Это смертное тело - Джордж Элизабет - Страница 47

Фрейзер рассказал, что работает по вечерам в отеле «Дюк», это в парке Сент-Джеймс. Последние три года он работает там барменом.

— Трудолюбивый, — заметила Барбара. — Две работы.

— Я коплю деньги, — сказал он. — Это не преступление, как мне кажется.

— На что копите?

— Это что, важно? — вскипела Белла. — Что вы…

— Все важно до тех пор, пока мы не поймем, что это неважно, — заявила ей Барбара. — На что, мистер Чаплин?

— На переселение, — ответил он.

— Куда?

— В Окленд.

— Почему?

— Надеюсь открыть там маленький отель. Красивый маленький отель.

— Кто-нибудь помогает вам копить?

— Что вы имеете в виду? — нахмурился Фрейзер.

— Возможно, какая-нибудь молодая дама инвестирует в ваш фонд, строит планы, думает, что вы ее позовете?

— Видимо, вы говорите о Джемайме?

— Почему вы пришли к такому заключению?

— Потому что в другом случае вы не проявили бы ни малейшего интереса, — улыбнулся Фрейзер. — Если только сами не захотите посодействовать.

— Нет, благодарю.

— Увы. Вы входите в число женщин, которые позволяют мне самому делать накопления. Джемайма из того же ряда. — Он хлопнул себя по бедрам, показывая, что закончил беседу, и поднялся со стула. — Вы сказали, что задержите меня на несколько минут, и поскольку мне нужно на работу, то…

— Беги, милый, — сказала ему Белла Макхаггис и со значением добавила: — Если надо будет ответить еще на что-то, я с этим разберусь.

— Спасибо, миссис Макэйч, — откликнулся Фрейзер и сжал ей плечо.

Белла с удовольствием встретила этот телесный контакт. Должно быть, подумала Барбара, это одно из проявлений эффекта Фрейзера.

— Оставайтесь в городе, — сказала Барбара им обоим. — Чувствую, что это не последний наш разговор.

Когда они вернулись на Виктория-стрит, совещание уже началось. Барбара поймала себя на том, что ищет глазами Линли, и рассердилась на себя за это. Весь этот день она ни разу не подумала о бывшем напарнике и хотела, чтобы так и оставалось. Тем не менее она заметила его в дальнем углу комнаты.

Линли кивнул ей, улыбка приподняла уголки губ. Он взглянул на нее поверх очков и снова опустил взгляд на бумаги, которые держал в руках.

Изабелла Ардери стояла возле информационных стендов и слушала доклад Джона Стюарта. Стюарт и работавшие с ним констебли занимались с огромным количеством вещей, привезенных из комнаты Джемаймы Хастингс. Когда инспектор заговорил о Риме, на лице Ардери появилось нетерпеливое выражение: казалось, она ждала удобного момента, чтобы вмешаться.

Этого, похоже, не предвиделось.

— В общем знаменателе это — вторжение, — говорил Стюарт. — У нее есть планы Британского музея и Музея истории Лондона. Она обвела кружком залы музеев, относящиеся к римлянам, к их вторжению, оккупации, крепостям и ко всему тому, что они после себя оставили. Она купила множество открыток из обоих музеев и книгу «Римская Британия».[39]

— Но ты сказал, что у нее был также план Национальной галереи и Портретной галереи, — заметил Филипп Хейл. Он записывал за Стюартом и теперь сослался на эти заметки. — А также Музея Джеффри, Тейт Модерн и коллекции Уоллес. Такое впечатление, что она проводила разведку в Лондоне, занималась осмотром всех его достопримечательностей. — Он снова заглянул в свои записи: — Дом сэра Джона Соуна, дома Чарльза Диккенса, Томаса Карлейля, Вестминстерское аббатство, Тауэр — у нее есть брошюры из всех этих мест.

— Да, но если мы хотим найти связь…

— Связь одна: она просто туристка, Джон.

Изабелла Ардери сообщила, что криминалисты прислали отчет с хорошей новостью: они определили состав ниток на одежде жертвы. Это смесь хлопка и вискозы желтого цвета. Нитки не совпадают с одеждой самой девушки, и это хороший шанс подобраться к ее убийце.

