Мой строптивый малыш - Смит Маргарет - Страница 19

Доброе утро, Эмми, — улыбнулась Каролин.

Эмили поплотнее запахнула халат.

Доброе утро, — отозвалась она, старательно делая вид, что ничего особенного не случилось.

Я утром ходила в бассейн и нашла там вот это. — Каролин протянула Эмили желтый купальник и шлепанцы. — Это, кажется, ваше.

А-а, да… спасибо. — Эмили почувствовала, что краснеет. — Я вчера ночью решила поплавать.

Надеюсь, что с Тони, дорогая? Одной плавать опасно. Кстати, он где? Гуляет?

Тони? Да… наверное, гуляет.

Должно быть, вздумал прокатиться на своей кобылке. Что-то сегодня Мей понурая бродит. Вы случайно не знаете, что с ней такое?

Понятия не имею, — выдала Эмили, и глазом не моргнув.

А-а. Возможно, Дик все-таки поговорил с ней… хотя сомневаюсь. С тех пор, как мама Мей умерла, он ее балует до неприличия. Бедная девочка.

Виновато прижимая к груди купальник, Эмили выдавила вежливую улыбку, не представляя, как выпутаться из неприятной ситуации. Но волнения оказались напрасными: Каролин не задала ни единого лишнего вопроса. Она лишь улыбнулась, предложила спуститься к завтраку через час и с тем откланялась.

Эмили не помнила, как добралась до своей спальни. Закрыв за собой дверь, она в сердцах швырнула купальник на пол.

Черт бы тебя побрал, Энтони Рей! — процедила она сквозь зубы. — Этого я тебе не прощу. Никогда!

Однако через полчаса, приняв душ и немного остыв, Эмили все-таки решила, что Тони ни в чем не виноват. Наоборот, он дважды дал ей возможность сделать выбор самой. Сначала — у бассейна, а потом — в коридоре. Эмили могла бы сказать ему «нет» и удалиться к себе в гордом одиночестве. Но она дважды сказала «да». И пошла к нему.

И тут Эмили как током ударило. А та, блондинка… Она не вспоминала о том, что в жизни Тони есть другая женщина, с той самой минуты, как он подплыл к ней в бассейне. Да. Вчера она была с Тони, не думая о последствиях, хотя знала, что он никогда не будет принадлежать ей до конца. Никогда. Его сердце отдано той, другой…

Эмили горько улыбнулась своему отражению в зеркале. Интересная они пара. Она его любит, но боится привыкнуть к нему и потерять свою независимость. Он хочет ее, но любит другую. Так что их отношения могут строиться только на сексуальном влечении. А Эмили понимала, притом с убийственной ясностью, что у них с Тони ничего больше не будет. То, что случилось сегодня ночью, никогда не повторится. Потому что, если подобное произойдет вновь, она уже просто не сможет без него жить…

Эмили машинально открыла шкаф и достала брюки и клетчатую рубашку. Надо бы сходить в трейлер, сказала она себе, взять джинсы.

Она снова уставилась на себя в зеркало. Да, на ближайшие недели потребуется весь ее актерский талант. Придется разыгрывать из себя этакую стерву, чтобы убедить Тони в том, будто для нее вчерашняя ночь ничего не значит. То была ошибка. Человеку свойственно ошибаться… Да, непросто будет скрывать свое мучительное желание под маской ледяного равнодушия. На людях влюбленная невеста, которая души в женихе не чает, а с Тони наедине — язвительная вредина. А еще через пару месяцев она просто вернет ему кольцо, вежливо улыбнется и отправится восвояси, даже вида не подав, как ей больно и плохо и мерзко.

Итак. Приготовились. Сцена первая. «Мотор». На губах — улыбка. Глаза сияют. Ты и сама, дорогуша, не знаешь, какая ты замечательная актриса, сказала она себе не без горечи. Отражение в зеркале ответило ей насмешливой гримасой.

Уже через десять минут Эмили подошла к своему трейлеру. Дверца была заперта. Ключи остались у Тони. Но у нее были запасные в магнитном ящичке за задним номером.

Собрав вещи: джинсы и кое-что по мелочи, Эмили выглянула в окно. Тони стоял на крыльце и смотрел на ее трейлер с видом напряженным и озабоченным. Сердце у нее забилось чаще. Стараясь не обращать на это внимание, она поглубже вздохнула, изобразила на лице ослепительную улыбку, вышла из трейлера и прогулочным шагом направилась к дому. Проходя мимо Тони, она насмешливо приподняла бровь.

