Водный мир - Мушинский Олег - Страница 38

— Это, пожалуй, можно так выбросить, — сказал Фалко.

— Эй, это мой трофей, — возмутилась Алина. — Я сама его победила. И он, кстати, выглядит понежнее всех прочих.

— Это верно, — усмехнулась Лимия. — Что, Фалко, мужская солидарность взыграла?

— В смысле? — ничего не поняла Алина.

— Это гектокотиль, — пояснила тень.

Судя по взгляду Алины, это объяснение ничего не объяснило. Тень улыбнулась, и спокойно пояснила:

— Это его мужское достоинство.

— Такое большое? — опешила Алина.

— Он и сам не маленький, — сказала тень. — Да ему и надо больше. Гектокотиль, когда приходит время, отделяется от мужской особи, и сам плывет к женской. Наши ученые раньше считали, что это — червь-паразит. Теперь говорят, что ошибались, и это, оказывается самоходный мужской орган. Лично я разницы не улавливаю, но им виднее.

— А ты его гарпуном, — мягко укорил Фалко.

— Сам виноват! — вскинулась Алина, и снова оглядела свой трофей. — Бр-р-р. Кошмар. Умеете же вы напугать. Я теперь только в подводном костюме купаться буду. Где там твоя зубатка, Брик?

Поселение со звучным названием Фремебундус со стороны не выглядело такой уж дырой. Длинные подводные дома были надежно укрыты от сезонных штормов за коралловым рифом. От других напастей поселение прикрывала сверху вполне современная плавучая крепость. Построенная, если судить по выдвижным стрелковым платформам на высоких башнях, не более, чем три года назад. Крепость соединялась навесными мостами с небольшим портом. Три плавучие башни да два причала между ними — вот и все его надводное хозяйство.

Приближаясь, "Сагитта" уменьшила ход. На обоих причалах скучали часовые с мушкетами. Фалко насчитал человек десять, включая тех, кто выглядывал из-за зубцов плавучих башен. Чуть дальше, за крайней башней, покачивался на волне широкий боевой плот, с парой легких пушек и катапультой для сброса глубинных ядер. Из-за крепости высовывался бушприт пришвартованного там корабля. Какой бы дырой не было это поселение, охранялось оно основательно.

Впрочем, ответ в самом буквальном смысле лежал на поверхности. Точнее, разливался по ней отнюдь не благоухающим ароматом. Здесь добывали селитру. Источником запаха были большущие плавучие чаны, заваленные, выражаясь официально, разлагающейся органикой. Проще говоря — тухлой мертвечиной.

— Ну и пакость, — скривила нос Алина. — Может, стоит им сказать, что мясо давно стухло?

— Они в курсе, — ответила Лимия. — Просто ждут, пока оно совсем сгниет.

— Зачем?!

— Пока эта куча гниет, там образуется аммиак, — пояснил Фалко. — Тоже та еще вонючка. Потом его перегоняют вон в те баки, видишь, с дырами. Там особые бактерии превращают аммиак в азотную кислоту. Потом еще чего-то мутят, добавляют древесную золу, и получают селитру. А вон в той башне, если не ошибаюсь, из морской соли выделяют серу. Воняет не менее пакостно, но тоже нужная штука. Из всего этого, плюс сушеные водоросли, делают порох, а порох, как известно, — двигатель прогресса.

— Никогда бы не подумала, что прогресс так дурно пахнет, — заметила Алина, стараясь пореже дышать.

— Что ты хочешь? Первый принцип цивилизации — за все надо платить. Это тебе не дар Алгоры.

— Скорее уж, Фервора, — фыркнула Алина. — Мы надолго сюда?

— Нет. Возможно, нас даже сразу прогонят.

— Не прогонят, — возразила Лимия. — Деньги все любят.

— Посмотрим, — сказал Фалко, поворачивая рулевой рычаг.

"Сагитта" описала дугу, нацелившись пристать бортом к левому причалу. С мостика, соединявшего порт с крепостью, их окликнул высокий человек в офицерском мундире.

— Эй, на "Сагитте", что вам надо?

— Небольшой ремонт, — ответил Фалко, и указал на борт. — Лучше темным деревом, если продадите.

— Если деньги есть, отчего не продать, — спокойно ответил офицер. — Запас есть. Швартуйтесь.

