Падший Ангел - Киддер Джейн - Страница 62

Когда мужчина и женщина наконец оторвались друг от друга, Натан продолжал стоять с закрытыми глазами. Он всем сердцем желал, чтобы мгновение это длилось вечно. Элис тоже замерла, пораженная случившимся. Господи, с какой же неодолимой силой их тянет друг к другу! Однако пальчики Колина, вцепившиеся Элис в волосы, вернули ее к действительности. Женщина осторожно выпутала его ручку из своих локонов и забрала малыша у отца. Натан почувствовал, как Элис подхватила Колина, открыл глаза и посмотрел на нее растроганным взглядом.

– Элис…

– Мне надо надеть на ребенка подгузник, – выпалила она.

Женщина чувствовала: Натан собирается заговорить о том, что произошло минуту назад. А Элис вовсе не хотелось это обсуждать. Она была слишком смущена… слишком растерянна. И хорошо знала, что, если он сейчас снова предложит ей выйти за него замуж, она кинется ему на шею, соглашаясь на все и клянясь любить его до последнего вздоха. Но этого делать нельзя! Элис обязана прежде всего думать о Колине и поступать так, как будет лучше для него. Неважно, что она отдала Натану свое сердце. Ведь он-то ее совсем не любит. Так может ли она обречь своего сына на жизнь в несчастной семье? Почему Колин должен расплачиваться за ошибки родителей? Элис не сомневалась, что Натан относится к ней очень хорошо. Она знала, как сильно его влечет к ней. Она видела это по его глазам, по тому трепету, который охватывал его всякий раз, как он прикасался к ней. Но Элис было хорошо известно, сколь недолговечно пламя страсти, не подкрепленное истинной любовью. А ведь Натан никогда не заикался о любви, и Элис отлично понимала почему. Просто Натан был слишком честен, чтобы лгать.

Когда он снова заговорил, голос его дрожал от ярости, но Элис объяснила это лишь неудовлетворенным желанием. Она прекрасно знала, почему он то и дело купается в холодном ручье. Часто он подолгу стоял у ее кровати и смотрел на нее, Элис, думая, что она спит. В эти минуты она никогда не открывала глаз, понимая, что стоит ей сделать это – и они с Натаном пропали. А им сейчас меньше всего было нужно вновь погрузиться в пучину той страсти, что поглотила их однажды в грозовую ночь.

– Лучше иди и ложись в постель, – холодно сказал Натан. – Не стоит тревожить твою лодыжку.

Элис закрепила Колину подгузник, взяла ребенка на руки и повернулась к Натану.

– Вообще-то лодыжка почти не болит. Ведь прошло уже больше недели.

– Все равно тебе еще нельзя много ходить, – отрезал Натан.

– Ладно, – не стала спорить Элис. – Сейчас лягу. Тем более что Колина все равно надо кормить.

Она отдала ребенка Натану и забралась в постель. Элис попыталась поудобней устроиться на подушках, но тут ее плечо пронзила резкая боль. Женщина скривилась, переждала, пока боль отпустит, и протянула руки за Колином.

– У тебя все еще болит плечо, да? – озабоченно спросил Натан.

– Да нет, уже прошло, – отмахнулась Элис.

Натан смотрел на нее, скрестив руки на груди.

– Не пытайся меня обмануть, – угрюмо проговорил он. – Ничего у тебя не прошло. Ты мажешь плечо той мазью, которую тебе дал доктор?

– Да. – Элис не хотелось признаваться ему в том, что ей очень трудно мазать плечо сзади. Сильнее всего болела область лопатки, а Элис просто не могла дотянуться до этого места. Натан несколько раз предлагал ей свою помощь, но Элис упорно отказывалась. Она боялась, что если он будет мазать ей оголенное плечо прохладной мазью, то их опять охватит пламя, сопротивляться которому будет бесполезно. Лучше не искушать судьбу. Конечно, без мази плечо будет заживать дольше, но… Натан все еще мрачно смотрел на Элис, но она ответила ему невинной улыбкой.

– Натан, плечо и правда почти прошло. Уже почти не болит.

– Дай-ка мне посмотреть.

– Нет.

– Элис…

– Ну хорошо, – нетерпеливо перебила его женщина. – Если я позволю тебе осмотреть плечо, ты можешь мне пообещать, что уйдешь? Мне надо покормить ребенка. Обещаешь?

– Ага, – победно улыбнулся Натан.

– Отвернись-ка на минутку.

