Все о непослушных принцессах и коварных драконах - Рэде Патриция - Страница 126

Как выяснилось, они вовремя спохватились. Окутавшие незадачливого Бандита чары уже начали разъедать даже пустотную оболочку осла. Он становился прозрачным. Еще немного, и Бандит растает в воздухе, как облачко дыма, развеянное ветром. Потребовались двойные усилия ведьмы и чародея, чтобы сначала хотя бы остановить роковое действие чар. Осел уже не таял, не превращался в дрожащее марево. Правда, полкопыта на правой передней ноге успело раствориться, словно его срезало острой косой. Если бы Бандит не был крылатым и ему пришлось топать по земле, как всем нормальным ослам, он вдобавок оказался бы и хромым!

Но Морвен и Телемайн продолжали ворожить. Чародей соединял проволочки, нанизывал на нитки большие и маленькие пуговицы и все это развешивал на осле, как на новогодней елке. А Морвен просто поглаживала беднягу по щетинистой, мокрой от слез щеке и что-то ласково шептала. И случилось чудо! По шкуре осла вдруг побежали цепочки искр, тело налилось тяжестью. Для пробы он подлетел к дереву и с размаху ткнулся головой в ствол.

— Иа-иа-аа! — завопил от боли и одновременно от радости Бандит. Он перестал быть пустотой!

Все оторвались от своих дел и с интересом наблюдали за превращениями осла.

— Ну вот, — вздохнул Телемайн, собирая свои инструменты. — А работы оказалось больше, чем я ожидал.

И он с удовлетворением оглядел крылатого осла, порхающего вокруг деревьев.

— Вы закончили? — спросила Симорен. — Тогда прошу всех к столу!

— Первая часть заклинания удалась, — проговорил довольный собой Телемайн. — Думаю закрепить его навсегда.

— Что-о? — взревел Бандит. — Навсегда оставить меня ослом?

— А ты в любой шкуре останешься ослом, — не преминула вставить Фырк.

— Видишь ли, — осторожно начала Морвен, — к тебе приклеилось слишком много волшебства, несколько слоев. Их невозможно счистить сразу. Счастье, что нам удалось снять верхний слой.

— Ты хочешь сказать, что я всю жизнь так и буду двухметровым голубым ослом с птичьими кры-ыльями-иии? — завыл Бандит.

— Считай, что тебе повезло, — заметил Мистер Беда. — В осла умещается намного больше еды, чем в кролика.

— И еще неизвестно, что лучше, кролик осел или осел кролик, — добавила Фырк.

— Но я хочу быть кроликом!

— Замолчите! — строго прикрикнула Морвен. — Как я и говорила, снять заклинания почти невозможно, но передвинуть их...

— ...элементарное волшебство, — подтвердил Телемайн. — Нам даже не потребуется специальных приспособлений. На кого бы перенести эти чары?

Морвен улыбнулась, и улыбка это не предвещала кому-то ничего хорошего.

— Симорен, не будешь ли ты любезна попросить Виллина привести на минутку Мак-Арона Кайетама Гриподжиона Вамиста? — нежным голоском пропела ведьма. — Это не займет у нас много времени. А потом мы сможем спокойно сесть и пообедать.

Минуту Симорен и Телемайн недоуменно смотрели на Морвен. Потом и они начали улыбаться.

— С превеликим удовольствием, — сказала Симорен и кликнула Виллина.

Почти тотчас же появился Вамист, охраняемый с двух боков Виллином и Амори.

— Что вам нужно? — задиристо пропищал Вамист. — Я требую, чтобы меня немедленно отправили домой!

— Через минуту твое желание будет исполнено, — зловеще проговорила Морвен. — Встань-ка рядом с Бандитом. Мистер Беда! Фырк!..

— Мы уже тут, — мурлыкнула Фырк, усаживаясь у ног ведьмы. — Можешь начинать.

— Отлично! — Морвен подняла левую руку ладонью вверх, затем щелкнула пальцами и отчетливо произнесла:

Как только она произнесла последнее слово, Бандит замерцал зеленым светом. Мерцающее облако словно бы сползло с тела осла и окутало Вамиста.

— Ой-ой-ой! — запищал Вамист.

— Иа! О-оо! — удивленно проревел осел.

