Случайная встреча - Карр Филиппа - Страница 53

— Можно подумать, что я жадная и хитрая! Вы, действительно, так обо мне думаете?

Питер повернулся ко мне и взял за руку:

— Простите, я хотел лишь сказать, что вы полны энергии и желания наслаждаться жизнью, что, собственно говоря, естественно!

— Это правда! — подтвердила Амариллис. — Джессика, как бы это выразиться поточней, уверенная, что ли! Я же склонна колебаться, более доверчива, возможно — глупа?

— Я не позволю вам говорить о себе такие вещи! — теперь Питер обратил все внимание на нее. — так же, как и Джессика, вы очаровательны!..

— Хотя мы совсем разные, — она.

— Вы обе… такие, как надо!

— Вы хотите сказать, что мы — совершенство, — сказала я, — но это не соответствует действительности… даже в отношении Амарилис!

— Я продолжаю настаивать на своем мнении!

— Возможно, вам придется изменить его, когда вы познакомитесь с нами поближе.

— Я уже достаточно хорошо знаю вас!

— Люди вообще не знают друг друга по-настоящему…

— Вы имеете в виду так называемые тайники души? Ну что ж, возможно, именно поэтому люди так интересны. Вы это имели в виду?

— Возможно…

— Я все еще немножко «плаваю» с. вашими родственными отношениями. Кем является этот энергичный юный джентльмен?

— Вы имеете в виду Джонатана?

— Да, Джонатана. Кем он вам в точности приходится?

— У моего отца от первого брака были сыновья-близнецы — Дэвид и Джонатан. Джонатан женился на Миллисент Петтигрю, и юный Джонатан — это их сын. Дэвид женился на дочери моей матери от ее первого брака — Клодине, и Амарилис — ребенок от этого брака!

— Стало быть, Амарилис и Джонатан — кузены?

— Да, а я прихожусь тетей Джонатану и Амарилис!

— Правда странно, какие сложные отношения мы умудрились выстроить? — спросила Амарилис.

— Мой отец любит, когда Джонатан приезжает сюда, — сказала я. — Я уверена, в один прекрасный день он унаследует Эверсли — конечно, после смерти Дэвида.

— Не нужно говорить об этом! — тихо бросила Амарилис.

— Это будет еще не скоро. Ведь, в конце концов, это случится со всеми нами! — беспечно заметила я.

— А у Петтигрю нет имения, предназначенного Джонатану?

— У них есть прекрасный дом, но это не поместье в полном смысле этого слова, — ответила Амарилис.

— Для Джонатана, разумеется, предназначен Эверсли, — вновь вмешалась я. — Мой отец настоит на этом. Ему повезло, что сыновья оказались столь разными. Дэвид всегда интересовался делами имения, а его брат Джонатан, похоже, не имел к этому ни малейшей склонности. У него всегда была куча каких-то таинственных дел, и умер он насильственной смертью… Думаю, именно по этой причине! Возможно, Джонатан вырастет похожим на своего отца?

— Моя мать говорит, что он очень напоминает отца, — Амарилис.

— Ваш отец производит впечатление человека, который точно знает, чего хочет, — сказал Питер, — и наверняка умеет этого добиться!

— Вы совершенно правильно охарактеризовали его! — ответила я. — Не знаю, что будет, если Джонатан не оправдает его надежд. Отец всегда говорил, что жалеет о том, что у Дэвида не было, кроме тебя, Амарилис, еще и сына. Он очень любит тебя, но предпочел бы, конечно, чтобы ты была мальчиком. Он считает, что сын Дэвида был бы… ответственным человеком!

— Вот видите? — воскликнула Амарилис У меня репутация человека, который легко поддается чужому влиянию!

— Это не совсем так, — ответила я. — Амарилис умеет быть твердой, но склонна идеализировать людей!

— Какой милый комплимент отпустила тетушка своей племяннице! — улыбнувшись, сказал Питер. Он взял под руки нас обеих, и мы пошли к дому.

Питер распрощался с нами и отправился в Эндерби, пообещав участвовать вечером в празднике.

Собралась очень веселая компания, когда за рождественский стол уселись семейство Баррингтон с Клер Карсон, Питер Лэнсдон, семья Петтигрю и все наши. Кроме того, пришли доктор с женой и поверенный из соседнего городка, занимавшийся делами моего отца в Эверсли. В течение нескольких лет все эти люди были нашими гостями, и единственным новичком оказался Питер Лэнсдон. Этим он и выделялся среди остальных, и мы приложили все усилия, чтобы он чувствовал себя, как дома. Похоже, он очень понравился Клер Карсон, но я считала, что нравится он ей только потому, что, якобы, собирается на мне жениться, и я питаю к нему ответные чувства.

В последнее время я много размышляла об Эдварде, и пришла к выводу, что будет прекрасно, если Клер выйдет за него замуж. Она заботилась бы о нем, делила его трудности, да и в делах она немножко разбиралась, поскольку жила с его семьей в Ноттингеме с раннего детства. И почему люди отдают свое сердце не тем, кому надо?

За обедом я разговаривала с Эдвардом и спросила, как обстоят дела в Ноттингеме. Он ответил:

— Несомненно, вы слышали, что луддиты все чаще прибегают к насилию? Идет волна по всей стране. Эта проклятая французская революция во всем виновата!

— Да уж, эта Франция…

— Такие события не могли не прокатиться эхом по всему миру!

— А что будет с теми, кто разбивает машины?

— Нужно более жестоко наказывать преступников: это единственный способ решить проблему!

— Вы имеете в виду… каторгу?

— Каторгу… а, возможно, и виселицу! Только глупцы не понимают, что промышленность не может стоять на месте, она обязана развиваться!

— Даже если это означает для многих потерю работы?

— Значит, им следует найти другую работу! Со временем промышленность начнет развиваться, а это обещает стране расцвет! — Он посмотрел на меня извиняющимся взглядом. — Похоже, мы нашли не самый удачный предмет для беседы за рождественским столом?..

Я положила свою руку на его.

— Бедный Эдвард! Конечно, это трудно выбросить из головы!

Он пожал мою руку. Мне показалось, Питер заметил это, и с некоторым чувством удовлетворения я подумала: «Он будет ревновать».

Я была молода, легкомысленна и полна гордыни. И не могла не ощущать радостного возбуждения от того, что в меня влюблены двое мужчин. Мне очень нравился Эдвард, я его очень жалела. Если Питер попросит меня выйти за него замуж, что я скажу Эдварду? Нельзя же вечно крутить хвостом. Мы встретились при таких странных и романтических обстоятельствах! Конечно, я собиралась выйти замуж за Питера, хотя была не уверена, что влюблена в него. Я была неопытна в том, что касалось влюбленности, но понимала, что должна быть влюблена в Питера!