Верный обманщик - Нортон Хельга - Страница 14

— Игра слов, Стюарт. А суть остается та же.

— Ты ужасно твердолоба, Ариэль. И не в меру цинична для такой миловидной женщины.

— Может быть, но какая тебе разница? — с вызовом повторила она.

Стюарт ничего не ответил и завел мотор.

7

Час спустя они свернули на проселочную дорогу и оказались у высоких чугунных ворот. Из сторожевой будки поспешно выскочил смотритель и вытянулся в струнку перед хозяином.

Потом он так же поспешно распахнул ворота, и машина въехала на длинную подъездную аллею, идущую к особняку не прямо, а легкими изгибами!

— Добро пожаловать в Хемилтон-парк, Ариэль! — торжественно провозгласил Стюарт.

Ариэль бросила на него несколько удивленный взгляд и тут же забыла о нем, увлекшись созерцанием ландшафта. Да, это было впечатляющее местечко! Подъездную аллею, вымощенную серым гранитом, окаймляла полоса ухоженного газона, за которым высился ряд столетних дубов. За дубами простирался тенистый парк из разных пород деревьев. Потом машина вынырнула на открытую местность, в центре которой находился особняк: грандиозное трехэтажное строение с выступающими вперед боковыми крыльями, покатой кровлей, окаймленной беломраморной балюстрадой, и множеством ослепительно сверкающих на солнце окон. В середине второго этажа, над крыльцом, находился длинный балкон из чугунного кружева, поддерживаемый мраморными колоннами. Воплощение изящества, внушительности и безупречной красоты.

Настоящий дворец! — восхищенно подумала Ариэль.

Перед особняком был разбит голландский сад: на огромных прямоугольных газонах выложены замысловатые узоры из белой и темно-красной мраморной крошки. Газоны окружала полоса ярких цветов, чередующихся с подстриженным в виде пирамид можжевельником. За особняком изумрудно-зеленые лужайки террасами спускались к блестевшему вдалеке морю. В стороны от голландского сада разбегались аллеи, обсаженные подстриженным кустарником и ведущие к изящным павильонам.

— Черт возьми! — воскликнула Ариэль, созерцая широко распахнутыми глазами открывшуюся ей красоту.

Стюарт ласково рассмеялся.

— И это все, что ты можешь сказать?

— Я вообще ничего не могу сказать, потому что у меня нет слов, — откровенно призналась Ариэль. — Да, Стюарт Хемилтон, ты счастливчик! Отхватить по наследству такой домишко… Я бы многое за это отдала.

— И как много? — спросил Стюарт.

Но Ариэль его не слушала. Все ее внимание было поглощено парком и дворцом.

Стюарт вышел из машины, распахнул дверцу со стороны Ариэль и помог ей выйти. Пока Ариэль восхищенно глазела на чудеса, к Стюарту подошел слуга в парадном смокинге и они о чем-то заговорили. Потом Стюарт взял Ариэль за руку и повел к мраморному крыльцу.

— Давай поторопимся, — сказал он. — Моя бывшая супруга здесь, и я не хочу давать ей время узнать о нашем приезде. Предпочитаю застать ее врасплох.

Просторный холл был отделан темно-зеленым мрамором. По обе стороны холла две изогнутые мраморные лестницы, покрытые красными коврами, вели на галерею второго этажа. Ариэль машинально потянулась к одной из лестниц, но Стюарт придержал ее за руку.

— Не сейчас, Ариэль. Сейчас нам надо пройти на террасу. Там моя бабушка и Летиция… Эй, Ариэль! — Он ласково потрепал ее по щеке. — Приди в себя, дорогая, прошу тебя. Наступает тот самый ответственный момент, который мы репетировали в гостинице.

— Что? Ах да! — Ариэль потрясла головой. — Да, Стюарт, извини. Не беспокойся, я прекрасно помню, как мне надлежит себя вести.

Он посмотрел на нее с большим сомнением.

— Ну вот что. Пойдем-ка сначала в библиотеку, покурим и выпьем по рюмке коньяка.

— Ты с ума сошел! Мне же предстоит знакомство с твоей бабушкой!

— Вот именно, — рассмеялся он. — Или ты забыла, что я собираюсь ее шокировать?

