И пала тьма - Клеменс Джеймс - Страница 103

Посредине огромного темного помещения, судя по запаху — птичника, разлилась лужа света. Она освещала растерзанное тело на полу. Целое озеро крови отблескивало в ярком сиянии.

Источник света находился рядом. По колено взрослому мужчине, он пылал яростным огнем. Морду его обрамляло пламя, а бугристое тело ощетинилось острыми шипами. Существо встретилось с Тиларом взглядом. В его глазах светился разум сродни тому, что Тилар видел в пламенных глазах наэфрина.

— Щен… — выдавил он, не понимая, откуда знает это имя.

Тот встряхнул шипастой гривой, на миг вспыхнул ярким светом и исчез. Комнату накрыла тьма. Сотни воронов с криками вспорхнули с насестов и вылетели в окна.

Из мрака появилась маленькая фигурка. Вторая девочка.

— Дарт, — прошептал Тилар.

Она дрожала и не могла больше сделать ни шагу.

Тилар передал Лауреллу Катрин.

Казалось, что Дарт его не замечает. Она уставилась стеклянным взглядом в пол. Тилар наклонился, поднял ее на руки и прижал к груди.

— Ты в безопасности, — сказал Тилар.

В ответ он услышал похожий на смех звук, полный невеселого недоверия. И она была права. Никто из них не мог сейчас похвастаться безопасностью.

И все же Дарт крепче прижалась к нему. Его обожгли горячие слезы. Он дал ей выплакаться, слегка покачивая на руках. Тилар заметил плащ на растерзанном теле. На промокшей от крови ткани виднелись вышитые серебром дубовый листок и желудь.

— Я… Я… я убила его.

— Ш-ш-ш, — прошептал Тилар. — Я знаю, что ты не хотела.

Она подняла голову с его груди. Ее глаза напомнили Тилару о повелителе виров Беннифрене: младенце с глазами старика. Но в Дарт не текла Милость долголетия. Просто девочка успела повидать слишком много.

Она затрясла головой.

— Я хотела, чтобы он умер. Я… я наслала на него Щена.

Тилар вспомнил ее рассказ. Щен уже убивал, защищая хозяйку, но тогда он пришел ей на помощь самостоятельно. На сей раз Дарт позвала его. И теперь начала осознавать ужас случившегося.

Тем не менее она постепенно приходила в себя. Рыдания стихли до редких всхлипываний. Тилар знал, как жестоко с ней обошлись. Может, она и родилась богиней, но в душе оставалась девочкой. Но хотя ее и потрясло кровопролитие, он подозревал, что оно в чем-то помогло ей. Кровь за кровь.

— Пойдем, — мягко позвал он. — Надо уходить.

Девочка кивнула, но не выпустила его руки. Ее глаза уперлись в грудь Тилару, и она указала на темный отпечаток.

— Ты тоже кого-то носишь с собой, — сказала она. — Я вижу, как оно шевелится.

Тилар уставился на отметину. Для него она выглядела обычной татуировкой. Видимо, глаза девочки видели больше, чем его собственные. Как она могла видеть Щена, так ее зрение позволяло ей заглянуть глубже, чем всем остальным. Тилару стало не по себе, и он одернул рубашку, чтобы прикрыть отпечаток.

Дарт подняла голову.

— Ты думаешь, что перестал быть человеком?

Тилар встретился с ней глазами, зная, что она задается тем же вопросом. И снова увидел несоизмеримый с годами возраст в ее глазах. Она заслуживает честного ответа, а не успокоительной лжи.

— Я не знаю.

На лестнице Дарт держалась позади остальных. Время от времени арбалетный болт ударялся в ступени и дрожал у ног беглецов.

— Не очень хороший план, — сказал Тилар.

— Но и мы не очень хорошая армия, — возразил бородач.

Тилар вздохнул. Дарт наблюдала за ним, она чувствовала с ним странную общность. Впервые услышав о случившемся на Летних островах, Дарт очень боялась богоубийцы, но сейчас ей хотелось держаться поближе к нему.

Дарт присела на ступеньку, обняла себя за колени. Пережитый в птичнике ужас понемногу таял. Она знала, что поступила правильно, но никак не могла уравновесить кошмар убийства и полученное от него удовлетворение.