И вдруг на землю шлепнулся обычный коричневый с белым животиком кролик. А над ним воспарил голубой осел с совершенно лысой макушкой между большими ушами.

— Гляньте, у него лысина! — хихикнула Фырк.

— Что... ииии-ааа! — заверещал Вамист. — Не-ет, вы не имеете права!

— Беда с этими плешивыми скандалистами! — пробурчал Мистер Беда.

— Ну и чудовище! — ахнул кролик Бандит. — Неужто я был похож на этого урода?

— У тебя не было лысины, — успокоила его Фырк.

— Вы не можете оставить меня в таком виде! — уже не пищал а ревел по-ослиному Вамист. — Я просто не могу быть ослом!

— Ты не просто осел, — широко улыбалась Морвен. — Ты двухметровый ярко-голубой летающий осел с птичьими крыльями. Телемайн, повернулась она к чародею, — у тебя осталось немного энергии, чтобы отослать нашего крылатого друга на главную площадь его родного города?

— Думаю, что справлюсь, — откликнулся Телемайн.

— Не-ет! Я не хочу становиться посмешищем всех окрестных сел и городов! — дергался в воздухе осел Вамист. — И кто же станет слушать осла?

— Никто, — с облегчением вздохнул Брандель. — Никто уже не станет прислушиваться к словам длинноухого дуралея. Морвен, ты сотворила чудо!

— Здорово! — подхватила Симорен. — И как ты до этого додумалась?

— Это пришло мне в голову, когда Фырк сказала, что «он глуп, как осел». Но меня сейчас больше тревожит замерший замок.

Однако ни придумать, ни сделать что-нибудь они так и не смогли. Телемайн потратил час на изучение защитного заклинания, но не сумел найти ни единого способа разрушить его. Драконы даже близко не могли подойти к светящемуся колпаку, потому что колдовство действовало на них так же, как и посохи колдунов, заставляя чихать до слез, до потери дыхания. Волшебство Огненных ведьм просто отскакивало, как мячик от стены. В отчаянии Симорен даже попыталась проткнуть световой колпак мечом Менданбара, но острие, коснувшись светящейся оболочки, замерло, не отколов и крупинки света.

— Нам ничего не остается, как ждать рождения ребенка, — покачал головой Телемайн.

— Я еще не сдалась! — воскликнула Симорен. — Должен же быть какой-то способ пробраться внутрь и вытащить оттуда Менданбара.

— Не упрямствуй, — охолодила ее Морвен. — Защитные заклинания подчиняются течению времени больше, чем самым волшебным ключам и отмычкам. Вспомни спящую красавицу. Она спала сто лет и все же проснулась. Правда, ее окружала живая вересковая изгородь, а не мертвый, холодный свет. И все же...

— Я не сдаюсь! — повторяла Симорен. — И уж наверняка не стану ждать сто лет!

И она не сдавалась. Во все то время, пока Телемайн и Морвен избавлялись от Вамиста-осла и отсылали кролика Бандита на его любимую клеверную поляну, пока драконы прочесывали Заколдованный Лес в поисках случайно заплутавших колдунов, пока Огненные ведьмы, пожелавшие остаться в Лесу, строили свои лесные домики, Симорен испробовала сотни способов, пытаясь пробраться в замерший замок сквозь колдовское заклинание. Гномы по ее просьбе рыли тоннели. Птицы пытались расклевать макушку колпака. Сама она обрызгивала мерцающую стену мыльно-лимонной водой и посыпала размолотыми драконьими чешуйками, собранными в пещерах. Она выспросила у Морвен и Телемайна все возможные заклинания и выкрикивала или шептала их и днем и ночью.

Так прошло два месяца. Ничего не получалось.

Казюль оставила отряд драконов, и те следили, чтобы колдуны не появлялись около замка. И сама драконша часто наведывалась в гости. Иногда она пыталась убедить Симорен отступиться и успокоиться до того дня, когда у нее родится сын.

— Поверь, — толковала драконша, — я пролистала самые древние латинские хроники, и все они говорят, что только сын может спасти заколдованного отца, лишь наследник короля Заколдованного Леса сумеет пробиться в замок и навсегда покончить с колдунами.

А между тем по Лесу и окрестностям начали ходить самые разные слухи. Каждый считал, что только он знает правду о битве короля с колдунами, о том, куда пропал и где находится король Менданбар.