговорила я.

— Я все понимаю, — резко возразила она. — Ты тоже вам… — Она так и не смогла произнести это слово вслух и вывернулась: — Одна из них. Ты изменилась, но не стала чудовищем.

— Ошибаешься, Саша, — глухо сказала я. — Мне приходилось убивать.

Глаза подруги расширились от ужаса.

— Людей?

Я мотнула головой:

— Вампиров.

На моей совести смерть Жана и двух его охранников. С охранниками это была самооборона, а убивая Жана, я действовала под влиянием Слезы Ненависти, но какая разница? Три вампира мертвы. И я тому причиной.

— Значит, они этого заслужили, — неожиданно жестко сказала Саша.

И я вздрогнула, поняв, что подруга уже начала меняться. И что она уже приняла решение и мне ее не переубедить. Саша станет вампиром, и я потеряю ее. Навсегда. Саша уже не будет такой доброй, беззаботной и отзывчивой, как прежде. Она станет другой, и как сложатся наши с ней отношения, предугадать нельзя. Возможно, мы останемся приятельницами. Возможно, со временем она разочаруется в Ирвинге и возненавидит меня за то, что я не удержала ее от рокового шага.

— Так вот, значит, как ты работаешь модным обозревателем, — горько заметила она.

— А что я могла сказать, Саш? — убитым тоном откликнулась я.

— Как ты решилась на это, Жан? Что они тебе предложили? — Она колко взглянула на меня. — Чемоданы модных шмоток? Драгоценности от Тиффани?

Я вздрогнула от ее слов, как от пощечины.

— А ты не знаешь? — глухо спросила я. — Ирвинг тебе не сказал?

— Уж как-то не до того было, — она скривила губы, — извини. Он сказал только, что ты одна из них.

— Я не выбирала такую судьбу, Саш. Все вышло случайно.

Подруга недоверчиво изогнула бровь.

— Помнишь, — медленно сказала я. — Однорог послал меня на заброшенную фабрику в Котловке? У твоего папы еще в тот день был юбилей, и ты не смогла поехать со мной, хотя и не хотела, чтобы я ехала туда одна? Ты мне еще зонтик тогда дала — для обороны от маньяков?

— Как же, — взволнованно проговорила Саша, и чашка в ее руках задрожала, — помню. Однорог тогда еще разбушевался из-за того, что ты упустила Горячкину, и со злости выдал тебе тот адрес.

— Так вот, я возвращалась домой поздно и… — Я пересказала подруге нашу встречу с Жаном, поведала о моем тяжелом пробуждении на следующее утро и о записке вампира, а затем о появлении Ланы из службы адаптации новичков-вампиров.

Сашка слушала меня с широко раскрытыми глазами, вспоминая события тех дней, когда я впервые начала вести себя странно на работе и она заподозрила неладное.

— Значит, выбора у тебя не было… — задумчиво заключила она, когда я закончила свой рассказ, коротко поведав о своей дебютной вампирской вечеринке и знакомстве с Глебом.

Она вскочила с места и нервно заходила по кухне.

— Знала бы ты, Жан, как мне сейчас тяжело! — Она с отчаянием повернулась ко мне. — Уж лучше бы Ирвинг укусил меня, а потом все объяснил. Так было бы проще. А теперь вроде бы у меня есть выбор. Только что же это за выбор, когда приходится выбирать между родными и любимым? Когда на одной чаше весов возможность иметь нормальную семью и ребенка, но от другого мужчины, или быть с любимым, но практически не иметь шансов на рождение малыша? Да к тому же через десять лет придется уехать, навсегда покинуть маму, папу, сестру. Это просто невыносимо!

— Саш, — осторожно, боясь ее рассердить, заговорила я, — ты должна очень хорошо подумать. Пойми, любовь может пройти, а вампиром становятся раз и навсегда. Пути назад не будет. Ты еще такая молодая и обязательно найдешь свою вторую половинку. Среди обычных мужчин. Их куда больше, чем вампиров.