Фалко аккуратно подвел лодку к причалу. Дерк перебросил канат через борт, прыгнул следом и быстро привязал "Сагитту" к коралловым кнехтам. По настилу подошел офицер. С некоторым сомнением оглядел разношерстную команду "Сагитты". Тень сочла целесообразным не засвечиваться, и заранее укрылась в каюте. Фалко перебросил сходни, закрепил их и сошел на причал.

— Я — комендант Дуктус. С кем имею честь? — несколько церемонно осведомился офицер.

Наверное, успел оценить конструкцию лодки и количество металла на ней.

— Брик Фалко. Я — владелец этой лодки.

— Брик Фалко? — недоверчиво переспросил офицер. — Тот самый Брик Фалко?

— Я — единственный Фалко, носящий имя Брик, — гордо поправил его Фалко. — Вы обо мне слышали?

— Конечно. Особенно о вашем знаменитом долге. Надеюсь, вы не откажетесь оплатить ремонт наличными, и вперед?

За спиной громко хохотнула Лимия.

— Вот она, цена славы. Фалко, тебе одолжить наличных?

Стоявшие поблизости солдаты заржали.

— Спасибо, я еще не на мели, — буркнул в ответ Фалко.

— Рад это слышать, — сказал офицер. — Тогда прошу вас на склад, отберете материал.

— Хорошо. Кстати, есть на продажу свежее мясо спрута. Щупальца.

— Нас правительство бесплатно снабжает, — отказался офицер. — Попробуйте предложить рабочим. Только… имейте в виду, что контингент тут специфический.

— Мы в курсе, — кивнула Лимия. — Доводилось как-то давно бывать. Но спасибо, что предупредили.

— Пожалуйста.

Офицер сделал знак рукой, и один из солдат встал у сходней на страже. Лимия одобрительно кивнула и как бы невзначай сунула караульному белую коралку. На постном лице солдата сразу проступило служебное рвение. Остальные тоже несколько оживились. Офицер дипломатично сделал вид, что ничего не заметил, и удалился вместе с Фалко.

— Эля, а что он имел в виду под специфическим контингентом? — опасливо уточнила Алина. — Здесь работают преступники?

— Нет, что ты, — успокоила ее Лимия. — Кто же допустит преступников до производства пороха? Здесь вкалывают те, кто больше ни на что не годен. Фремебундус — последнее прибежище неудачников. Сама увидишь. Дерк, тащи мясо.

Пират послушно ушел на корму, и вернулся с тремя объемными связками мясных полосок, совсем слегка обвяленных. Лимия прогулялась по причалу, как бы между прочим раздав солдатам десяток розовых коралок. Алина за это же время небрежно отвергла штук пять предложений обзавестись персональным телохранителем. Оставив "Сагитту" на попечение солдат и незримой тени, все трое натянули маски и шагнули в воду.

Плавучие башни цепко вцепились в изломанное дно массивными железными якорями. Причалы оказались просто платформами, под которыми вполне можно было проплыть. Сразу за портом начиналось поселение. Длинные, как мурена, жилые дома в беспорядке лепились к морскому дну, мирно соседствуя с промышленными постройками. Почти все они соединялись переходными трубами.

Не смотря на близость рифа и теплое течение, фауна была здесь не богатой. Несколько юрких рыбок, да равнодушная медуза — вот и все, что попалось на глаза. Обитателей было и того меньше. Только раз вдали промелькнул человекоподобный силуэт, и сразу скрылся.

"Тихо здесь", — отметила Алина.

"Все работают", — пояснила Лимия. — "Или спят. Вот как этот".

Они проплывали мимо башни, добывающей серу. Снизу к ней прилепилась открытая квадратная будка, опутанная сложной системой тонких тросов. Внутри безмятежно спал безногий старик в лохмотьях и такой ветхой потертой маске, что она вполне могла быть фамильной реликвией. Дерк подплыл ближе. Осторожно ткнул старика в плечо. Тот моментально встрепенулся, и бодро отрапортовал:

"Не сплю. За процессом слежу. Происшествий не было".

"Вот и хорошо, что не было", — ответил Дерк. — "Можешь мяса купить, если есть, на что".

Старик вцепился глазами в мясо, как барракуда зубами.

"Свежее?!"

"Еще утром было живое".