Одноклассницы на миллион $ - Жукова-Гладкова Мария - Страница 34

– Мой муженек все глухонемого изображает? – поинтересовалась Марина.

– Да, пока молчит.

– Козел.

– Зачем вы так, Марина Петровна? Вы, кстати, знаете, что называть мужчину козлом…

– Но если в самом деле козел? Я еще и почище его охарактеризовать могу.

Маша достала чашки и поставила на стол. Принесла из кухни сахар, ложечки, банку растворимого кофе и коробку с пакетиками, нарезала привезенный Владимиром Вениаминовичем кекс.

– Кладите кофе, берите пакетики, – сказала она. – Чайник уже вскипел. Сейчас принесу.

– Еще по коньячку? – спросил Картуш.

– Маш, у тебя водка есть? – поинтересовалась Марина.

Ухов внимательно посмотрел на нее.

– Чего смотрите? – поймала она на себе его взгляд. – Вас бы на мое место.

– Капитан не виноват в том, что ты оказалась в этой ситуации, – заметила Марианна. – Ты еще ему спасибо сказать должна, что ведет себя с тобой, как человек.

– А мог бы, как кто? – с усмешкой повернулся Ухов к Марианне.

– Как мент, – ответила она, прямо встречая его взгляд.

– Это понимать как комплимент?

Марианна улыбнулась, но ничего не ответила.

– Ладно, давайте выпьем, – предложил Картуш, стараясь разрядить накаляющуюся обстановку. – Маш, так водка осталась или нет?

Маша достала бутылку и уже собралась дать Марине рюмку, но та покачала головой.

– Я из этого пить буду.

Ухов поймал взгляд Марианны. Картуш наполнил стакан Марины до половины.

– Можно и целый, – сказала Самсонова.

– Марина! – попыталась остановить ее Марианна. – Что с тобой?

– Жизнь собачья. Вот что со мной.

– Марина Петровна, не заводитесь вы так. Рано еще на себе волосы рвать, – решил успокоить ее Ухов.

– С чего вы взяли, что я волосы на себе рву? – огрызнулась Самсонова.

Ухов, Марианна и Картуш переглянулись. Из кухни появилась Маша с чайником.

– Марин, давай крепенького чайку, – предложила она.

Марина взяла полный стакан водки, осушила его до дна, вытерла рот рукавом старого свитера. И разрыдалась в голос.

Марианна тут же вскочила со своего места, подбежала к подруге, обняла и предложила отвести в другую комнату полежать, чтобы немного успокоиться. Марина кивнула, продолжая рыдать. Марианна отвела ее в Машину спальню, уложила, погладила по голове.

– Я посплю немного, – сказала Самсонова. – А вы пока поговорите. Может, и придумаете что-нибудь. От меня все равно никакого толку. Разбудишь, когда домой станешь собираться. Ты ведь отвезешь меня?

– Конечно, отвезу, – сказала Марианна. – Не беспокойся. Спи.

Марианна выключила свет в спальне и вернулась в большую комнату.

Ухов и Картуш вопросительно посмотрели на нее.

– Пусть поспит, – сказала Марианна, опускаясь на свое место.

Мужчины кивнули.

– Машенька, – обратился Картуш к Корицкой, – ты не обидишься, если мы попросим тебя оставить нас ненадолго?

– Не обижусь, – ответила Маша. – Я как раз посуду помою.

Картуш, Ухов и Марианна остались в гостиной.

– Есть какая-нибудь информация? – спросил Ухов.

– Во-первых, есть вопрос. Вы можете достать фотографии Степанова и Зерковского? И дать мне фотографию Самсонова? Его, как я понимаю, в тюрьме сфотографировали, – обратился к нему Картуш.

Ухов в удивлении приподнял брови.

– Я не знал, что вы знакомы со Степановым и Зерковским. По крайней мере, они оба утверждают, что вас не знают.

– И я их не знаю. Вернее, думаю, что не знаю. Может, знаю под другими именами. Мне нужны их фотографии. Капитан, пожалуйста, не спрашивайте, зачем. Если я смогу дать вам точную информацию, я ее сразу же предоставлю. Поверьте, я сам заинтересован в успехе расследования и скорейшем разрешении вопроса.

– Вашего вопроса, вы хотели сказать. Вы хотите только получить негативы, остальное вас просто не интересует. Но в дело вовлечены судьбы людей. В тюрьме сидит молодой парень, вероятно, невиновный. Вы же преследуете только свои личные интересы.

