Огонь с юга - МакКенна Джульет Энн - Страница 116

Тут Ризала толкнула его под локоть и предложила мех с водой. Кейда пил долго, основательно, а затем наградил девушку благодарной улыбкой.

— Похоже, что они куда-то двигаются. — Дев так ни разу и не отвел глаза от зрелища внизу.

Кейда взглянул туда и увидел, что дикари сооружают новые плоты из своих долбленок и грубо сколоченных досок. Добыча из хижины колдуна в венке была горой навалена на самый большой плот, чародей ступил на него, после чего праздно развалился на груде отнятых у островитян одеял. Прочие из его выросшей оравы приспешников готовились к отбытию, доламывая частоколы и вытаскивая оттуда спотыкающихся и рыдающих пленников. Их согнали бичами по пять-шесть человек, связали вместе лозами, накинув каждому петлю на шею, и погнали на другие плоты. Изрядное число тех, кого оставили, были либо едва живы, либо уже мертвы. Дикари распределились по свободным долбленкам и встали в них прямо, каждый с длинным веслом в руке. Затем лодки окружили плоты, и все сборище двинулось в путь по воде.

— Я так и не понял, как они это делают, — покачал головой Кейда.

— Порядочная доля волшебства. — Дев указал на отливающую зеленью воду, бегущую против прилива и несущую лодку чародея в венке прочь, в открытое море. Тем, кто следовал за ним, едва ли приходилось ударять веслами. Вскоре все исчезли за острым выступом захлестываемого прибоем берега.

— Дев, уцепись за него ясновидением, — нетерпеливо потребовал Кейда. — Нам надо знать, куда он плывет.

— Я смогу найти его снова в любой миг, когда потребуется. — Дев воззрился на тело побежденного с такой жадностью, от которой у Кейды волосы поднялись на загривке. — Я должен узнать, что он творил своим волшебством, прежде чем попытаюсь действовать против него.

Кейда схватил руку чародея твердым сдерживающим движением.

— Мы подождем, пока не убедимся, что они не возвращаются.

Они ждали. Начало становиться прохладно, рассеянные в небе облака сблизились и сгустились. Начал сыпаться дождь, но его тут же унесло ветром. Птицы в джунглях мягко затараторили, ища пропитание среди деревьев. Внезапный шорох в подлеске побудил Кейду повернуть голову и схватиться за тесак. Дев тоже оглянулся, а затем поднял ладонь, обведенную рыжеватым свечением.

Округлый горб, покрытый щетиной, проломился сквозь темную блестящую листву ягодного куста и исчез в зарослях.

— Это просто кабан. — Пока Кейда произносил эти слова, парочка полосатых подсвинков вынырнула из зарослей и погрузила рыльца в ковер листьев.

— Хорошего вам ужина, если что-то добудете! — пожелал им Дев. Подсвинки вздрогнули при звуке его голоса и метнулись обратно в чащу.

Дев поглядел на Кейду.

— Наш друг в венке из листьев не вернется, и я хочу до темноты увидеть все, что можно.

— Хорошо. — Кейда нехотя кивнул. — Ризала, ты останешься здесь, чтобы следить за окрестностями.

Она не спорила. Дев уже направился к деревне, и Кейде пришлось поторопиться, чтобы его нагнать.

— Что мы ищем? — спросил он, шагая в ногу с северным колдуном.

— Дай мне нож. — Взяв его, Дев вырезал в почве широкий квадрат. — Сколько дождя выпало в этом месте за последний пробег лун?

Кейда потер в пальцах сухую и пыльную землю.

— Можно подумать, что это конец сухой поры.

— Кто-то из них увел всю воду — таково одно из следствий наведенных чар. Если это можно назвать наведением чар, — задумчиво уточнил Дев. — Их колдовство — чистое наитие…

Это ничего не сказало Кейде, и он подошел, чтобы лучше поглядеть на мертвого чародея, дряблые гниющие останки которого распростерлись на земле, покрытые ползающими насекомыми. Труп выглядел так, словно много дней лежал непогребенным.

— Какое волшебство делает это?

— Не знаю. Но сработано лихо, не так ли? — Взвесив в руке нож, Дев глубоко разрезал плоть на бедре трупа. Чавканье и вонь вызвали у Кейды прилив тошноты в горле, и он попятился. Побледнев достаточно, чтобы выдать свое варварское происхождение, Дев все-таки не отступился, а стал рыться в темной слизи, разливавшейся по жадной земле.

