Возвращение - Измайлова Кира Алиевна - Страница 134

Пламя ревело так, что не расслышать было, о чем переговариваются в толпе. До меня доносились лишь обрывки фраз. «Жалость-то какая! – удалось мне разобрать. – Молоденький совсем!.. Как же теперь…»

Видимо, кто-то погиб. Что ж, поджигатель получит сполна за всё, не будь я Флоссия Нарен!

Выбравшись из толпы, я едва не налетела на еще одного зрителя, стоявшего чуть на отшибе, рядом с пожарной упряжкой. Признаться, сперва я узнала буланого жеребца, а только потом его хозяина: в отблесках огня трудно было разобрать цвет одежды и черты лица.

– Лауринь? Вы что здесь делаете? – удивилась я. – Или этим делом заинтересовалось охранное отделение?

Капитан не ответил. Лицо его напоминало маску Тох-Авески, за одним лишь исключением: маска выглядела бы куда живее…

– Лауринь? – нахмурилась я. – Вы намеренно меня игнорируете или случилось что-то, о чем я не знаю?

– Это дом сержанта Зибо, – подал, наконец, голос капитан.

– Ах вот как… – я мгновенно увязала услышанное в толпе с этими словами. – Лауринь, что произошло? Ну, не молчите!

– Зибо сегодня в увольнении, – медленно выговорил Лауринь, глядя на огненный столб. – Был… в увольнении. Меня вызвали…

Я молчала, уже понимая, что произошло.

– Он вывел мать. – невыразительно продолжал капитан. – Сестры… сами… успели. У одной руки обгорели, сбивала огонь с платья. А этот идиот… вернулся за копилкой. Всё, что у них было…

Я ничего не сказала. Ясно. Мальчишка решил спасти семейные сбережения, а теперь, похоже…

– Теперь у них нет ничего, – будто прочитал мои мысли Лауринь. – Балка упала. Туда… не подойти было.

Что я могла сказать? Что я могла сказать человеку, у которого погиб в страшном пожаре старший брат, покалечился отец и сестры, а теперь…

Я взяла Лауриня за локоть – рука его каменела под моими пальцами. Не гожусь я на роль утешительницы. Здесь нужна какая-нибудь Инора, чтобы приникла, заплакала, растопила слезами эту каменную стену, пожалела… А я способна лишь по-товарищески сжать его руку. Хотя как знать, что больше нужно Лауриню!

– Что будет с его семьей? – спросила я негромко. – Вы станете заботиться о них?

– Им положена пенсия, – ответил он коротко. – Я постараюсь выхлопотать…

Зная, каков Лауринь в подобных делах, я могла лишь посочувствовать и ему, и чинушам! Да и пенсия эта… Едва хватит, чтобы не умереть с голоду!

Я замерла, поймав, наконец, ту мысль, что мучила меня уже несколько недель. Да вот же оно, на поверхности! Гарреш был прав, во всех этих событиях действительно нет смысла… если рассматривать их по отдельности!

– Что с вами? – напряженно спросил Лауринь, и я поняла, что стиснула его руку до боли. – В чем дело?

– Кажется, я поняла, что происходит, – медленно выговорила я, разжимая пальцы. – И я знаю, в чем дело… Но, чтоб мне провалиться, я представления не имею, кто может стоять за всем этим!

– Погодите! – капитан схватил меня за плечи, нахмурился. – О чем вы говорите?

– Да сами подумайте, Лауринь! – Мне было все равно, слышит нас кто-то или нет, разгадка лежала на поверхности, вот только это было не всё, что я хотела знать! – Ну же? Это так просто, я должна была догадаться уже давно, и тогда ничего этого не было бы!..

– Я не понимаю, о чем вы, – сухо произнес Лауринь, выпустив меня.

– Я объясню, – мотнула я головой. Мне нужно было поделиться с кем-то обретенным знанием, так почему не с ним? Когда-то это неплохо получалось…

– Не знаю, что именно вы хотите объяснить, но вряд ли стоит делать это посреди улицы, – отрезал капитан, и я вынуждена была признать его правоту.

Лауринь будто стряхнул мертвое оцепенение, и это само по себе приятно было видеть. Кажется, он понял, что я знаю о чем-то действительно важном, и теперь желал приобщиться к этому знанию.

– Едем ко мне, – коротко сказала я. – Тут близко. Я расскажу…

Молчали до самого моего дома, да и в мой личный кабинет поднимались, не обменявшись ни единым словом. Лауринь даже по сторонам не смотрел, будто его вовсе не интересовало, что творится вокруг.