– Я – человек, – пожал плечами Картуш. – Конечно, мои личные интересы волнуют меня больше всего. Если уж быть полностью откровенным, то только они и волнуют. Но если я получу ответ на один вопрос, – а для этого мне нужны фотографии Зерковского, Степанова и Самсонова, – то не исключено, что и вы получите ответы на интересующие ВАС вопросы. Пожалуйста, помогите мне. И я помогу вам.

Ухов задумался. Марианна молчала, прикидывая в уме, что намерен предпринять Картуш.

– Может, вам лучше посмотреть на них лично, – предложила она. – Когда ни Степанов, ни Зерковский об этом не подозревают. Например, сквозь двойное зеркало или…

– Давайте вначале попробуем фотографии, – сказал Ухов. – Не хотелось бы задерживать людей зря, в особенности если окажется, что они вообще ни при чем.

Картуш кивнул.

– Вашей жене тоже звонили? – внезапно спросила Марианна.

– Нет, – с мрачным видом покачал головой Картуш.

Все опять замолчали. Картуш разлил остатки коньяка себе и Ухову. Вопросительно посмотрел на Марианну.

– Мне снова соку, – сказала она.

– За рулем? – поинтересовался Ухов. – Это ваш синий «Фольксваген» внизу стоит?

Марианна кивнула.

Ухов и Картуш чокнулись и выпили коньяк. Взяли по куску кекса, прожевали.

– Хорошо, я достану вам фотографии, – сказал Ухов. – Где-нибудь в начале недели.

– Спасибо.

– Как скоро вы сможете предоставить мне хоть какую-то информацию после того, как я передам вам их?

– В тот же день, – ни секунды не колеблясь, ответил Картуш.

– Вы уверены, что ваша жизнь не находится под угрозой? – спросил Ухов.

– Думаю, нет, – ответил Картуш. – Вымогатели хотели денег. Кто ж станет убивать курицу, несущую золотые яйца?

Ухов опять задумался. Марианна налила себе еще чаю, положила сахар, размешала и долго сидела молча, глядя в чашку.

– Вам больше не звонили? – внезапно обратилась она к Картушу.

– Нет, – покачал головой Владимир Вениаминович.

– Почему вы спросили? – поинтересовался Ухов.

– Потому что в таком случае Самсонова можно было бы сразу же снимать со счета. Если шантаж продолжится, пока он находится в «Крестах»…

– Ну и что? Он мог действовать не один.

– Вы узнаете голос звонившего? – спросила Марианна у Картуша.

– Да.

– Кстати, теперь звукозаписывающая аппаратура стоит на всех аппаратах Владимира Вениаминовича, кроме сотового, – сообщил Ухов.

– Прекрасно сработано, – на губах Марианны появилась легкая улыбка. – А вы сможете определить, откуда звонят?

– Я не думаю, что это работа круглых идиотов, – сказал Ухов. – Естественно, будут звонить из автомата на улице. А у нас патрульные машины не курсируют по городу, как в Америке. Схватить навряд ли удастся.

Капитан подумал о том, что требования должны в самом скором времени возобновиться: шантажисты поняли, что жертва готова платить за имеющийся у них компромат, денег они на этот раз не получили, значит, попробуют действовать по новой схеме, сейчас, наверное, разрабатывают план операции.

– Владимир Вениаминович, – обратился Ухов к Картушу, – если вам будут угрожать расправой… или чем-то там еще, за то, что вы снова обратитесь в милицию, не бойтесь. Немедленно звоните нам.

– Я все прекрасно понимаю.

– Но тем не менее…

Картуш пожал плечами и ничего не ответил.

– Вместе с вами на тех фотографиях изображена женщина, которая вам дорога? Или там только женщина? – внезапно спросила Марианна.

Картуш резко повернулся к ней, внимательно посмотрел на девушку и покачал головой.

– Нет, – ответил он. – Вы не понимаете… И… это не только фотографии.

– То есть? – одновременно спросили Ухов и Марианна.

Картуш опустил голову на руки, закрыл глаза, через некоторое время поднял их на ожидающих ответа капитана и девушку.

– Я не хотел говорить… Но, наверное, все равно придется… Я понимаю, что вы хотите мне помочь… но тут… Я готов отдать очень многое, чтобы… все это не попало ни к кому в руки. Ни в ваши, капитан, ни… Я не могу допустить, чтобы ты, Марианна, видела… или кто-то еще…