— Костей нет, лишь губчатые обломки и куски сухожилий. — Отступив, он стал изучать какие-то ошметки и обрывки, налипшие на лезвие, а затем всадил клинок в пыльную почву, чтобы очистить его. Потом колдун поглядел через пролив на дальний пляж. — Но это совсем не то, что бедолага сделал с нашим другом в венке. У того треснули кости ног, став хрупкими и ломкими. Как он этого добился, хотел бы я знать. И как зеленый приятель все исправил?

Кейда оглядел землю вокруг себя, усеянную битыми горшками, брошенными тканями, сломанными деревяшками. Нахмурился и наклонился, чтобы подобрать втоптанный в землю нож.

Клинок был весь в ржавчине и оспинах, в нескольких местах проеден почти насквозь.

— Дев, а это что такое? Он не просто пострадал от дождей. — Кейда взял нож за рукоять, пальцами другой руки слегка надавив на лезвие. Металл согнулся, а затем рассыпался в прах.

— Житель Архипелага скорее согласится остаться без клинка, но не подхватит ничего вроде этого. — Дев огляделся и подобрал один из каменных топоров захватчиков. — Обсидиан, — заметил он.

— Как так? — поразился Кейда. — Ведь они могли давным-давно насобирать у Чейзенов какое угодно железное оружие. Почему они по-прежнему держатся за обожженное в костре дерево и каменные лезвия?

— Волшебство, — ухмыльнулся Дев. — Если огонь и вода обратят в ржавчину твой клинок — ты мертвец. Если холод расколет кусок камня, есть надежда, что на нем еще останется достаточно острых краев, чтобы перерезать кому-нибудь горло. Деревянное копье или дубина пробьют кому-то живот или вышибут мозги, даже если они искривлены или разбиты.

— О-о!.. — только и вздохнул Кейда.

Значит, сколько бы мечей ни подняли Дэйш, Редигал и Ритсем против этих пришельцев, вероятнее всего, это бесполезно, если мы не сумеем лишить захватчиков их чародеев.

— Ты увидел то, что тебе был нужно? — свирепо спросил он у Дева. — Можешь сказать мне, как с ними следует биться?

Дев шагнул обратно к изуродованному трупу колдуна дикарей.

— Это очень странное волшебство, клянусь тебе. Насколько я могу понять, оно вытягивает силу из природных стихий, окружающих волшебника.

— Что с ним случилось? — Кейда указал на зловонные останки побежденного..

— Наш друг в венке из листьев имеет прирожденную власть над водой. — Казалось, Дев увлекся не на шутку. — Как только этот дурень утратил сосредоточенность, защищавшую его от колдовства противника, его легкие, мозг и каждая ткань его тела наполнились жидкостью.

— И знание этого поможет нам их одолеть? — недоверчиво спросил Кейда. — Ты можешь сказать, как с ними бороться?

— Ты не справишься! — напрямик заявил Дев. — Я говорил тебе прежде, а теперь еще более уверен в этом. Нужно волшебство, чтобы бороться с волшебством, а у вашего народа ничего такого нет, и все благодаря вашему вековому безумию и предрассудкам. Ведь вы знать не знали, что они идут, несмотря на все ваши гадания и прорицания, верно?

Кейде едва ли удалось сдержаться, чтобы не ударить этого чародея-варвара. Вместо этого он отвернулся и стал глядеть через пролив.

— Кроме того, недостаточно знать, как разбить этих людей. Волшебнику нелишне знать, как они проигрывают и как не проиграть самому. — Дев бросил последний взгляд на мертвого чародея и зашагал обратно по склону, на котором ждала Ризала.

— Кажется, все они тесно связаны с родственными им стихиями. — Продолжал волшебник, пока они поднимались наверх. — Это может быть их слабостью. Большинство способно использовать только одну-две стихии и успешно борются с теми силами, что противоположны родственной им силе. Только ребятки на самом верху их иерархии могут использовать все четыре стихии — судя по тому, что я видел раньше. Но я не знаю, владеют ли они смешанным волшебством, так называемыми чарами квинтэссенции.

Кейда пропустил ничего не значащие для него слова волшебника мимо ушей, а сам поглядел в небо, все еще облачное, но без всяких признаков дождя.