Обезьяний рефлекс - Март Михаил - Страница 40

На сей раз код сработал, и она попала в святая святых.

Ничего интересного. Небольшая комната без окон представляла собой пыльный кабинет какого-нибудь бюрократа. Стеллажи с папками вдоль двух стен, маленький письменный стол, компьютер и один стул. На потолке висела люстра, жестяные трубы говорили о наличии вентиляции. И все это работало.

Где же сундуки с золотом, изумрудами, серебром? Ничего ценного, сплошной хлам, макулатура. Похоже, гниющее старье хозяина уже не интересовало.

Не так все просто. Ольга всегда добивалась результатов. Если эти бумаги хранили за семью печатями, значит, они имеют какую-то ценность. Важно понять смысл собранной макулатуры и вникнуть в суть.

Времени у девушки хватало, и она принялась за дело.

Некоторые папки на стеллажах стояли в хронологическом порядке с указанным на корешке номером и датой.

Неужели Юлька просматривала весь хлам и нашла в нем какой-то смысл? Странно. Как ей пришла такая мысль в голову?

Ольга взяла папку с номером 1994, стряхнула с нее пыль и села за стол.

Ничего, кроме пожелтевших газет с пометками на полях, сделанными карандашом. Статья в «Правде» от десятого июня подчеркнута. «Атомная бомба наложенным платежом».

Девушка начала читать.

«Разворовывают все, что плохо лежит. Нет ничего святого. Народное достояние стало в действительности народным. Но зачем лишенному работы, зарплаты, средств к существованию семейному человеку нужны иконы и картины? Человеку нужны деньги, чтобы накормить семью. Где взять? Там, где ближе лежит. Теперь икон на Западе больше, чем в России. Картины из музеев также перекочевывают из запасников в частные коллекции западных собирателей. Торгуют всем и всюду. Но если с золотом, живописью и антиквариатом все понятно, то чем могут торговать военные? Правильно. Оружием. Автоматы Калашникова из арсенала перешли в руки бандитов. А мы удивляемся бандитскому беспределу: Все всё понимают, но бардак продолжается. Власти погрязли в коррупции. Мы беззащитны. Люди боятся выходить из дома. Самое странное, что мы стали привыкать и к этой обстановке. И все же нас можно еще удивить. Вот вам пример. На границе Белоруссии с Польшей был задержан человек с дипломатическим паспортом. Немецкий дипломат решил поехать домой на машине. Кто против? Ради бога! Далековато от Москвы до Мюнхена, но если хочется. Смельчак! Отважный малый. На пятисотом «Мерседесе» прокатиться по дорогам России, Белоруссии и Польши и не потерять машину, деньги, жизнь? Фантастика! В одиночку и без оружия? Быть такого не может! Пограничники тоже засомневались. Одно дело перегонщики, у которых все схвачено и проплачено, другое дело — дипломат.

Оговорюсь сразу, задержанный к дипломатии не имеет никакого отношения. К Германии тоже. Документы фальшивые, но сделаны на таком высоком уровне, что погранслужба и таможня этого не заметили. Просто такого подданного в Германии нет.

В багажнике чемодан средних размеров, но неподъемный. Вынимать не стали, вызвали саперов. Далее идет секретная информация, и я вынужден объясняться телеграфным языком. Найденный чемодан характеризуется как портативное ядерное устройство сверхмощной силы. Так оно оценено военными специалистами и конфисковано. Случай из ряда вон выходящий. Пока суд да дело, пока шли разборки, слухи о происшедшем получили огромный резонанс и сами по себе стали атомной бомбой. Спохватились, да поздно. За границей знают, о чем идет речь. Всколыхнулась не только Европа, но и Америка. К сожалению, дипломат-курьер так и оказался личностью не установленной. Успел принять яд. Ядерные мини-бомбы давно перестали быть секретом. Такие у нас делали давно на случай уничтожения секретных объектов в момент внезапного нападения противника. Дитя холодной войны. По мнению американских специалистов, трех чемоданов хватит, чтобы Москву сравнять с землей.

