Мой строптивый малыш - Смит Маргарет - Страница 18

Неожиданно ночь преисполнилась волшебством, и Эмили целиком отдалась ее зыбким и сладостным чарам. Она обняла Тони за шею и прильнула к нему всем телом, чувствуя его обжигающее желание и растворяясь в нем без остатка. Теперь поцелуй стал настойчивым, а тяга их тел друг к другу напоминала взрыв неизбывной ярости.

— Эмми, моя хорошая, — хрипло пробормотал он, оторвавшись наконец от ее губ. — Ты так мне нужна… Разреши остаться с тобой сегодня…

Ее глаза ответили ему: да. Тони судорожно вздохнул и подхватил женщину на руки.

7

Эмили легонько вздохнула. Хорошо! Удивительно хорошо! Как от него замечательно пахнет… чем-то чистым, немножечко пряным и очень мужским. Она еще попыталась определить про себя, какой смысл вкладывает в это понятие — «мужским», но тут вдруг поняла, что Тони, который нес ее на руках, внезапно остановился.

Подняв голову, Эмили обнаружила, что они стоят в коридоре на втором этаже — в самом дальнем от ее спальни конце. А прямо перед ними с озадаченным выражением на лице застыла в дверях Мей собственной персоной. В черном кружевном неглиже категории «детям до двадцати одного»… Увидев Тони с ношей на руках, она раздосадовано поморщилась.

Тебе что-нибудь нужно, Мей? — осведомился Тони нарочито спокойным тоном, и Эмили догадалась, что это его спальня.

Мей ошарашено глядела на них, заливаясь краской. Эмили стало смешно. Казалось, девушке и в голову не приходило, что Тони скорей всего будет спать не один, а со своей невестой.

Я… я потерялась… — пробормотала Мей. — Мне захотелось чего-нибудь перекусить…

Тони будто и не замечал ее соблазнительного одеяния, предназначенного для единственной и вполне очевидной цели.

Прямо по коридору и вниз по лестнице, — произнес он беспечно. — Когда спустишься, сразу направо. И дальше прямо до кухни.

С-спасибо.

На Мей, которая никак не могла справиться с потрясением, было жалко смотреть. В последний раз покосившись на Эмили, она понуро поплелась в указанном направлении.

Опустив глаза, Эмили обнаружила, что наброшенное полотенце скорей подчеркивает, чем скрывает ее наготу.

Я тебя предупреждала, — шепнула она, когда Мей скрылась из виду, свернув за угол.

Тони не отвечал. Он смотрел на нее, не отрывая глаз, в которых читалось какое-то странное сомнение. Она вдруг поняла: Тони боится, что непредвиденное столкновение с Мей изменило ее настроение или поколебало решимость.

К тебе пойдем или ко мне? — произнес он почти игриво, но Эмили все-таки уловила в его голосе нотку напряжения.

А куда ближе? — прошептала она, потому что уже не могла притворяться.

Он легонько поцеловал Эмили, внес к себе в спальню и захлопнул дверь, нетерпеливо ударив по ней ногой.

Эмили даже не успела сообразить, как они оказались в постели. Тони принялся покрывать поцелуями ее шею. А она, тихонько застонав от наслаждения, с нежностью скользнула пальцами по его спине. Он издал хриплый стон.

Да… — выдохнул Тони. — Прикасайся ко мне. Я хочу, чтобы ты прикасалась ко мне… Эмми.

Кожа, где он целовал ее, казалось, горела огнем.

Волна трепещущего желания смела годы тоски. Безудержная ярость и злость, разделявшие их так долго, испарились в единый миг. То, что Эмили так упорно таила в себе, прорвалось наконец наружу. Она хотела Тони— жадно, отчаянно. Хотела снова почувствовать, как это бывает: отдаться ему целиком, без остатка.

Дикие, первобытные ощущения, которые будили в ней прикосновения Тони и которых она почему-то стеснялась раньше, уже не пугали. Теперь она полностью подчинилась глубинному зову своего естества. А потом одним мощным толчком Тони вошел в нее, и у Эмили перехватило дыхание. Ее тело выгнулось ему навстречу. Тони замер на миг, словно наслаждаясь уже тем, что она позволила ему взять себя. Дрожь прошла по его телу, и через мгновение он начал двигаться в первозданном ритме, древнем, как мир.

