Охотник за демонами - Лосев Владимир - Страница 63

Это была бурная ночь, наполненная нежностью и радостью. Когда уже под утро утомленная Ласка заснула, он лежал рядом, глядя в потолок старой хижины.

Темнота теряла свою черноту, скоро должно было взойти солнце. Ласка тихо дышала ему в плечо и вдруг жалобно закричала:

– Не хочу, уйди!

Врон прижал ее к себе и прошептал:

– Это я, Врон, а тебе приснилось что-то плохое.

– Ты? – Она вздохнула и заплакала. – Хорошо, что это ты, а не стражи…

– Что случилось? – спросил Врон. – Я чем-то обидел тебя? – Его сердце стиснуло острой болью от жалости и нежности.

– Ты здесь ни при чем, – всхлипнула Ласка. – Мне просто приснилось, как меня сжигали на костре. Дрова были мокрые и никак не хотели разгораться, хоть стражи и вылили на них целую бочку масла. Но мои родные принесли сухие дрова, и огонь быстро охватил всю кучу хвороста. Пламя начало обжигать мои ноги, а моя сестра, отец и мать радостно приплясывали у костра, как на деревенском празднике, и весело кричали: «Жги ее, жги ее!»

Девушка уткнулась в его грудь.

– Никогда мне еще не было так страшно и горько. Обними меня, мне сейчас так холодно, словно у меня ледышка вместо сердца.

Врон погладил ее по голове и поцеловал холодные, соленые и мокрые от слез губы. Ласка еще что-то неразборчиво прошептала, а потом ее губы стали отвечать ему.

И все снова исчезло в ярком всполохе разноцветных искр. Когда он через какое-то время смог пошевелиться и отодвинуться от Ласки, он услышал, как она прошептала:

– Подо мной все еще земля качается, и голова кружится, словно я на огромных качелях взлетаю то высоко вверх, к самому небу, то вниз, к земле. Такого у меня еще никогда не было. Что со мной творится? Может быть, я еще больна?

– Я не знаю, – ответил Врон. – Но мне тоже было хорошо.

– Может, это и не от ран, – вздохнула Ласка. – Я устала так, как будто целый день провела на тренировке, размахивая тяжелым мечом. Что мы сегодня будем делать?

– Я пойду на охоту, – сказал Врон. – Может быть, найду оленя или кабана. Мы же, кажется, за этим сюда пришли?

– Нет, кажется, уже не за этим, – улыбнулась Ласка. – Но какого-нибудь зверя все равно надо добыть. Ты иди, а я еще немного посплю…

Врон встал, надел набедренную повязку, пристроил меч за спиной и тихо вышел из хижины.

Серый унылый туман висел над лесом, трава и кусты были влажными, и от них веяло холодом. Солнце еще не взошло, и стояла тишина, прерываемая только какой-то неугомонной птичкой, выводящей свои рулады.

Ему повезло: пройдя совсем немного, он вышел на большую поляну и увидел крупного оленя, спокойно щиплющего высокую траву. На мгновение их глаза встретились, олень высоко подпрыгнул и мгновенно исчез в кустах.

Если бы это было раньше, Врон бы только развел руками и пошел дальше, но сейчас он чувствовал в себе мощную энергию и поэтому побежал вслед за зверем.

Олень мчался высокими прыжками, пробивая себе путь через кусты мощным телом, а Врон просто перепрыгивал через них.

Погоня была недолгой, что даже несколько разочаровало Врона. Он догнал оленя и ударил его кулаком по голове. Тот упал и забился в предсмертной судороге.

Когда Врон склонился над ним, зверь уже был мертв.

Он недоверчиво покачал головой, удивившись тому, что он это сделал, взвалил теплую тушу себе на плечи и побежал к хижине.

Когда до нее осталось несколько сот шагов, его как будто обдало холодом, тело начало меняться, и он сбросил тушу на землю, чтобы не высосать жизненную силу из оленя. Что-то было тревожащее в тишине леса. Что-то смертельно опасное ждало его впереди.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Врон настороженно огляделся – около избушки ничего не изменилось, все было так же, как было, когда он уходил. На поляне не было видно следов, мокрая трава была не примята. Но внутри него тревожно колотилось сердце, холод продолжал подниматься от ног, а на коже уже кое-где выступила слизь.

Врон осторожно прокрался к хижине и, резко рванув покосившуюся дверь, заглянул внутрь. Но уже на мгновение раньше он догадался, что Ласки там нет. Ее одежда была разбросана на нарах, а в изголовье лежали в ножнах два ее меча.

У Врона в груди неприятно похолодело. Ласка не могла уйти, не взяв мечи, а это значило, что что-то случилось за то время, что его не было.

Он резко оглянулся, заметив боковым зрением едва уловимое движение, и увидел серую лапу с длинными когтями, бесшумно раздвигающую ветки куста.

Врон выхватил меч и встал в боевую стойку, настороженно разглядывая серого демона-воина, выходящего из-за кустов.

– Вот мы и снова встретились, человек, – проревел демон-воин.

– Где девушка? – спросил Врон, сердце гулко забилось, а его тело начало меняться еще быстрее – слизь уже полностью покрыла его кожу и начала подсыхать, образуя твердую корку.

– Она жива, – прорычал серый демон, останавливаясь в нескольких шагах от него. – И сейчас ее несут к проходу. Если она тебе нужна, то тебе придется пойти со мной.

– Как я могу верить тебе в том, что она жива, если каждый человек для вас всего лишь кусок мяса? – спросил Врон.

– Можешь не верить, – усмехнулся демон. – Могу признаться, что мысль съесть твою самку у нас возникала, но старый сказал, что она тебе дорога, и поэтому ее нужно доставить к нему живой.

– Откуда он это может знать? – спросил Врон.

– Старый знает много, поэтому он и старый, – проревел демон. – Он сказал: возьмите девушку, и человек пойдет за ней.

– Зачем она вам нужна?

– Она и не нужна, нужен ты, – проревел демон. – Старый хочет поговорить с тобой, поэтому он послал нас. Он сказал, что, если мы не возьмем девушку, ты сам не пойдешь, и нам придется с тобой драться.

– Если с девушкой что-то случится, – мрачно предупредил Врон, – или я узнаю, что вы с ней что-то сделали, я убью тебя.

Серый демон взмахнул своей лапой, и из кустов вокруг хижины на маленькую полянку выскочили еще четверо демонов.

– Ты думаешь, что справишься с нами, человек? Нас пятеро, а ты один, – проревел демон. – С удовольствием бы доказал тебе, что ты просто дурак, но старый сказал, чтобы мы тебя доставили целым и невредимым. Пойдешь за своей самкой, человек, или будем драться?