Так или иначе, о существовании таких бомб можно было догадываться. Но как можно выкрасть такую бомбу? Или кто-то ими торгует? Докатились? Это и пугает западный мир. Сколько этих чемоданов? Десятки, сотни, тысячи? А попади они в руки террористов, религиозных фанатиков, завоевателей или маньяков? Если наши правители потеряли контроль над ядерным оружием, то это может обернуться мировой катастрофой.

Мы обратились к одному из очень крупных специалистов в области ядерного оружия малых форм с целью прояснения сложившейся ситуации. По понятным причинам его имя не называется, но могу вас заверить, наш гость хорошо осведомлен на сей счет.

— Я буду называть вас Иван Иваныч. Итак, Иван Иваныч, как среагировали в высших эшелонах власти на необычный груз, конфискованный на границе Белоруссии и Польши?

— Первая реакция была еще в девяносто первом году, когда подобный чемоданчик пытались переправить з неизвестном направлении через Тихий океан на дальневосточных рубежах нашей границы. Много тогда полетело голов с плеч, а точнее погон. В дела военных никто носа не совал. Контроль над военными производился самими военными. А рыба уже начала гнить с головы во времена перестройки. Рухнул и ЦК партии. Железная машина дала сбой, министры обороны менялись, как перчатки. Такое и сейчас продолжается. Каждый старался выжить, как мог. Тут надо понимать, что контроль над подобным видом оружия был утерян. Слишком много ведомств и организаций занимались вооружением и разоружением. Мощные ракеты распиливались на металлолом. Это наша расплата за гуманитарную помощь. Сейчас никто вам точно не скажет, сколько таких чемоданов уплыло от нас навсегда. Могу предположить, что их имелось достаточное количество. По итогам последних проверок не нашли и половины. Где они? Ждут своей очереди в тайниках или переправлены арабам, я не знаю.

— Почему арабам?

— Они богаче остальных, у них нет ядерных технологий, и они мечтают превратить мир в одно большое исламское государство. С помощью одного такого чемоданчика можно быстро договориться с Израилем, а не подрывать тротиловыми шашками уличные кафе, припаркованные машины и фруктовые рынки. Речь идет о сумасшедших деньгах. Сидеть на ядерных чемоданах, о которых все забыли, и отказываться от богатства, текущего тебе в руки, — смешно. Всем знакома рыночная формула: «Товар-деньги-товар».

— Почему бы не делать такие чемоданы самим арабам? Проще купить чертежи.

— А где вы купите обогащенный уран? Мы, в соответствии с международными договоренностями, отказались продавать технологии и комплектующие своему старому другу Хусейну. Официально. Но у того же Хусейна много друзей в кашей стране. Чемоданов у нас тоже хватает. Только собрать мы их теперь не можем. Никто вам не скажет, когда они лежали на месте, а когда пропали. Сколько рук сменилось, пока их перекладывали с места на место. Вы не найдете ни одного конкретного лица, несшего ответственность за конкретный чемодан. Кого винить? Президента. Всегда во всем виноват президент. Но ни одного еще к уголовной ответственности не привлекли. Не помню ни одного похожего случая в истории за исключением Гитлера. Но то была война. Мировая! А у нас внутренняя перестройка. Передел собственности и потеря совести и ответственности…»

Ольге надоела скучная статья. Внизу она нашла пометку, сделанную карандашом. Фамилия автора статьи обведена в рамку, а на полях стояла пометка: «Прожил три дня после публикации».

Девушка просмотрела другие заметки, сложила все в папку и поставила ее на место. В других папках лежали фотографии, справки, чертежи, документы с печатями, даже ведомости о выданной зарплате. Одолеть такую кипу бумаг несведущему человеку — дело непростое.

Нужно понимать, а точнее знать, что ты ищешь и для чего. Но если Юлька разобралась в этой кухне, то почему она хуже. За один присест в огромном архиве не разберешься. Сюда надо приезжать, как на работу, и скрупулезно и дотошно разгадывать кроссворды. Каждая бумажка хранила в себе скрытый смысл. Головоломка. Любопытство Ольги оправдывалось очень просто. Она не могла себе позволить роскошь выглядеть дурой. Ее удел быть лидером, вожаком, заводилой. А для этого нужно быть умнее других, хитрее и знать больше тех, кого ведешь за собой.