В библиотеке Ариэль немного пришла в себя: во-первых, потому, что здесь царили уют и тишина, а во-вторых, потому, что библиотека была отделана с меньшей пышностью, чем парадный вестибюль. Это была просторная комната с видом на буковую аллею. Вдоль стен располагались высокие шкафы с книгами, возле темно-красного мраморного камина в стиле Елизаветы Тюдор стояли массивные кресла, обитые бархатом цвета морской волны, с красивыми гобеленовыми подушками. На мраморном столике у огромного трехстворчатого окна стояла вазочка с ландышами.

— Если не ошибаюсь, эта комната твое любимое логово? — спросила Ариэль, плюхаясь в одно из кресел.

— Угадала, — улыбнулся Стюарт. Он прошел к бару, достал коньяк и разлил его по хрустальным рюмкам. — За знакомство с типичной английской усадьбой, Ариэль! — провозгласил он.

— И за то, чтобы проведенное здесь время пошло мне на пользу, а не во вред, — прибавила она.

Потом они закурили, и Стюарт принялся деловито излагать Ариэль план действий. Впрочем, он напрасно тратил время, так как Ариэль уже ясно представляла линию своего поведения в Хемилтон-парке. К тому же они недавно отрепетировали некоторые сцены.

— Ну что ж, — сказала она, когда Стюарт замолчал. — Вперед! На приступ вражеской крепости!

— Хорошие слова, — усмехнулся он. — Особенно если принять во внимание, что ты считаешь меня своим врагом.

— Именно так, — с дружелюбной улыбкой, но совершенно серьезно сказала Ариэль. — Кстати, Стюарт, — вдруг спохватилась она, — а ты не боишься, что твоей бабушке станет плохо с сердцем? Мне бы этого совсем не хотелось, ведь она-то мне не враг!

— Не беспокойся, сердце у нее крепкое, — ответил Стюарт. — К тому же я звонил ей из Лондона и предупредил, что приеду не один, а с одной прелестной молодой леди.

— Глупец! — презрительно изрекла Ариэль. — Ты разрушил всю интригу!

— Ничего подобного. Я ведь сказал, что приеду с леди. А ты, дорогая моя Ариэль, не леди.

— Ха! Можно подумать, ты истинный джентльмен!

Пройдя ряд роскошно отделанных покоев, они вышли на террасу, с которой спускалась на лужайку широкая лестница. В дальнем конце террасы, под полотняным навесом, стоял круглый стол, окруженный плетеными креслами. В одном кресле сидела сухопарая пожилая леди в длинном сиреневом платье. В другом, напротив нее, — женщина лет тридцати. Она была в элегантном желтом костюме, состоящем из приталенного жакета с длинными рукавами и узкой юбки длиной чуть выше колен. На ногах женщины были коричневые туфли крокодиловой кожи на высоченной шпильке. Крохотная сумочка из той же кожи висела на спинке кресла. В ушах женщины поблескивали сережки с золотистыми топазами в обрамлении крохотных бриллиантов. На тонком запястье правой руки сверкал золотой браслет элегантных часиков, тоже усыпанных топазами и крохотными бриллиантами. Одним словом, настоящее воплощение хорошего вкуса. Все такое безукоризненное, подобранное в тон и наверняка дорогое.

Петиция Хемилтон, догадалась Ариэль. И внезапно почувствовала, как в ней поднимается ненависть к этой ухоженной богатой дамочке. Эта особа в течение нескольких лет была женой Стюарта. Жила с ним в одном доме, обедала за одним столом, спала в его постели… Ариэль понимала, что охватившие ее чувства по меньшей мере странны. Но ничего не могла с собой поделать.

Пока они шли со Стюартом вдоль террасы, она пыталась объективно определить, насколько хороша Петиция. Да, пожалуй, недурна. Правда, по какой-то иронии судьбы красота Летиции относилась к тому типу внешности, который издавна ненавидела Ариэль. Она была очень худой, с длинными ногами, скорее тонкими, чем стройными. Ее волосы имели оттенок меди и были пострижены в виде каре. Черты ее лица были мелкими: вздернутый носик-пипка, маленький круглый ротик и круглые зеленые глазки, придававшие ей сходство с рыбой.

Отвратительная баба! — подумала Ариэль. И как только Стюарт мог посчитать ее сексуальной?

— Стюарт! — радостно воскликнула леди Джоанна, делая движение ему навстречу. — Ну наконец-то! А то я уж подумала, что ты решил податься на Французскую Ривьеру, как все наши соседи, молодые бездельники.