Боялся, что я убегу?

Он вошел следом за ней в холл и уже у самой лестницы схватил за руку.

Эмми?

Она обернулась к нему с вежливо-вопрошающим выражением на лице. Тони посмотрел ей прямо в глаза.

Вчера ночью… мы с тобой… Почему у меня такое чувство, что ничего этого не было? — спросил он, помолчав.

Чувство вполне понятное, — спокойно проговорила Эмили.

Он вздохнул и отпустил ее руку.

Ладно… что-нибудь не так?

Все так. Кстати, знаешь, с кем я столкнулась в коридоре, когда сегодня утром покинула твою спальню?

И с кем же?

С твоей мамой.

Ну и что? — Тони прищурился, пристально глядя на Эмили. — Моя мама не дурочка и не ханжа. Между прочим, она бы очень удивилась, узнав, что мы спим с тобой в разных комнатах.

Вот и славно… А теперь, если ты не против, я бы хотела подняться к себе и разложить вещи.

Эмили зашагала вверх по лестнице. Тони не тронулся с места, не окликнул ее, но она чувствовала, как он смотрит ей в спину…

Три следующих дня Эмили усердно искала, чем бы себя занять. Она плавала в бассейне, часами лежала на солнце, вела светские беседы с Каролин, познакомилась с Розой, экономкой, и Джошем, который оказался степенным господином, типичным чопорным английским дворецким, державшимся с достоинством лорда. Трудно было представить, что такой человек мог сидеть где-нибудь в кабаке и рыдать над кружкой пива.

Ссор с Тони она не искала, но он все равно на них нарывался. Как будто специально. Они снова стали врагами. Оставаясь наедине с Эмили, когда им не нужно было играть тягостную роль жениха и невесты, Тони превращался в ледяную статую. Да и на людях вел себя с Эмили холодно и отстраненно. Если бы Мей не убивалась так самозабвенно из-за «счастливой соперницы», то давно бы уже сообразила, что у влюбленной парочки далеко не все ладится.

К середине второй недели Эмили дошла до того, что стала серьезно подумывать, а не собрать ли вещички и не смыться ли потихоньку подальше отсюда. Конечно, так поступают только законченные трусихи, но и храбрец из нее не очень-то получался. Да гори оно все синим пламенем!.. Останавливало то, что Тони вполне мог ринуться в погоню… В общем, Эмили осталась…

А еще через пару дней она сидела у бассейна и рассеянно поигрывала соломинкой у себя в бокале, тупо уставившись в одну точку. Эмили едва успела изобразить радостную улыбку, заслышав шаги Каролин, как мама Тони подсела к ней и сказала:

— Не надо, Эмми. Незачем притворяться.

Улыбка Эмили тут же погасла.

Я же как-никак актриса, — выдавила она, отводя глаза.

И очень хорошая. Но женщине трудно скрыть что-либо от женщины. Особенно, если эта вторая женщина — мать. — Тень тревоги омрачила лицо Каролин. — Моя дорогая, простите, что лезу в чужие дела, но мне больно смотреть на вас с Тони. Что случилось?

Эмили беспокойно заерзала.

Мы… мы немного повздорили.

Немного повздорили? — Каролин покачала головой. — Я в жизни не видела, чтобы Тони был так расстроен. Да и вы тоже переживаете. Надо с этим кончать, Эмми. Один из вас должен сделать шаг к примирению.

То есть я? — уныло улыбнулась Эмили.

Боюсь, что да, — согласилась Каролин. — Я же вас предупреждала: гордость у него непомерная. Он так и будет ходить букой и огрызаться на всех и вся до победного. Так что волей-неволей придется либо поступиться собственным самолюбием, либо купить бронежилет, иначе вам просто не выдержать этих убийственных взглядов… — Эмили невольно рассмеялась. — Я знаю, Эмми, что вы любите моего сына. Я догадалась об этом сразу, как только увидела вас. По вашим глазам.

Эмили отвела взгляд.

Я и не думала, что это так заметно, — беспомощно пробормотала она.

Понимаете, Эмми, Тони из тех мужчин, которые любят раз в жизни, но уж если полюбят, то крепко и искренне. — Эмили невольно поморщилась. Сама того не желая, Каролин задела ее за больное. — Я очень рада, что он встретил вас.

«Но он не меня любит, нет!» — едва не выкрикнула Эмили.