Натан страдальчески закатил глаза, всем своим видом показывая, как он относится к стыдливости Элис, но потом все-таки отвернулся. Элис быстро расстегнула рубашку, спустила ее с одного плеча, обнажив ушибленное место, и тихо позвала:

– Натан…

Когда он обошел кровать, Элис нагнулась вперед, но, услышав его вздох, тут же выпрямилась и удивленно посмотрела на Натана.

– Что такое? – нахмурившись, спросила она. – Неужели дела так плохи?

– Ты чертовски права, – мрачно подтвердил Натан. – Выглядит это ужасно. Ты хоть смотрела на это в зеркало?

– Нет.

– Так вот, плечо твое совсем не заживает. Ты уверена, что накладывала мазь на рану?

– Я пыталась, – вздохнула Элис, – но мне трудно дотянуться.

– Черт возьми, Элис, – взорвался Натан, – почему ты не сказала мне, что не можешь сделать это сама? Я же говорил, что помогу тебе. Если бы ты хоть чуть-чуть меньше упрямилась, я был бы просто счастлив!

– А я была бы просто счастлива, если бы ты хоть чуть-чуть меньше ругался, – парировала Элис.

Однако Натан не обратил на ее слова никакого внимания.

– Где мазь? – сердито спросил он.

– Там, на столике. Что ты собираешься делать? – забеспокоилась женщина.

– Я собираюсь смазать тебе плечо прямо сейчас.

– Но доктор сказал, что мазь надо накладывать вечером, перед сном.

– Я прекрасно знаю, что сказал доктор. По-моему, именно я и передал тебе его слова. И все-таки смажу тебе плечо сейчас, а потом еще раз перед сном.

– А ты думаешь, это не вредно – мазать два раза в день? – с сомнением посмотрела на Натана Элис.

Натан взял баночку с мазью и подошел к кровати.

– Ну, поскольку ты ни разу за неделю не смазала плечо, то, думаю, большого вреда не будет. Даже наоборот. Элис нахмурилась, но тем не менее опять наклонилась вперед. Она ждала, что он сейчас начнет мазать ей плечо. Оставалось лишь надеяться, что он не настолько зол, чтобы в раздражении причинить ей боль. Однако Элис беспокоилась напрасно. Когда пальцы Натана дотронулись до содранной кожи, они были нежны, как шелк. Элис вздрогнула, а потом задумалась – это от холодной мази или от прикосновений Натана?

– Ну что, хорошо? – спросил Натан, нежно втирая мазь в кожу Элис.

– Да, – выдохнула она. – Просто божественно.

Внезапно он перестал втирать мазь, поднялся с кровати, подошел к столику и вытер руки полотенцем.

– До вечера тебе хватит, – не глядя на Элис, проговорил Натан. – А перед сном я смажу еще.

Все так же не глядя на Элис, он закрыл баночку, поставил ее на столик и пошел к двери.

– Когда закончишь кормить Колина, позови меня, я его заберу, – бросил он на ходу.

– Спасибо, Натан, – кивнула Элис. – А плечо уже сейчас болит гораздо меньше.

Натан хмыкнул в ответ и затворил за собой дверь. Оставшись в одиночестве, он тяжело привалился к стене, шумно выдохнул и закрыл глаза, пытаясь отогнать воспоминания о том, как пальцы его скользили по белой гладкой коже Элис.

– Поухаживай за ней… – сквозь зубы процедил он. – Замечательная мысль, Эрик. Но вот если бы ты мне еще подсказал, как это сделать!

Оставшуюся часть дня Натан упорно старался чем-нибудь себя занять. Три мустанга, которых он отловил, носились в загоне. После полудня рейнджер начал объезжать самого лучшего из них. Когда конь наконец покорился ему, Натан был совершенно без сил. Однако именно к этому он и стремился. Он решил, что единственный способ спокойно, не дрожа от страсти, втереть вечером мазь Элис в плечо – это вымотать себя настолько, чтобы вообще ничего не соображать. И все-таки, войдя вечером в спальню к Элис, Натан, несмотря на усталость, сразу разволновался. Женщина сидела в кровати, читая книгу при свете свечи. И хотя белая полотняная ночная рубашка Элис была застегнута до подбородка, Натан подумал, что в жизни не видел более соблазнительной картины.

– Я пришел, чтобы смазать тебе плечо, – тихо сказал он. Элис кивнула, отложила книгу в сторону и жестом велела ему отвернуться.