Черный лебедь - Карр Филиппа - Страница 69

— Печь здесь очень хорошая, — заметила она.

— Ты где угодно сотворишь чудеса, Китти, — похвалила ее Филлида. — Правда, Люси?

— О да, конечно.

Когда мы поели, я сказала, что должна наконец разложить свои вещи. Роланд заявил, что хочет заглянуть на конюшню и подобрать для нас лошадей. Он хотел посоветоваться со мной и завтра сделать окончательный выбор, Я поднялась в спальню, предназначенную для нас с Роландом. Здесь был большой шкаф от пола до потолка — весьма полезная вещь. Я попыталась утешить себя, повторяя слова Роланда и Филлиды: это ненадолго.

В то же время меня преследовало ощущение, что это навсегда.

Некоторое время я подумывала рассказать все Роланду. Я знала, что он отнесется ко мне с пониманием и состраданием. Это было бы лучше, чем подозрения в том, что я разлюбила его. Я не смогла бы вынести его ласки. Теперь я понимала, что не смогу, быть счастлива ни с кем, кроме Джоэля.

Раздался стук в дверь. Это была Филлида, как всегда, свежая и веселая.

— Ну, как дела? — спросила она.

— Все прекрасно.

Она вошла в комнату.

— Боюсь, что тебя несколько разочаровал этот дом.

— Нет, все хорошо. Только как-то одиноко.

— Чувствуешь себя отрезанной от всего мира, правда? Но нас трое. Вместе нам будет хорошо. Мы с Роландом привыкли к этому. Просто мы не могли подобрать ничего подходящего и решили хотя бы на время…

— При солнечном свете здесь будет гораздо веселей — Завтра начнем серьезные поиски. Я обожаю осматривать дома, а тем более, когда речь идет о возможной покупке. Я всегда считала это захватывающим занятием. Пожалуй, здесь холодновато, тебе не кажется?

— Да, немножко.

— Окно открыто. Закроем?

— Хорошо, — согласилась я и направилась к окну.

Меня охватил ужас. Внизу, глядя на окно, стоял человек в плаще и шапокляке.

Я тихо вскрикнула.

— Очень прохладно, — продолжала говорить Филлида. — Наверное, спальни придется протапливать.

Не слушая ее, я стояла и смотрела вниз. В это время человек приподнял шляпу, обнажив спускавшиеся треугольником на лоб волосы. Я услышала голос Филлиды:

— Что там, Люси?

Она подошла и остановилась рядом со мной.

Я повернулась к ней едва ли не с триумфом, потому что он все еще стоял там, внизу. Филлида равнодушно посмотрела в окно.

— В чем дело? — спросила она. — Что ты там рассматриваешь?

— Ты взгляни, взгляни! Он там.

— Кто? Где?

— Там, внизу. — Я повернулась к ней. — Разумеется, ты видишь…

Филлида недоверчиво посмотрела на меня, и я заметила страх в ее глазах.

— О, Господи!.. — услышала я ее шепот.

Она отошла от окна и села на кровать. Я подошла к ней.

— Ты же видела, Филлида. Теперь никто не скажет, что мне это померещилось.

Она жалобно взглянула на меня:

— Ах, Люси, Люси… не знаю, что тебе и сказать.

Я потащила ее обратно к окну.

Человек исчез.

— Ты видела его… ты можешь подтвердить…

Филлида покачала головой, избегая смотреть на меня.

— Прости, Люси, но я ничего не видела. Там никого не было.

— Этого не может быть. Ты лжешь.

— Ах, Люси, хотелось бы, чтобы это было так.

Пораженная и рассерженная, я воскликнула:

— Ты должна была видеть его! Ты видела его! Он стоял там. Он снял шляпу и раскланялся. Ты должна была видеть его волосы.

— Люси, дорогая моя Люси, там никого не было.

— Я видела его, говорю тебе, я видела его!

— Люси, дорогая, ты пережила ужасное потрясение… временами это дает о себе знать.

— Ты говоришь не правду. Зачем ты лжешь?

— Хотелось бы мне, чтобы это было ложью! Как мне хотелось бы сказать, что я видела его! Я отдала бы все за эту возможность, но я его не видела. Просто не видела. Там никого не было.

Я закрыла лицо ладонями. Она лжет, говорила я себе. Она должна была видеть. Но зачем ей лгать?

В комнату вошел Роланд.

— Что случилось? — спросил он.

— О, Роланд, это ужасно… — сказала Филлида.

— Что? О чем ты говоришь?

— Люси видела — или ей показалось, что она видела…

— Я видела, видела! — закричала я.

