Почему он выбрал Путина? - Мороз Олег Павлович - Страница 99

Удивительное везение.

Помните, как отнимали телеканалы у Гусинского и Березовского? А теперь

гигантский негосударственный медиа-холдинг оказался в руках уже у нового олигарха − Юрия Ковальчука. Стало быть, Путин озабочен не тем, чтобы телевидение и радио не концентрировались в частных олигархических руках, а тем, чьи это руки.

Вроде бы Путин собирался встать на пути тех олигархов, которые пытаются просочиться в политику, но факты говорят о другом. Как свидетельствует американский журнал «Форбс» (сентябрь 2008 года), российский парламент (а что это как не политическая площадка?) — самый богатый в мире. Общее состояние членов обеих палат составляет 41 миллиард долларов. Всего в Госдуму и Совета Федерации выбрано и назначено 12 миллиардеров.

На первом месте среди богачей — член Совета Федерации от Республики Дагестан Сулейман Керимов (17,5 миллиарда долларов). За ним следует еще один член верхней палаты Глеб Фетисов (3,9 миллиарда). Третий − депутат Госдумы Андрей Скоч (3,3 миллиарда).

Всего же в России, по данным журнала «Форбс», 87 миллиардеров. Она тут − вторая в мире после США.

В 2008 году «Форбс» впервые признал миллиардером путинского друга Юрия Ковальчука − 1,9 миллиарда долларов. Поменьше, конечно, чем у Геннадия Тимченко, но тоже кое-что.

Вот такая непримиримая борьба с олигархами.

ДУБИНКОЙ ПО ГОЛОВЕ

На словах Путин не однажды выступал за то, чтобы гражданам не чинились препятствия в проведении митингов и демонстраций. Да, собственно, не только на словах: в апреле 2004 года, например, он воспротивился принятию Думой законопроекта, ограничивающего соответствующие права граждан (ретивые думцы уже приняли его в первом чтении).

Кому это нужно сегодня: в условиях нашей действительности ограничивать права и свободы граждан на демонстрации и шествия? Не должно быть никаких ограничений, с этим связанных, заявил Путин на совещании в Кремле.

Однако на деле полицейщина достигла при Путине таких масштабов, каких Россия не знала с советских времен.

Протесты против этой полицейщины происходили регулярно. Так, в конце июля того же, 2004-го, года несколько молодых «яблочников» провели на Лубянке акцию «Против полицейского самодержавия». На ребятах были черные футболки с красной надписью «Долой Большого Брата!», а под ней перечеркнутый портрет «лица, похожего на Путина». Демонстранты развернули плакат «Долой полицейское самодержавие!», скандировали лозунги: «Лубянку под снос, режим под откос!», «Долой Большого Брата!», «Долой власть чекистов!» Текст листовки, которую они успели разбросать, гласил:

«ХВАТИТ! Долой полицейское самодержавие!

Конец июля 1826 года. В Санкт-Петербурге казнены лидеры декабристского восстания. Декабристы патриоты и граждане своей страны, вышли на площадь вместе с товарищами, противопоставив себя полицейскому режиму абсолютной монархии. Они хотели жить по Конституции, по закону и за это власть приговорила их к смерти.

С 1826 года мало что изменилось. Александр III, Сталин, Андропов все эти вожди внесли свой существенный вклад в укрепление полицейской диктатуры в России.

С приходом к власти Владимира Путина Россия все больше становится похожа на карикатурное тоталитарное государство, описанное в романе Дж. Оруэлла «1984». Путин стал настоящим Большим Братом, успешно реализуя три основных лозунга оруэлловской антиутопии. В современном российском варианте они звучат так:

Чечня: война это мир!

Призыв: свобода это рабство!

Смерть бесплатному образованию: невежество сила!

Власть продолжает бессмысленную кровавую войну в Чечне. Разжигает межнациональную рознь. Разлагает российскую армию.

Власть рушит систему бесплатного образования. Загоняет студентов в казармы. Продает наше культурное достояние прикормленным бизнесменам.

Власть уничтожает институты гражданского общества. Громит оппозиционные партии. Кирзовым сапогом втаптывает в грязь свободу слова.