– Говорите! – потребовал он, как только я закрыла дверь.

– Сейчас… – Я открыла шкафчик и достала бутылку орты. – Будете? Нет? Ну, как хотите, а я выпью…

Я налила себе целый стакан, отхлебнула изрядный глоток, отдышалась и повернулась к Лауриню. Он смотрел на меня выжидающе, и в его позе читалось напряжение.

– Вы правда ничего не поняли? – спросила я, усаживаясь в удобное кресло. – Правда? Все эти события ничего вам не напоминают?

– Что именно?

– Да вы же не могли не заметить, – устало сказала я, отставив стакан. – Странности начались аккурат с моим возвращением в Арастен, не так ли? Не спорю, их хватало и без меня, но только вокруг меня – вокруг нас, Лауринь! – их становилось всё больше и больше. Вы не заметили? Мы пытались разгадать одну, другую, а они всё множились и множились…

Я перевела дыхание, взяла стакан и отпила еще глоток.

– Мы не могли распутать ни одного дела только потому, что там нечего было распутывать, – сказала я и рассмеялась. – Всё это не имеет никакого смысла. Просто не имеет смысла!

– Вы в своем уме? – резко спросил Лауринь. – О чем вы говорите?

– Да подумайте вы! – я уставилась ему в глаза. – Неужели вам ничего это не напомнило? Помните нашу вороную лошадь, Лауринь? Помните старого коня Старсиса? Ага, вижу, помните! Арбалетчик… ну, вы об этом знаете! Принцесса… положим, у нас княжна, и вполне живая, зато свадьба на грани срыва. И еще дракон – тоже едва не погибший. А теперь пожар… ничего не напоминает, а? – Я растянула губы в ухмылке, хотя весело мне не было. – Мать, две сестры, не хватает только братьев и отца, ну да какая разница? Есть зато молоденький сержант, вот только он, в отличие от вас, оказался неудачлив и погиб!

– Подождите! – Лауринь привстал с места. В серых глазах разгорались золотистые искры. – Мне и раньше казалось… Но я думал, это чепуха, не бывает так! Это ведь те дела, которые как-то нас с вами…

– Которые как-то нас с вами связывают, – кивнула я. – Еще могу добавить сюда сгоревший дом в приречных кварталах. Дом, комнаты в котором снимали студенты! Ничего не напоминает? А Ганниса Вайша не припомните и его бутыль с горючей жидкостью, а?..

– Я помню, но… – Лауринь провел ладонью по лицу. – Что все это значит?

– Если бы я знала, Лауринь, – горько произнесла я и залпом осушила стакан. – Если бы я знала! Пока я вижу лишь одно: кто-то играет со мной. Кто-то устроил балаган и подсовывает мне весточки из прошлого! Вас и подсовывать не надо, вы и так тут… А вот Лелья, все эти случайности… якобы случайности!

– Хорошо, что ему не пришло в голову повторить эпидемию, – пробормотал Лауринь и тут же поправился: – Пока не пришло!

– Верно мыслите… – произнесла я сквозь зубы.

– Но кто? – капитан подался ко мне. – Зачем?..

– А угадайте! – оскалилась я в ответ. – Угадайте, Лауринь, вы теперь взрослый и умный! Теперь-то вы легко поймете, почему я поступала именно так, а не иначе…

Повисло молчание, тяжелое, напряженное.

– Вы испугались, – произнес, наконец, капитан. – Вы побоялись схватиться один на один с тем, кто… с настоящим Наором, так?

– А, вы все-таки догадались, – усмехнулась я и налила себе еще стакан. – Да, Лауринь, я испугалась. Представьте себе, я умею бояться! И когда я поняла, что наш противник – это не подлинный Наор, а так… подделка, дешёвка, мне стало не по себе.

– И вы сбежали, – констатировал он.

– А вы бы как поступили на моем месте? – я отхлебнула орты. – А, знаю! Вы бы сражались до конца. Ну, извините, инстинкт самосохранения у меня развит отлично…

– О да! – с неподражаемым выражением произнес Лауринь. – И что же, вы рассчитывали, будто настоящий Наор позабудет о вас за десять лет?

– Я предполагала, что он уберется в другие края, – ответила я чистую правду. – Но просчиталась. Он здесь и он чего-то хочет от меня. Подсовывает мне одну головоломку за другой, а в них нет никакого смысла! Либо же он есть, но я не могу его увидеть!