— Опять то же самое привидение.

— Где?

— Там, внизу. Снаружи. То же самое, что Люси видела раньше.

— Ах, Люси, моя дорогая Люси, — пробормотал Роланд.

— Я стояла рядом с нею, Роланд, там никого не было.

— Она видела его, — сказала я. — Она должна была видеть его. Она говорит не правду. Почему? Зачем?

— Я думаю, тебе лучше лечь в постель, Люси.

Филлида… — Он указал ей взглядом на дверь. Он хотел, чтобы она ушла, потому что она расстраивала меня. — Говори, Люси, — продолжал он, — Расскажи мне все по порядку. Это было… тем же самым?

Филлида остановилась в дверях.

— Пойду приготовлю напиток, — сказала она — — Это пойдет ей на пользу.

Роланд сел возле меня.

— Расскажи мне все, — успокаивающе произнес он.

— Я подошла к окну и увидела его. Я подозвала Филлиду. Она тоже подошла и встала рядом со мной.

Она сказала, что ничего не видит. Но она должна была видеть его. Он стоял там… прямо внизу.

Роланд провел рукой по моим волосам.

— Люси, — сказал он, — почему бы тебе не отправиться в постель? Ты очень устала.

— Пожалуйста, не относись ко мне как к слабоумной, Роланд, — резко бросила я.

— Вот уж этого я вовсе не хочу. Но ведь ты действительно устала.

— Мне здесь не нравится.

— Очень жаль.

— Ты все время говоришь, что это ненадолго. Мне не хотелось бы провести здесь даже одну ночь, не говоря уже о месяце.

— Послушай, Люси, ты здесь с нами. Со мной.

Я все улажу. Мы вскоре что-нибудь подыщем. Тем больше будет радости, когда мы найдем подходящее местечко.

Мне хотелось крикнуть ему: «Я не хочу никакого нового дома! Я хочу быть с Джоэлем».

— Послушай, почему бы тебе не раздеться и не нырнуть в постель? Утром ты посмотришь на все другими глазами.

— Почему Филлида сказала, что ничего не видела, хотя она наверняка видела?

— Это могло быть игрой света и тени.

— Чепуха! Он стоял внизу. Я видела этот шапокляк и его ужасные волосы — это ни с чем не спутаешь.

— Возможно, Филлида все-таки не видела. Знаешь, свет…

Разговаривать было бесполезно. Я машинально разделась и улеглась. Мне хотелось убежать от всего этого, хотелось оказаться в прошлом, в тех днях, когда еще был жив мой отец. Я ощущала неодолимое желание бежать из этого дома, которого я начинала бояться. Мне хотелось завтра же оказаться у Селесты, встретиться с Джоэлем возле Раунд-Понд и говорить с ним, говорить, пока мы не найдем какого-нибудь решения. Мне хотелось сказать ему: «Я ухожу к тебе.

Никакая другая жизнь мне не нужна».

Раздался стук в дверь. Это была Филлида. Она принесла поднос, на котором стояли две чашки с дымящимся настоем.

— По одной каждому, — сказала она. — Сегодня был тяжелый день, — Она поставила поднос. — Спокойной ночи, — и вышла.

Я спала крепко и, проснувшись, обнаружила, что нахожусь в постели одна. Оказалось, что было уже девять часов, и это изумило меня, поскольку обычно я просыпалась в семь.

Я встала и подошла к окну. Передо мной расстилалась пустошь, кое-где покрытая невысокими холмами. Я заметила также валявшиеся там-сям крупные валуны. В небольших ручейках отражалось солнце, заставляя их сверкать серебром. Во всем этом была своеобразная дикая красота.

В комнату заглянула Китти. Она спросила, не пора ли принести горячей воды, и я сказала, что пора, и умылась. Я так хорошо выспалась, что чувствовала себя неплохо. Воспоминания о случившемся вчера продолжали мучить меня, но днем все события приобретали несколько иной оттенок.

Я была уверена, что видела этого человека, но Филлида утверждала, что никого не было. Неужели это в самом деле игра моего воображения? Но я видела его совершенно отчетливо. Если Филлида не заметила его, значит, это было привидение, которое являлось ко мне, но не к другим. Зачем бы ей лгать? Вроде бы у нее нет никаких причин для этого. Когда я видела этого человека в предыдущий раз, он исчез до того, как я смогла подозвать Роланда. Интересно, оставался бы он для Роланда таким же невидимым, как для Филлиды? Тогда могло бы подтвердиться, что я действительно страдаю галлюцинациями.