Водный мир - Мушинский Олег - Страница 40

— Фервор с тобой. Бываешь же ты упертым. Прямо айсберг, а не человек.

Хех быстро пересчитал полоски мяса, сгреб сразу три связки и одним широким движением метнул их на нижнюю полку. Даже раскладывай он по одной, полоски не легли бы ровнее. Хех открыл ящичек в своей плавучей раме, и вынул горсть монет. Старательно отсчитал плату.

— Здесь не все, — холодно сказала Лимия.

— А выпивка?! — возмутился Хех.

— На такую сумму мы бы не выпили даже вместе с тобой, — возразила Лимия.

— Ты меня обижаешь.

— Пока еще нет.

Хех тяжело вздохнул и добавил несколько монеток. Лимия коротко кивнула, и Дерк сгреб деньги со стойки.

— Вот когда ты станешь старой и никому не нужной, придешь просить местечко потеплее у старика Хеха, и тогда он напомнит тебе, как ты была жестокосердна, — пообещал Хех.

— Даже ты столько не проживешь, — отмахнулась Лимия. — Бывай.

— До новой встречи.

На пороге Алина оглянулась. Хех аккуратно перелил недопитую бурду из чашки обратно в бурдюк, и старательно выписывал мелом на черной доске: "только сегодня — действительно свежее мясо! Одна порция — три розовых". Алина вздохнула и вошла в шлюз.

На "Сагитте" уже вовсю шли ремонтные работы. Трое ветхих старцев без видимых увечий умело заводили темную доску. Даже Лимия не нашла, к чему придраться. Едва они управились, из-под причала выплыл еще один, безногий. У него была такая же рама, как у Хеха, но вместо маленького ящичка для монет слева крепился солидный чан с гнусно пахнущим варевом. Безногий проплыл вдоль борта, и промазал этим варевом швы. Фалко придирчиво оглядел работу, одобрительно кивнул и наградил каждого мастера белой коралкой. Те благодарно кивнули, и моментально исчезли.

К сходням подошел офицер. Озадаченно наморщив лоб, он поглядывал то на Фалко, то в бумажку, которую держал в руках. Офицера сопровождали шестеро солдат со шпагами и мушкетами.

— Только не говорите, что собираетесь произнести прощальную речь, — усмехнулся Фалко.

— Вот еще, — фыркнул офицер. — Пока вы ремонтировались, один из местных на вас донос сочинил. Мол, пират вы и предводитель пиратов. Я уж, не обессудьте, когда ваше предупреждение о краббах отправлял, заодно и запрос на вас в Кампавалис сделал. Простите, служба.

— И что же вам ответили? — поинтересовался Фалко.

— Описали вас довольно точно. А еще здесь сказано, что вы — белый проповедник…

— Проповедник пути Светлого Меркуцио, — уточнил Фалко.

— Так тут и написано. Ага, вот: несет свет белой веры нашим северным соседям, а что до методов этого бандита, которые действительно суть пиратские, то, хвала Алгоре, это забота храма, а не полиции. Подписано: старший инспектор Пертинакс.

Фалко проворчал нечто далеко не лестное для инспектора. Лимия ненавязчиво подвинула его в сторону.

— Так к нам никаких вопросов, офицер? — спросила она, подарив тому одну из самых своих очаровательных улыбок.

— Нет, нет. Я скорее поверю в Кракена, чем в белого проповедника-пирата, — немедля растаял тот. — Тем более, раз уж его сопровождает офицер королевского флота — нет причин для волнений. Уверен, что вы сумеете удержать неистового проповедника в рамках закона. Хотя бы в королевских водах. Еще раз прошу простить, служба.

— Мы все понимаем, — заверила его Лимия. — А можно спросить, кто же посмел назвать белого проповедника пиратом?

Офицер виновато развел руками.

— Такие вещи редко подписывают, и обычно передают через третьи руки. Я, конечно, проведу служебное расследование по факту клеветы, но скорых результатов не обещаю.

— Но если они все-таки будут, вы ведь известите Фалко?

— Всенепременно.

По знаку офицера двое солдат отложили оружие, и помогли "Сагитте" отшвартоваться. Мимо проплыл недавний безрукий старик в ластах. В этот раз на нем была потертая кожаная сбруя, к которой крепился объемный с виду мешок. Старик остановился в воде и окинул экипаж "Сагитты" цепким внимательным взглядом.

— Греби давай! — прикрикнул на него офицер.