Эмми вторила ему, прильнув к нему всем телом, будто воспевавшим славу любви. Еще секунда — и туго сжатая в ней спираль страсти распрямилась толчком наивысшего наслаждения. С приглушенным стоном Эмили уткнусь в шею мужчины, который довел ее до шины блаженства.

Время словно остановилось. А потом Тони нежно поцеловал Эмили, чуть отстранил, лег рядом и обнял, тихонько нашептывая имя. А Эмили вдруг охватил тот самый панический страх, который всегда появлялся в такие мгновения. Она гнала его от себя, прижимаясь теснее к Тони, точно ища у него поддержки. Неужели все женщины испытывают это странное чувство? Неужели так будет всегда — этот ужас и ощущение неизбывного одиночества… Так было три года назад, и все повторилось снова.

Она никогда не рассказывала об этом Тони. Как объяснить другому человеку то, чего и сам не понимаешь? Вот и сейчас она молчала, но Тони, кажется, обо всем догадался. Он ласково гладил ее по спине. Что-то нашептывал на ухо — какие-то милые пустяки. И постепенно напряжение прошло.

Как это здорово: засыпать у него на груди, прислушиваясь к тому, как сильно и уверенно бьется его сердце, подумала Эмили. Ей было уютно и мягко. Так, как и должно быть…

Когда Эмили проснулась, уже светало. Тони лежал рядом и смотрел на нее, не отрываясь. Желание, горящее в его взгляде, передалось и женщине. Она прильнула к нему, не колеблясь ни секунды.

Теперь, когда страсть была утолена, то отчаянное исступление, с которым они предавались любви ночью, сменилось изощренной нежностью. Они смаковали каждое прикосновение, каждый поцелуй. Умелые ласки Тони едва не свели Эмили с ума. И он тоже вздрагивал и стонал под ее дразнящими губами.

А потом он сгреб Эмили в охапку и, не давая даже пошевелиться, принялся полизывать ее шею, груди… Она уже извивалась в сладостной муке. Казалось, если Тони не возьмет ее прямо сейчас, Эмили просто умрет от переполнявшего ее возбуждения…

Но когда он сам, доведенный до пика желания, попытался войти в нее, Эмили игриво уклонилась, в свою очередь отказывая ему в наивысшем наслаждении. Это была опасная игра, но она вела ее как знающая и искушенная обольстительница, которой инстинкт подсказывал что делать.

Но уже очень скоро мягкая настойчивость Тони, настойчивость мужчины, который хочет обладать своей женщиной, одержала верх и Эмили перестала противиться. Она испытала небывалое, восхитительное удовлетворение, наконец подчинившись ему. И томительное ожидание развязки разрешилось ослепительным взрывом, дождем золотистых искр.

А когда все закончилось, Эмили опять охватил непонятный страх. И Тони снова ее успокоил. Свернувшись калачиком в его теплых объятиях, уже засыпая, она подумала: быть может, он знает, чего она так боится? Иногда казалось, что Тони знает о ней все.

Ее разбудил луч солнца, бьющий прямо в глаза. Зажмурившись, Эмили перевернулась на бок, и ее рука легла на прохладную простыню. Она замерла. Нет, тут что-то не так, это неправильно. Постель не должна быть пустой… И вдруг, как отрезвляющий ливень, на нее нахлынули воспоминания о событиях прошлой ночи. Она рывком села в постели, открыла глаза и, испуганно озираясь, обвела взглядом незнакомую комнату.

Тони не было. Эмили безотчетно натянула на себя одеяло, прикрывая обнаженную грудь. В ногах кровати, поверх одеяла лежал ее желтый халат. Любопытно, как он тут оказался? До Эмили даже не сразу дошло, что, наверное, Тони его и принес.

Итак, подведем итоги. Она — в спальне у Тони. Одна. Который час, интересно? А Бог его знает. Часов в комнате нет. Судя по положению солнца, сейчас еще утро. И куда делся Тони?

А если кто-то войдет и застанет ее здесь… Эмили как ошпаренная вскочила с постели и быстро надела халат. Она очень надеялась, что ей удастся пробраться к себе незамеченной, и тогда никто, кроме Тони, не узнает, какого она сваляла дурака прошлой ночью.

Эмили осторожно выглянула в коридор. Слава Богу, никого. Вздохнув с облегчением, она бросилась к себе в спальню и… едва не сбила с ног Каролин. Вот уж конфуз так конфуз: провести ночь «во грехе» с мужчиной, а выходя из его спальни, столкнуться нос к носу с его родной матерью. Бывает, наверное, хуже, но редко.