Лаурелла тоже держалась особняком от остальных. Она смотрела прямо перед собой, не мигая. Она спускалась вместе с Дарт, но больше не пыталась взять ее за руку. Дарт знала, что у подруги перед глазами все еще стоит картина, где огненный Щен терзает лекаря Палтри. Пусть эта смерть спасла их обеих, но отмыться от пролитой крови нелегко.

— Надо очистить лестницу, — повторил Роггер. — Это единственный путь.

— Хорошо. Давай попробуем. Но мне кажется, что это слишком уж простой способ.

— Чем запутаннее план, тем вернее он обречен на провал, — возразил мастер Геррод.

Без дальнейших споров беглецы вернулись по лестнице на чердак. Только Роггер остался внизу.

Бородач сложил руки рупором и закричал.

— Темный рыцарь! — позвал он.

Дарт невольно вздрогнула от баса, который издавал тощий вор.

— Отходи к покоям лекаря! Запремся там до наступления ночи!

Громко топая ногами, он пробежал несколько шагов к покоям Палтри, потом скинул сапоги, подхватил их и босиком вернулся к лестнице.

Тилар только покачал головой.

Несколько болтов свистнули снизу, и он поднялся к беглецам на чердак.

— Идут, — беззвучно прошептал он.

Послышались перешептывания, а следом за ними шаги.

— Дверь заперта изнутри, — заявил один из стражников.

— Принеси топоры, — ответил другой. — Пора выкурить оттуда этих выродков.

Последовали возня и топот. Стражники взбегали по лестнице и направлялись к двери в покои лекаря. Один из солдат прокричал:

— Я слышу, они там!

Последняя порция стражников протопала по коридору этажом ниже. После нескольких мгновений тишины Роггер с Тиларом выглянули из-за перил верхней площадки.

— Путь чист, — объявил Тилар. В его голосе звучали удивление и радость от того, что план удался. — Наверняка на лестнице осталась пара-другая солдат, но с ними-то мы справимся.

Беглецы начали спуск. Двое рыцарей, Яэллин и Катрин, прикрываясь тенями, возглавляли процессию. Поскольку все гвардейцы столпились у дверей лекаря, им удалось проскользнуть через площадку больничного крыла незамеченными. Вскоре вдогонку им понесся стук топора.

Беглецы заторопились вниз.

Как и предполагал Тилар, за лестницей наблюдали несколько гвардейцев, но Яэллин и смотрительница, закутанные в тени, прошли сквозь них как нож сквозь масло. Тела остались лежать на ступенях.

У них не было времени раскаиваться в этом. Они не различали виновных и невиновных. На весах лежала судьба всей Мириллии.

Роггер немного отстал от богоубийцы, поравнялся с Дарт и что-то ей протянул.

— Ты оставила его в комнате лекаря.

Девочка уставилась на черный клинок проклятого кинжала, что подарил ей Яэллин. Она думала, что навсегда потеряла его. Если бы он был при ней раньше, когда Палтри…

— Как вор, я знаю, что никогда не следует бросать оружие, — подмигнул Роггер.

Дарт поблагодарила его кивком и опустила кинжал в ножны.

Когда они пересекали одну из лестничных площадок, раздался крик. Дарт повернулась и увидела в коридоре мужчину в алой с золотом форме гвардейцев. Судя по богатству и тщательной отделке одежды, их заметил начальник стражи.

Не успел он крикнуть второй раз, как Роггер метнул кинжал. Клинок вонзился ему в горло, и он упал. Тут беглецы увидели таившуюся за его спиной девочку.

Дарт и Лаурелла встретились с ней взглядами. На лице той застыло виноватое выражение.

Вот кто вызвал стражу, вот кто их предал.

Маргарита.

Не дав никому вымолвить и слова, мастер Геррод заторопил девочек по двум последним пролетам. Наконец они оказались во дворе. Здесь их поджидала горстка гвардейцев, но они не стали помехой беглецам, и вскоре те выбрались через задние ворота в город.

Вдогонку неслись крики, но они быстро стихли, оставшись позади в лабиринте улиц и проулков.

Лаурелла украдкой поглядывала на Дарт. В ее глазах горела боль от предательства Маргариты.

Прежние друзья стали врагами. Кому верить?

В конце концов Лаурелла снова потянулась к Дарт.

Та с радостью взяла ее за руку.