Власть множит полицейские дубинки. Натравливает спецслужбы на неугодных. Фабрикует политические уголовные дела.

Настало время сказать «ХВАТИТ!»

Мы готовы противопоставить полицейской системе путинского авторитаризма и власти коррумпированных чиновников свою гражданскую позицию, стремление бороться за свою свободу и готовность выйти на улицу.

Мы объявляем о намерении организовать акции гражданского неповиновения и прямого давления на власть, о намерении начать широкую общественную дискуссию о будущем России, о намерении сменить политический режим РФ любыми законными средствами.

Мы не боимся конфронтации с властью. Наши отцы дали нам право голоса, и будет очень сложно заставить нас замолчать».

Шариками с красной краской ребята забросали барельеф Андропова на стене охранительного ведомства.

Акция длилась не более тридцати секунд. Возникшие, как из-под земли, омоновцы повалили демонстрантов на асфальт, выкрутили руки, доставили на допрос в ОВД «Мещанский». «Допрос» закончился тем, что двое участников акции были госпитализированы, причем один из этих двоих, девятнадцатилетний Алексей Кожин, в тяжелом состоянии: его избил во время допроса следователь старший лейтенант ФСБ Дмитрий Стрельцов (это имя упоминалось в пресс-релизе «Яблока»).

Как видим, хотя ребят и доставили «по принадлежности» в милицейское отделение, допрашивали их фээсбэшники все как в лучшие сталинские времена.

Второй оказавшейся в больнице демонстранткой была девушка Ирина Воробьева, двадцати одного года.

Оно, конечно, нехорошо проводить «несанкционированные» (то есть не прошедшие процедуру уведомления и согласования) акции, а тем более забрасывать краской, портить казенное имущество, однако реакция властей тут, как и во множестве других подобных случаев, была совершенно неадекватной и незаконной. И «юрист до мозга костей», фанатичный приверженец права лучше других должен был бы знать, в чем ее незаконность.

В последние годы правления Путина российская оппозиция не раз проводила так называемые «марши несогласных». Никакой угрозы режиму эти немноголюдные марши, естественно, не представляли. Однако смертельно напуганные «оранжевыми революциями» в республиках СНГ кремлевские правители что есть мочи дули на воду не колеблясь, обрушивали на «несогласных» милицейские дубинки, а суды послушно выносили им обвинительные приговоры, основанные лишь на показаниях тех же самых «стражей порядка», кто этими дубинками и орудовал.

В апреле 2007 года такой экзекуции подверглись «марши несогласных» в Москве и Петербурге.

14 апреля для подавления московского «марша несогласных» в столицу свезли ОМОН из многих российских регионов. В «операции», кроме того, участвовали внутренние войска, младшие чины ФСБ в штатском, сотрудники частных охранных предприятий, а также внезапно восставшие из пепла (после советских времен) дружинники. Уже накануне на центральных площадях города разместились милицейские автобусы и автозаки. Было такое ощущение, что город на осадном положении.

Возле Пушкинской площади, где был намечен сбор, по словам очевидцев, «все свободные пятачки на поверхности были густо утыканы милицией». Сама площадь − оцеплена. Новопушкинский сквер занят «нашистами» и «молодогвардейцами» из «Единой России».

Появившегося здесь лидера Объединенного гражданского фронта Гарри Каспарова схватили и увезли в неизвестном направлении (после выяснилось − в ОВД «Краснопресненский»).

Омоновцы набросились и на Михаила Касьянова, но охрана и сочувствующие отбили его.

Дворами Касьянова вывели на Страстной бульвар.

− Вы видели, как сейчас меня пытались задержать, − сказал Касьянов. − Слава богу, вы же меня и спасли, поддержали. Спасибо вам. Видите, что происходит. Кто может объяснить, какая причина? Мы пришли спокойно, никого не трогая… Граждане имеют право двигаться по улицам города. А нам не дают просто прийти на Пушкинскую площадь. Сумасшествие, которое овладевает властью, просто за пределами нормального понимания. Как вы видите, она боится любого протеста, несогласия…