— Желтые нитки? — переспросила Барбара. — Эббот Лангер. Тренер с катка. На нем желтый жилет. Все тренеры ходят в таких жилетах. — Она рассказала об уроках фигурного катания, на которые ходила Джемайма. — Возможно, нитки остались после занятий.

— Тогда нам потребуется этот жилет, — заявила Ардери. — Его или чей-то еще. Пусть кто-нибудь проведет проверку ткани. Еще у нас есть любопытное описание, переданное по телефону. Говорят, что из Абни-Парка вышел какой-то отвратительный человек примерно в то время, когда на кладбище произошло убийство. Его видела пожилая женщина, ожидавшая автобуса на улице Стоук-Ньюингтон-Черч. Я сама с ней говорила. Она запомнила его, потому что человек выглядел так, словно извалялся в листьях. У него были довольно длинные волосы, и он был похож то ли на японца, то ли на китайца или вьетнамца — в общем, по ее словам, человек с восточной внешностью. На нем были черные брюки, в руке какой-то кейс, она не сумела подробно его описать, сказала, что портфель. Под мышкой он держал рубашку, а пиджак на нем был вывернут наизнанку. Мы пригласили ее составить фоторобот. Сержанты Хейверс и Нката?

Нката кивнул Барбаре. Приличный человек, подумала Изабелла и удивилась тому, что Уинстон, с его даром предвидения, совершенно лишен амбиций.

Барбара поведала о посещении медиума Иоланды, кратко изложила суть разговора с Эбботом Лангером, назвала причину, по которой Джемайма брала у него уроки, упомянула о воздушных шарах, о тесте на беременность — «результат оказался отрицательным», — а потом рассказала о Фрейзере Чаплине и о Паоло ди Фацио. Не забыла сообщить о подслушанной ссоре жертвы с Паоло ди Фацио и о студии, в которой Паоло изготавливал свои маски. Рассказала она и о манере обращения Фрейзера с женщинами, о, возможно, нематеринском интересе Беллы Макхаггис к этому человеку, а также о второй работе Чаплина в отеле «Дюк» и о его планах на эмиграцию.

— Необходимо проверить прошлое всех этих людей, — распорядилась Изабелла, выслушав доклад Барбары.

— Мы немедленно этим займемся, — сказала Барбара.

— Нет, — возразила Ардери. — Я хочу, чтобы вы вместе с сержантом Нкатой отправились в Хэмпшир. Проверкой окружения будете заниматься вы, Филипп, и ваши люди.

— В Хэмпшир? — удивилась Барбара. — А с какого боку тут Хэмпшир?

Поскольку они пропустили начало совещания, Ардери ввела их в курс дела, сообщив, что они с инспектором Линли кое на что наткнулись. «Возьмите с собой одну, когда поедете в Хэмпшир», — и она передала им открытку с портретом Джемаймы Хастингс из Национальной портретной галереи. На лицевой стороне открытки черным маркером было написано: «Вы видели эту женщину?» Стрелка, тянувшаяся от этих слов, указывала на то, что открытку нужно перевернуть. С обратной стороны был написан номер телефона, судя по всему мобильного.

Этот номер, сказала Ардери, принадлежит человеку из Хэмпшира. Его зовут Гордон Джосси. Барбара и сержант Нката должны поехать туда и допросить мистера Джосси.

— Пакуйте чемоданы, потому что вам понадобится не один день, — предупредила она.

Послышались предсказуемые возгласы: «О, да у вас каникулы» и «Смотри, Уинни, бери отдельные номера».

— Хватит, — оборвала их Ардери.

В комнату вошла Доротея Харриман и отдала суперинтенданту листок бумаги — телефонное сообщение. Ардери прочитала его, и на лице у нее отразилось удовлетворение.

— Мы можем назвать имя человека, фоторобот которого у нас есть, — объявила она и показала на стенд, где висел фоторобот, составленный по описанию двух молодых людей, нашедших тело. — Один из волонтеров на кладбище полагает, что этого парня зовут Марлон Кей. Мы с инспектором Линли займемся им. Остальные… Каждый получил свое задание. Вопросы есть? Нет? Ну и хорошо. Продолжим с утра.

Сотрудники удивленно переглянулись: что, вечером все свободны? О чем она думает?

Однако никто не задал этот вопрос: дареные кони в период расследования встречаются крайне редко. Команда потянулась к выходу, но тут Ардери окликнула Линли:

— Томас, прошу вас на несколько слов в мой кабинет.