Алина сочувственно посмотрела на старика. Его ответный взгляд был исполнен такой ненависти, что девушка отшатнулась. Офицер заметил это, и обрушился на старика с бранью. Тот, не отвечая, проплыл мимо, и нырнул у крайней башни. Лимия по дружески обняла Алину за плечи.

— Не обращай на них внимания, сестренка, — посоветовала она. — Так будет лучше и для тебя, и для них.

— Ты видела его глаза, Эля? — прошептала Алина.

— Угу. Зависть вообще вредная штука, а когда она гложет постоянно, то в результате получается такой вот маразматик. Займись лучше чем-нибудь, и выкини его из головы.

— Я попробую, — неуверенно пообещала Алина.

Сильный южный ветер наполнил паруса "Сагитты", и лодка быстро побежала по волнам, прочь от дурно пахнущего поселения. Фалко правил строго на север. Дверь каюты отворилась и из нее, как из пушки, головой вперед вылетел человек. Следом вышла тень в распахнутом плаще.

— Это еще что за прилипала?! — возмутился Фалко.

Дерк ловко перехватил человека в конце пути, поставил на колени и приставил к горлу свой тесак. Незваный пассажир испуганно замер. Фалко закрепил руль, и подошел ближе. Человек был основательно бит, крепко связан и смертельно испуган. Во рту торчал кляп. Единственная рука человека была заведена за спину и притянута к затылку. Глаза стремились через лоб на встречу с ней. Подошедшая тень протянула Фалко кривой разделочный нож.

— Он забрался, когда вы все отсутствовали, и, надо признать, для человека был довольно ловок, — сообщила она. — Вначале я приняла его за вора. Оказался убийцей. Говорит, его наняли зарезать обеих сестер вот этой вот штукой.

— Ах ты…

Дерк едва успел отшатнуться. Разъяренная Лимия голодной акулой набросилась на пленника. Удары сыпались с такой частотой, что тот не успевал вскрикивать, и только протяжно мычал через кляп. Потрясенная Алина испуганно пятилась, пока не уперлась в опреснитель.

— Спокойнее, спокойнее, — вмешался Фалко. — Гнев — это проклятие Фервора.

— Спокойнее?! Эта тварь собиралась зарезать Алю! Сейчас он мне скажет, кто его подослал, а потом…

— Он ничего не скажет с этой штукой во рту, — возразил Фалко. — А ты своей дикостью сестру пугаешь.

— Что? — Лимия обернулась. — Извини, Аля. Мы тут люди простые.

— Я заметила, — ответила Алина. — Вначале навалитесь, а только потом думаете, знал ли человек хоть что-нибудь?

Пленник согласно закивал головой, за что немедленно получил смачный удар по печени.

— Я тебе покиваю, тварь, — пригрозила Лимия.

Она рывком выдернула кляп. Фалко бросил взгляд на тень. Та лениво наблюдала за происходящим. Определенно, она уже вытрясла из человека все, что ей было нужно, и его дальнейшей судьбой не интересовалась. Брику стало любопытно, почему она не убила пленника? Если спросить в лоб, вряд ли скажет, да и странно будет выглядеть такой вопрос, если его задаст белый проповедник. У тени вполне хватит нахальства ответить подходящей цитатой из учения Алгоры.

— Отвернись, Аля, — попросила Лимия. — Сейчас я этого гада буду убивать медленно и страшно.

— Вот только не надо путать мою лодку с камерой пыток, — возразил Фалко.

Пленник глазами выразил полную солидарность, но сказать что-либо не посмел. Фалко присел рядом.

— Так, — сказал он. — Давай делиться знаниями.

— Все скажу, — истово пообещал пленник. — Только не убивайте.

— Не пойдет, — холодно возразила Лимия. — Ты хотел убить меня, и за это сам умрешь. Еще ты хотел убить мою сестру, и за это я тебе кишки через ноздри выну. Ты можешь выбрать: в какой последовательности произойдут эти два события.

Пленник побелел и приготовился упасть в обморок.

— Твоя судьба в руках Алгоры, а она обычно милосердна, — утешил его Фалко. — Так что ты не слушай, а давай сам говори.

Пленник кивнул и торопливо зачастил.

— Меня наняли. Улти. Сказал, есть работа. Дал двенадцать беленьких. Сказал, надо убить обеих сестер, и тогда еще столько же даст. Я вам не враг, просто деньги очень нужны.